ВЫДАЮЩИЙСЯ ЛЕНИНГРАДЕЦ

admin Газета, Статьи из газеты №7 (2018)

Если вспомнить, что Новгородская область в 20-е годы входила
в Ленинградскую (Петроградскую) область, то Григорий Васильевич Романов, родившийся 7 февраля 1923 года в семье крестьянина деревни Зихново Боровического района, самый что ни
на есть коренной ленинградец. Да, вся его жизнь связана с нашим
городом. И учеба в судостроительном техникум и, в кораблестроительном институте, и участие в годы Великой Отечественной войны в обороне Ленинграда в рядах Красной Армии, и партийная
работа от секретаря парткома до Первого секретаря обкома, когда
он в течение тринадцати лет руководил полумиллионной организацией коммунистов. Переведенный в Москву, курируя как секретарь
ЦК КПСС оборонную промышленность, Романов часто бывал на
ленинградских предприятиях, и даже вдруг оказавшись на пенсии,
возглавил землячество ленинградцев.
Перевод Романова, кругом русского человека и отстаивавшего
честь русских людей, на пенсию–загадочная и до сих пор не проясненная страница его биографии. Кто работал с Григорием Васильевичем знают, что его энергия, глубокое знание экономики,
политическое чутье, демографически четко выверенная кадровая
политика, ответственность за всякий свой поступок помогали решать многие насущные проблем. В городе ежегодно вводилось в
строй 2,5 миллионов квадратных метров жилья, а это примерно
сорок тысяч квартир, в результате чего срок в очереди на жилье
сократился с десяти-двенадцати лет до пяти-шести. В соответствии с планами социально-экономического развития, в районах
массового жилищного строительства строились ясли и детские
сады, школы и профтехучилища, поликлиники и больницы,
предприятия торговли и общественного питания, клубы и дома
культуры, спортивные сооружения и гостиницы. Дореволюционные же здания ремонтировались целыми кварталами, с заменой
всех коммуникаций, с переделкой на современный лад дорог, переходов и тротуаров.
А новые маршруты трамваев, автобусов, троллейбусов с расчетом, чтобы проехать из одного конца города в другой можно было
без пересадок? А метро, когда построили и оборудовали более 20
станций, охватив по сути все тогдашние районы, развивавшиеся
не хаотично, как сейчас –лишь бы возвести очередную пластиковую коробки для продажи за счет бюджета!–а планомерно и не в
ущерб красоте Великого города? А профессионально-технические
училища, готовившие квалифицированную смену для рабочего
класса? А какую ювелирную работу провели реставраторы, восстановив дворцы Пушкина, Павловска, Петергофа, Ломоносова,
и памятники в пятимиллионном Ленинграде?
И все это одновременно с совершенствованием деятельности
в оборонной и атомной промышленности, в машиностроении и
станкостроении, с улучшением производства на Кировском, Невском, Металлическом и других прославленных заводах, с развитием и фундаментальной академической науки и прикладных
наук в исследовательских институтах, в вузах и втузах. Все это
делалось после кропотливой подготовки и не без сопротивления
перестраховщиков.
Немало пришлось выдержать Романову при сооружении
«дамбы», как называли комплекс защиты города от наводнений., которых горожане не знают уже какое десятилетие. В чем
только не обвиняли лично его при начале строительства: мол,
и рыба в реках и озерах исчезнет, и леса посохнут, и экология
пострадает. Но инженер-судостроитель Григорий Васильевич
Романов верил инженеру-гидростроителю Юрию Константиновичу Савенарду и сегодняшние ленинградцы-петербуржцы,
позабыв былые словесные баталии, преспокойно ездят по намывной дороге в Кронштадт, гуляют по пригородным паркам,
правда, ныне платным, не страшась разгула водной стихии, а
леса гибнут от рук алчных лесозаготовителей, кто эшелонами
гонит древесину за рубеж.
Социально-экономические планы были инициативой ленинградцев и вызывали не только полезное подражание, но и
ревность некоторых руководящих лиц. Линия обкома партии на
союз науки и практики, на концентрацию и специализацию производства означала новаторский переход к более эффективным
формам работы, начатый при первом секретаре обкома Василии
Сергеевиче Толстикове и активно продолженный сменившим его
Романовым. Были созданы объединения с вполне рыночными
новшествами–Оптико-механическое имени В.И. Ленина, Станкостроительное имени Я.М. Свердлова, «Светлана», «Позитрон»,
«Красногвардеец», «Электросила». Возглавили их опытные руководители–Михаил Панфилович Панфилов, Георгий Андреевич
Кулагин, Иван Иванович Каминский, Алексей Никифорович
Голенищев, Алексей Алексеевич Меншутин, Анатолий Васильевич Мозалевский. Славные имена эти Романов произносил в докладах с неизменным почтением и гордостью. О них он напишет
по моей просьбе для «Известий», где я работал собкором, очерк
«Наука деловитости», а до этого статью «Компас содружества», в
рубрику «Человек и экономическая реформа». Тогда в 1965-1967
годах и разворачивалась постепенная, а не «шоковая» реформа, но
ее свернули те, кому не по нутру были социалистические методы
хозяйствования.
Писавшие о Романове чуть ли не с восторгом цитируют мемуары бывшего президента Франции Валери Жискар Д›Эстена о том,
как в октябре 1976 года первый секретарь ЦК Польской объединенной рабочей партии Эдвард Герек «по секрету» сказал ему, мол,
Брежнев наметил себе преемника: «Речь идет о Григории Романове, который возглавляет ленинградскую партийную организацию. Он еще молод, но Брежнев считает, что тот успеет набраться
опыта и что он самый способный человек». Однако не забудем,
что Жискар Д›Эстен состоял в членах Трехсторонней комиссии,
куда входит и неискоренимый оттого, видимо, Анатолий Чубайс,
а известный исследователь международного масонства Олег Анатольевич Платонов его упоминает среди них. Поэтому осторожнее надо относиться и к этим словам француза, и к тем, где он
вспоминает про свой визит в Москву в июле 1973 года, возглавляя
в ранге министра финансов французскую делегацию, на встрече с
советскими руководителями, когда Романов «поразил меня своим отличием от остальных, какой-то непринужденностью, ясной
остротой ума» и «я следил, чтобы Романову посылали приглашения при моих визитах в Москву». Заметим: в 1973 году Г.В. Романов был избран кандидатом в члены Политбюро, в 1976 –уже
членом Политбюро, а на июньском Пленуме ЦК КПСС (1983)
избран секретарем ЦК и переехал в Москву. И вдруг…
Прошло всего два года и вот информационное сообщение:
«Пленум ЦК КПСС освободил т .Романова Г.В. от обязанностей
члена Политбюро и секретаря ЦК КПСС в связи с уходом на пенсию по состоянию здоровья». Ну и ну. Это крепкого, здорового
62-летнего человека-то, недавно считавшегося самым молодым
и перспективным руководителем высшего звена, да в пенсионеры?! Ясно и ясно абсолютно: Романов мешал тем, кто вознамерился вернуть страну на рельсы капитализма, то есть разного рода
и калибра предателям, изменникам, перевертышам, отщепенцам.
Тут отчетливо просматривается не зависть, не подсиживание, но
хитро спланированная операция с участием спецслужб, «агентов
влияния» и просто «агентов» по компрометации яркого и авторитетного руководителя, только что ставшего Героем Социалистического Труда. Сделать такое было нелегко ни со стороны служебной, ни со стороны бытовой: будучи первым секретарем обкома
Григорий Васильевич жил в небольшой трехкомнатной квартире
на улице Победы вместе с женой Анной Степановной (Гусевой),
матерью, двумя дочерьми, а одна еще и с мужем, и лишь потом переехал он в более просторную квартиру на площади Революции,
Тогда-то и пришлось антирусским силам пойти на грубую ложь и
обвинить его в том, чего не было и быть не могло: он-де, «используя служебное положение, приказал взять из Эрмитажа царский
сервиз на свадьбу дочери».
Я пишу эти строки, а перед глазами встают лица, напоминающие те, чьи фотографии вывешиваются в полицейских участках
на доске «Их разыскивают». Сами-то они давно приспособились
таскать из эрмитажных запасников то кулончик, то медальку, раз
не все там зарегистрировано надлежащим образом. Многое ведь
было экспроприировано Советской Армией, гнавшей фашистских оккупантов вплоть до Берлина, и они теперь встрепенулись,
стали разыскивать свои драгоценности, суля умыкателям немалые деньги.
В семидесятые годы меня перевели с журналистской работы
на партийную, и я, работая заведующим отделом культуры Ленинградского горкома, занимался вопросами сохранения различных
музейных ценностей. Не поверив слухам с сервизом, я все-таки
спросил у директора Эрмитажа Бориса Борисовича Пиотровского
об этом, но реакция его была столь возмущенной, что я пожалел,
что спросил: «Эдуард Алексеевич, неужели вы так дурно обо мне,
в-о-т, дуу- у-у-умаете?–волнуясь, он иногда заикался.–Никакого
сервиза я никому не давал! В-о-т! Да его никто и не просил!» Он
опровергнет эту клевету и в печати, пошлет в Верховный Совет
РСФСР телеграмму и письмо: «Я решительно опровергаю слух о
том, что Г.В. Романов брал эрмитажный сервиз на свадьбу дочери, устроенной в Таврическом дворце…» Уважаемый академик и
знать не знал, что свадьбу отмечали не там, а в Левашово, на даче,
где присутствовало 12 человек, торжество прошло скромно, к 23
часам гости разъехались по домам, что подтвердили и работники
охраны и обслуживавшие лица.
Вот что рассказывал Григорий Васильевич по этому поводу:
«Впервые информация о якобы «свадьбе в Таврическом дворце»
появилась за рубежом в 1976 году, когда началось мое, как выражались иные газетчики, «восхождение к власти». Радиоголоса тут
же разнесли ее по свету. И что интересно, произошло это одновременно со слухами, будто я буду «преемником Брежнева». Первым
обратил на ту «утку» внимание Ю.В. Андропов, председатель КГБ.
Позвонил начальнику управления КГБ по Ленинграду и области
Даниилу Павловичу Носыреву, приказав разобраться и доложить,
что было оперативно сделано, тем более Носырев был в числе гостей на свадьбе. Обратился к Андропову и я, попросив официально опровергнуть лживую, порочащую меня информацию, он
же ответил так: «Ну что мы будем на каждый их чих откликаться!
Не обращай внимания, работай!» В душе-то Григорий Васильевич
был недоволен игнорированием своей просьбы, однако спорить
не стал, поскольку слухи немного поутихли. Но в 1989 году на
сессии вновь избранного Верховного Совета СССР при утверждении заместителя Генерального прокурора депутат Рой Медведев
неожиданно задал вопрос: «Почему не привлечен к уголовной ответственности бывший ленинградский лидер за злоупотребление
служебным положением?»
«А к тому времени,–продолжал Романов,–в газете «Правда»
была напечатана ехидная заметка «Играли свадьбу…» Подлил в
огонь масла и кандидат в депутаты Николай Иванов, который в
выступлении по ленинградскому телевидению заявил, что, мол,
располагает материалами о каких-то моих якобы «злоупотреблениях». Я отправил тогда заявления во все высокие инстанции с
приложением документов, опровергающих клевету. Обо всем
этом знал М.С. Горбачев, но помалкивал, как помалкивали и газеты. Только в сентябре 1989 года «Правда» опубликовала мое коротенькое письмо мелким шрифтом». К сказанному Романовым
надо бы добавить: что-что, а распространять ложь и замалчивать
правду «перестройщики» умеют. Вон как пышно отпраздновал
свою свадьбу Герман Греф–и не где-нибудь, а в тронном зале заповедника «Петергоф». Жители Петергофа (Петродворца) и поныне
помнят чиновничий разгул с фейерверками и порчей интерьеров.
И что, наказали его? Ничуть ни бывало. В Государственной думе
на защиту госбанкира дружными рядами поднялись прикормленные друзья-единороссы. Боятся они, как бы не потерять власть и
деньги, ну и держаться друг за друга по закону стаи. Не потому ли,
даже когда Григория Васильевича Романова нет уже почти десять
лет–он скончался 3 июня 2008 года–клевета на него продолжает
литься и литься
Ею, клеветой этой, занимаются новые лица, в глаза Романова никогда не видевшие, ходившие в ту пору или под стол, или в
коротких штанишках, или вообще на белом свете отсутствовавшие. Разглагольствуют, к примеру, что Романов «запрещал фильмы, спектакли», не приводя, словно трусливые кролики, никаких
фактов. Как человек, отвечавший за положение дел в культуре,
говорю ответственно это: ложь. Политика, проводимая обкомом
и горкомом, главным управлением культуры Ленгорисполкома,
состояла в том, чтобы руководители творческих союзов и организаций, их члены сами решали бы свои проблемы, а партийные и
советские органы помогали им в материальном и организационном отношении.
Вспомним: при Романове воздвигнут Памятник защитникам
Ленинграда на Средней Рогатке (М.К Аникушин и С.Б. Сперанский), поставлены памятники В.И. Ленину (М.К.Аникушин) и
В.В. Маяковскому (Б.А.Пленкин), вышли на экран кинокартины–эпопея «Блокада» М.И..Ершова, «Король Лир» Г.М. Козинцева. «Плохой хороший человек» И.Е. Хейфица с Владимиром
Высоцким в роли фон Корена, его другие фильмы, «Начало» и
«Прошу слова» Г.А. Панфилова, фильмы И.Ф. Масленникова, в
том числе «Шерлок Холмс и доктор Ватсон», драмы В.Я. Венгерова, мюзиклы В.Е. Воробьева. Ни один фильм, ни один спектакль
не был запрещен, а если отложили ленту «Проверки на дорогах»
Алексея Германа, так потому, что ее резко раскритиковали фронтовики, а режиссер не хотел вносить никаких поправок, да и не
обком ленту долго задерживал, а Госкино.
Немало ходит домыслов, дескать, «из-за Романова уехали в
Москву Сергей Юрский и Аркадий Райкин». Чушь. Сергей Юрьевич Юрский, работая в БДТ имени М. Горького под руководством
Г.А. Товстоногова, играл ведущие роли во многих спектаклях, и
как начинающий режиссер поставил спектакль «Мольер». Места
главных режиссеров были тогда заняты, и Юрский поехал в Москву, но там тоже работал как очередной режиссер. Что касается
Аркадия Исааковича Райкина, то он жил на два города, и это его
вполне устраивало. В столице за ним закреплен был просторный
номер-люкс на последнем этаже гостиницы «Москва», с изолированным входом-выходом, с роялем. Здесь он проводил репетиции,
принимал гостей, беседовал с журналистами. Я часто бывал у него
тут, как и в его большой квартире на улице Горького (Тверской),
где мы с ним работали над статьями и интервью для «Известий».
При Брежневе, в 1982 году, ему буквально навязали московское
помещение для Театра миниатюр, переделав с этой целью кинотеатр «Таджикистан», и упросили сделать Москву основным местом
жительства. И Райкин, уже больной, постаревший, согласился
переехать в столицу, где жила дочь Катя, актриса театра имени
Е.Б. Вахтангова, и сын Костя, артист театра «Современник». Надо
заметить, что Аркадий Исаакович не стремился видеть сына актером, говорил, внешность у него не артистическая. Зато Костя
имел хорошие математические способности, но–к сожалению–
ими пренебрег.
Быть может, прибавилось бы в стране математиков и поменьше бы стало демагогических криков про «зажим свободы» и «дайте
денег и помалкивайте». В 1981 году Аркадию Исааковичу Райкину
присвоили звание Героя Социалистического Труда, и вручал ему
Золотую Звезду и орден Ленина в Смольном–Первый секретарь
обкома партии, член Политбюро ЦК КПСС Григорий Васильевич
Романов.
Продолжить развитие и утверждение в жизни справедливых
социалистических идей Романову и его соратникам в партии не
дали, ибо, как он сказал, находился «под колпаком». Подводя
итоги «перестройки,» Григорий Васильевич говорил: «Первым виновником нашей национальной трагедии следует назвать бывшего генсека и президента СССР М.С. Горбачева. Прикрываясь красивыми фразами и используя положение свое, он развернул дело
к развалу советского государства. Вместе с ним ответственность за
это лежит на его ближайших помощниках, на том же «идеологе-академике» А.Н. Яковлеве, который с предателем Олегом Калугиными прочими лицами, проходившими стажировку в ЦРУ, нашу
страну и народ наш, в первую очередь русский народ, подвели к
исторической пропасти. Нельзя снимать вину и с нас самих, со
всех, кто слишком поздно распознал предательское нутро «прорабов перестройки», чересчур снисходительно относился к ним и
к их подрывным делам. пускай и завуалированным, а бдительности-то нам и не хватило».
Да, было так. Олег Дмитриевич Бакланов, поработавший министром среднего машиностроения, космической промышленности СССР, секретарем ЦК КПСС, а в ходе горбачевско-ельцинского госпереворота побывал в застенках «Матросской тишины»
говорит: «Я вспоминаю о Григории Васильевиче Романове как о
сильной личности с твердыми политическими убеждениями. В
войну защищал Ленинград.
Получил основательное техническое образование. Его мировоззрение имело признак технократии, что положительно влияло и на стиль всей работы. Если бы Горбачеву не удалось захватить власть и совершить черное дело по предательству интересов
страны, если бы на пост Генсека был избран Романов (а он был от
этого в одном шаге), то мы бы с вами продолжали жить в Советском Союзе, конечно, реформированном, модернизированном,
но благополучном и сильном». И все-таки хочется, несмотря на
происшедшее, работать и верить, что сбудутся слова известного
советского юриста и дипломата, запомнившегося мне со школьной парты: «Пройдет время. Могилы ненавистных изменников
зарастут бурьяном и чертополохом, покрытые вечным презрением честных людей. А над ними, над нашей счастливой страной,
по-прежнему ясно и радостно будет сверкать своими светлыми
лучами наше солнце».
ЭДУАРД ШЕВЕЛЁВ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!