Возродит Россию в XXI веке!

dadmin Газета, Статьи из газеты №10 (2019)

«Значение Пушкина в русском развитии знаменательно. Для всех русских он живое уяснение, во всей художественной полноте, что такое ДУХ РУССКИЙ, куда стремятся все его силы и какой именно идеал русского человека. Явление Пушкина есть доказательство, что дерево цивилизации уже дозрело до плодов и что плоды его не гнилые, а великолепные, золотые плоды… Мы поняли в нём, что русский идеал – всецелость, всепримиримость, всечеловечность. В явлении Пушкина уясняется нам даже будущая наша деятельность. Дух русский, мысль русская… только в нём явилась нам во всей полноте, явилась как факт, законченный и целый…».

Ф.М. Достоевский

Александр Сергеевич благодаря «сафьяновой тетради»[1] уже тогда, в 1812 г. обратил внимание на Вечное Движение во Вселенной, и понял его законы, отразив их в своих произведениях. Теперь уже мы, изучая творчество Пушкина, обращаем особое внимание на него и через его творчество как учёного, постигаем Законы Вечного Движения.

Теперь, когда о донском хранении рукописи Пушкина и его содержании мы знаем почти всё, можем быть спокойны вместе с пророком, сказавшем, что «никакое богатство не может перекупить влияние обнародованной мысли. Никакая власть, никакое правление не может устоять против всеразрушительного действия печатного снаряда… Действие человека мгновенно и одно; действие книги множественно и повсеместно»[2].

Незадолго до 1829 г. И.В. Киреевский писал С.А. Соболевскому: «В Пушкине я нашёл ещё больше, чем ожидал. Такого мозгу, кажется, не вмещает уже ни один русский череп, по крайней мере, ни один из ощупанных мною»[3].

В мае 1829 года Александр Сергеевич Пушкин, нарушив распоряжение царя Николая I  никуда не выезжать без его разрешения, неожиданно покинул Москву. Путь он держал, не как обычно через Курск и Харьков, а сначала прокружил лишних 200 вёрст до Орла, где встречался с генералом Ермоловым. Далее (по словам И.М. Рыбкина) чтобы не оставлять «следов» (письменных отметок в журналах о своём проезде на станциях по подорожной), он проследовал старыми дорогами через Мало Архангельск, Ливны, Павловск, Казанскую, Аксай. Оттуда он верхом на лошади ночью прибыл в столицу Донского казачества Новочеркасск.

Из-за грязи на заброшенной старой дороге Пушкин потратил на дорогу 7 дней, хотя мог бы этот путь в 1000 вёрст покрыть за 4 суток[4]. А потом для заметания следов проехал ещё на Кавказ и даже в Турцию, где русские войска вели боевые действия. Причём для неузнаваемости сыщиками изменил внешний облик: отрастил усы и укоротил волосы на затылке

Научная работа, написанная на 200 листах в особенно запутанном виде на старо-французском языке[5], была тогда в Новочеркасске[6] ночью передана наказному атаману Войска Донского Дмитрию Ефимовичу Кутейникову. Кроме рукописи были переданы «ключи от путаницы» рукописи и письменное завещание: всё хранить 150 лет в семейном кругу рода Кутейниковых.

Поводом к такому выбору пророком места хранения было следующее обстоятельство. После возвращения из побеждённого Парижа русских воинов в Царское село пятнадцатилетний Пушкин познакомился с тринадцатилетним Николаем Раевским, жившим при конном полку отца — Н.Н. Раевского. Александр Сергеевич был принят в семью Раевских как родной. У генерала от кавалерии Раевского был друг и соратник по Отечественной войне, тоже генерал от кавалерии Дмитрий Ефимович Кутейников.

Пушкину пришлась по душе его верность Родине-России и чисто русский образ жизни, сохранявшийся у Донского казачества. «Там русский дух… там Русью пахнет!».

В 1827 г., генерала Д.Е. Кутейникова вызвал в Петербург царь Николай I для назначения атаманом. На казачьем подворье новый атаман встречался с Пушкиным, и они договорились о будущем хранении особой рукописи, начиная с 1829 г. О передаче же на хранение своего научного труда Александр Сергеевич сообщил образно в стихотворении того же года:

Миг вожделенный настал: окончен мой труд многолетний.

Что ж непонятная грусть тайно тревожит меня?

Или, свой подвиг свершив, я стою, как подёнщик ненужный,

Плату приявший свою, чуждый работе другой?

Или жаль мне труда, молчаливого спутника ночи,

Друга Авроры златой, друга пенатов[7] святых?»[8]

На обратном пути, уже осенью 1829 г., Александр Сергеевич вновь заехал к Кутейникову и получил от него пять тысяч рублей золотом[9]. Причём, по словам И.М. Рыбкина, была выдана грамота о принятии русского гения в казаки.

Там он написал стихотворение «Дон», где говорится о «заветном Доне». На какой срок «взял в долг 5 тыс. р.» и отдал ли, Черейский[10] не написал. После получения научной рукописи одарённого человека, каким был Пушкин — плода «труда многолетнего» — семейная святыня Кутейниковых негласно приобрела известность среди выдающихся русских деятелей, умножающих достижения, накопленные человеческим разумом. По просьбе хранителей они за столетие воспроизвели с подлинника рукописи шесть подобных списков для других городов (для надёжности сохранения рукописи в роду Кутейникова), невольно дополняя его своими работами, опережавшими своё время. Так возникло это Донское хранилище пушкинского Завета, ставшего основным хранилищем Всего Русского духовного наследия.

Из Новочеркасска эти рукописи неоднократно перевозились наследниками-хранителями. Сначала эти научные рукописи и книги были перевезены в селение Кутейниково (в 10 верстах от Иловайска), потом на Дон — в станицу Семикаракоры, затем снова в Новочеркасск. И только с 1920 года было выполнено, наконец, Завещание Пушкина: они стали храниться в Таганроге у Лукоморья. Лукоморье — это старинное местное название Азовского моря. А Азы наук – это научная рукопись, море знаний. Благодаря обнародованию в изложении И.М. Рыбкина научных положений из донской рукописи[11], написанной рукой пророка гусиным пером, «с летами чуждые мнения» о великом русском Гении «спали ветхой чешуёй». И тогда, по прозрению самого же Пушкина — «Созданья Гения пред нами открылись с прежней красотой!»[12]

Рыбкин Иван Макарович (1904-1994) – последний хранитель и исследователь Научной рукописи, потомок дворянского рода, получил истинно русское образование от хранителей пушкинской Научной рукописи и, обладая математическими способностями, еще в юности решил посвятить свою жизнь русской законопознавательной науке.

С 1952 года Иван Макарович был избран ведущим хранителем всех Русских Научных известий в России. В день, совпадающий с днём убийства Пушкина 1837 года – 27 января 1979 года, в городе Таганроге И.М. Рыбкиным была открыта выставка математических моделей, выполненных по научным работам Пушкина: Законы Вселенной о Вечном Движении по кругу природы и общества, кольцевой математический способ, история человечества, история русского народа, человек, растения, неорганический вид жизни. Эти знания резко расходились с точкой зрения официальной науки.

23.5.1976 г. – И.М. Рыбкин писал: «…когда Александр Сергеевич Пушкин возглавил зародившуюся в России новую Общественную культуру…, тогда ему противостояли: самодурство самодержавного государственного аппарата; общественное мнение, которое находилось под воздействием частного уклада экономики; и злодейская европейская (английская) разведка, которая, как теперь точно установлено, не гнушалась никакими подлостями, распуская грязные клеветы на всё русское, и организовавшая убийство далеко не одного только Пушкина.

В такой обстановке наиболее надёжным укрытием всему национально русскому было все великое Войско Донское. Его боялись, как страшную грозу, все наши европейские враги, как внешние, так и внутренние. А вместе с тем оно отличалось высоким патриотизмом, ярко выраженными народными общинами, и верностью русскому правительству и государству.

Там, на Дону, под покровом знатного дворянского рода Кутейниковых, собирались, не могущие быть в то время опубликованными работы русских классиков искусства и науки. Так продолжалось до революции 1920 года.

А потом, у последнего, оставшегося на Родине, потомка Кутейниковых – Николая Алексеевича Кузнецова, человека высокообразованного и безгранично преданного нашей Родине, было оставлено на хранение три больших частных Научных рукописи: Личные документы и личные переписки атаманов и другой знати Войска Донского с государственными и выдающимися деятелями русской культуры с начала XIX века, и проч.

Уникальное собрание русских научных произведений, в основном, XVIII и XIX веков, превышающее 14 тысяч томов (!), и личное хранилище. Собрание рукописей (работ) русских классиков, которые не могли быть ими опубликованы в своё время из-за несоответствия общественному мнению и цензуре, а потом были неподлежащими передаче на хранение в государственные учреждения, и другое.

Первое Хранилище по рассказам Николая Алексеевича было сожжено в селе Кутейниково вместе с помещением, в котором он хранился, интервентами ещё в период революции.

В последние годы жизни Н.А. ослеп, и по его просьбе я вёл долгие переговоры с Ростовской государственной научной библиотекой о завещании ей 2-го собрания (14.000 томов – В.М.Л.). 3-ю часть Хранения… Н.А. подарил мне для продолжения незаконченных работ русских классиков и бережного хранения.

В конце 1967 года Н.А. Кузнецов неожиданно скончался от кровоизлияния в мозгу. Председатель Ленрайисполкома К. Матюшов, преследуя корыстные цели, приказал немедленно “очистить” двухкомнатную квартиру, в которой находилось уникальное собрание книг. Ростовская Гос. Библ. отказалась на месте принять книги… мне удалось за свой счёт перевести из Таганрога в Рост. Гос. Науч. Библ. 4 грузовых машины книг и в большом объёме остатки от сожжённых Матюшовым, личных бумаг Н.А. и его матери Кутейниковой…»

12.6.76 г. – И.М. Рыбкин писал: «…Материалы частного хранения рукописей русских классиков, собранные и бережно хранимые в семейном роду Кутейниковых, охватывают революционный период 1841-1920 годов, и состоят, в основном, из работ ведущих классиков: А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, Н.Я. Данилевского и Л.Н. Толстого. Все они были преданы созиданию нашей новой, Общественной (социалистической) просвещенности.

Они последовательно друг за другом возглавляли и объединяли всё передовое русское и в литературе, и в искусстве, живописи, театре, музыке, и в науке. За то и ненавидели их все, холуйски преклоняющиеся капиталистическому Западу. Потому и приходилось им маскировать, шифровать и прятать свои заветные работы…»

В мае 1976 года Рыбкин писал в отдел рукописей Государственной Библиотеки СССР с предложением о передаче Научной рукописи Пушкина, а в феврале 1977 года, И.М. Рыбкин писал об этом же сотрудникам Пушкинского дома.

16.2.1977 г. – первое письмо И.М. Рыбкина сотрудникам Дома Пушкина:

«Справка: Кутейниковы в 19 веке принадлежали к высшему свету России. После Отечественной войны 1812 года один из Кутейниковых был атаманом Войска Донского. Это был высоко образованный знатный дворянский род на Дону. Их родовое поместье – село и железнодорожная станция Кутейниково, недалеко от Иловайска. Раньше эти земли принадлежали Донскому казачеству. Великие русские классики передавали на сохранность свои рукописи, которые не могли тогда быть опубликованными из-за несоответствия общему настроению и времени донской знати или служителей православной церкви.

За 100-летие у Кутейниковых собралось большое количество рукописей и других уникальных материалов, в том числе пароли, шифры, приложения и пояснения к скрытым содержанием в опубликованных произведениях, и не менее интересное другое.

Руководствуясь высоким патриотизмом, в революцию 1917-20 гг., Кутейниковы оставили это собрание в России с Н.А. Кузнецовым (инвалидом детства, агрономом, сыном Софьи Ивановны Кутейниковой). Николай Николаевич с большой самоотверженностью бережно хранил этот материал у себя, в г. Таганроге, ул. Свердлова, 94. Н.А. Кузнецов скончался в 1966 г… 16 февраля 1977 г.

Обратите внимание на слова Пушкина:

Товарищ, верь: взойдёт она, Заря пленительного счастья…

Не солнце (и не звезда!), а заря. Солнце восходит сравнительно быстро, а заря медленно, постепенно. Это большой переходный период от чёрной ночи к ясному дню И добавленная автором дата «1998» – это не год мгновения, а одна из примечательных точек постепенного признания работ русских патриотов, которые самоотверженно закладывали наш социалистический образ жизни. …Понимать русских классиков намного труднее, потому что они опередили даже наше время на десятки лет вперёд. А отсталость, как и лень, упрямая вещь… Лёгкий, а потому и излюбленный приём невежественных, это опорочить или уничтожить то, что превзошло из умозрение… 8 мая 1977 г.»

16.6.1977 г. И.М. Рыбкин писал: «…Люди с западным (коммерческим) духом хотят наперёд знать: а что это даст? Без этого их ничего не интересует. Сами же они лишены способности предвидеть.

Среди неопубликованных работ К.А. Тимирязева есть размышления о существенных различиях между творческими учёными и учёными-чиновниками. У первых воедино соединены дарование художественное и научное. Они сначала чувством художника предвидят будущее своего творения. И это даёт им смелость дальше математическим мышлением разрабатывать тему.

Учёные же – служащие, даже Академии – люди узко специализированные. Дальше полученного образования, учебников и наставлений для них ничего не существует. Своего у них нет ничего. Они всегда верны служить любому повелителю: хоть чёрту, хоть богу. Разобраться же сейчас кто лучше: капиталистический Запад или наша социалистическая Родина им не под силу.

Тем, кому не дорог русский образ жизни, русский образ мышления, не нужен Пушкин. И потому они НЕ ХОТЯТ его понимать».

У Рыбкина завязалась переписка с сотрудником Пушкинского дома Макриновым. 27.8.1977 – Рыбкин писал Макринову Д.Б.: «Какая поразительная противоположность: с одной стороны беззаветная любовь простых советских людей к А.С. Пушкину, и чудовищная жестокость к нему на деле людей, прикрывающихся его именем».

5.12.1977 г. – Рыбкин писал Макринову: «С бешенством клевещут на нас радиостанции врагов с запада. Им вторят изнутри Сахаровы-Бонеры. Неприятное положение. Предательство части русской интеллигенции. Эта, морально разлагающаяся часть общества, пытается захватить в свои руки науки и Пушкина. Так было и в годы, предшествующие Октябрьской революции. Не теряйте надежды, не падайте духом. Помните, что будет бита эта мразь и на этот раз…»

18.01.1978 г. – Рыбкин писал Макринову: «В результате столкнулся я со многими местными учёными (они такие же, как и в других городах), и ужас охватил меня. Представьте себе Человека, которому всё окружающее кажется сплошным хаосом случайностей, у которого нет уважения к нашим прекрасным предкам, к нашей замечательной Родине, у которого чёрное и белое, добро и зло, правда и ложь, друг и враг – одно и то же.

Европейские науки, прогнившей просвещенности, так одурачили их, что они потеряли чувство прекрасного, любовь к своей Родине, веру в себя, превратились в коленопреклонных холуев шпионских разведок Запада. Ужасная, отвратительная мерзость.

Без Родины, без любви к ней, невозможно существовать Человеку. Какое огромное счастье выпало нам, – возможность принадлежать к ведущей, передовой в мире, к нашей прекрасной социалистической Отчизне, любить её, беззаветно служить ей.

И вот ещё что удивительно! Присмотритесь, и Вы поймёте, что сквозь все тёмные пятна в жизни проглядывают злейшие враги нашего строя, нашего социалистического образа жизни. А как красиво описано у Пушкина наше время – пробуждение спящей красавицы Людмилы, спящей царевны! И от бури, и невзгод единственно верная защита – любовь нашей прекрасной Матери-Родины. Любите её!»

Хранители предлагали следующий способ передачи: обнародование одного рукописного листа в печати, с переводом и пояснением, передача по акту с возвратом копии листа для продолжения научных работ. Но Пушкинский дом хотел получить всё сразу, без обнародований. Переговоры о передаче Научной рукописи 1829 г. длились несколько лет и закончились неудачей.

Иван Макарович обращался почти во все центральные газеты и журналы, но везде встречал такие же невежество и враждебность, как в научных кругах. Кроме того, немногие из журналистов, привлеченные Научной рукописью, обращались в Пушкинский Дом за разъяснениями и получали невежественные и клеветнические сведения о Пушкине и Рыбкине. И тогда Рыбкину отказывали, ссылаясь на авторитет Пушкинского Дома.

29.3.1985 г. – Рыбкин писал академику С.И. Раппопорту: «…Наследниками-хранителями этого Научного труда Пушкина были непревзойдённые патриоты-подвижники: Иван Степанович Кутейников, Екатерина Ивановна Кутейникова, Софья Кузнецова, Николай Алексеевич Кузнецов и др., они к 1916 году распродали всё своё недвижимое состояние, но собрали ВСЕ! Старинные научные книги, включая 19 век, из библиотеки Пушкина или тех произведений, которыми пользовался в своих научных работах Пушкин, Всего свыше 14,5 тыс. томов.

Личная библиотека Пушкина, после его смерти в течение 50 лет находилась в личной собственности его наследников, и всё ценнейшее из неё постепенно растаскивали. Русские патриоты искали, к кому попадала эта ценность, а Кутейниковы самоотверженно платили деньги. Эти высокообразованные люди понимали, что значит наука для России. Фактически они собрали все старинные научные книги того времени в одно место к научным работам Пушкина…»

16.1.1987 г. Рыбкин – Т.Л. Калугиной: «ОБ АРХИВЕ»: «В России в 19 веке на смену ведущей части общества – дворянству, пришла русская интеллигенция, возглавленная Пушкиным. В это время (после революции 1763 г. Е.И. Пугачев) в народе произошла смена настроения: от частнособственнического, где были все против всех, где человек человеку волк, враг; к настроению общественному – где человек человеку друг, брат, где все за одного, один за всех. Тогда появились в России общины, артели! Е.И. Пугачев (Добрыня Никитич на картине «Три богатыря») был началом нашей социалистической, общественной просвещенности, пришедшей на смену ведущей в мире Западно-европейской, капиталистической!

Последующий революционный переход возглавил А.С. Пушкин. Это было новое, наше русское социалистическое миропонимание, мировоззрение. Таким образом, в XIX веке у нас две стороны государственной жизнедеятельности стали общественными (социалистическими)), а две другие: экономика и управление оставались капиталистическими. В связи с этим интеллигенция разделилась на два противоположных, непримиримых направления. Одна, прогрессивная, часть примкнула и верно служила идеалам Пугачева и Пушкина, другая верноподданно работала в капиталистической экономике и управлении государством.

Вспомните вещие слова Ф.М. Достоевского: “Жил бы Пушкин долее, так и между нами было бы, может быть, менее недоразумений и споров, чем видим теперь…”

В распоряжении интеллигенции, примкнувшей к капитализму, была Академия наук со всеми её учреждениями, министерство просвещения и все прочие культурные заведения. А у тех, кто был верен идеалам Пугачева и Пушкина, практически не имелось ничего, кроме надежды на будущее. И, чтобы сохранить (знания – В.М.Л.) для далёкого будущего, приходилось писать иносказательно, а разъяснения иносказательному обычно писали на иностранных языках, зашифровывали и помещали в Хранилище с пометкой до 1979-1998 годов. Для такого Хранилища, конечно, нужно было подыскать наиболее надёжное место.

И таким местом Пушкиным был избран Таганрог. К нему, потом, естественно, присоединяли своё все поколения прогрессивной интеллигенции. Так на Дону возникло Научное Хранилище всего русского в России, противопоставленный всему прозападно ориентированному. Постепенно с ростом материала создавались филиалы по разделам содержимого.

Существование, жизнедеятельность и известность этого Хранилища никогда не прекращалось, даже в самые тяжкие годы страны, и в то время, когда материалы приходилось перевозить и хранить в тайных местах.

На него опирались, им всегда пользовались в своих работах: Пушкин, Гоголь, Н.Я. Данилевский, Л.Н. Толстой, …(Н.А. Кузнецов, И.М. Рыбкин – В.М.Л.), Т.Д. Лысенко, и сними Ф.М. Достоевский, П.И. Чайковский, В.М. Васнецов и многие, многие другие – все русские (ставшие советскими) в России. 157-й год ведётся документально обоснованная история этого хранения…»

14.6.1987 г. – Рыбкин – Генриху Боровику: «14 июня в конце передачи «Позиция» Вы просили писать Вам…. В передаче «Позиция Вы идёте, точнее хотите идти вперёд. Повернувшись лицом назад (к истории прошлого). Зачем так? Ведь у нас в России есть ведущий Гений, который по словам Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского и многих других, а также в прекрасном портрете художника В.М. Васнецова, он смотрит на 600 лет вперёд (имеется ввиду Илья Муромец-пророк, смотрящий из под руки вдаль на картине «Три богатыря» – В.М.Л.). Вот на него бы и равнение!

В научных работах Пушкина есть убедительное объяснение, почему дикость рок-музыки с её порнографией, наркоманией, с белой смертью самоубийства, в таком безумстве охватила большинство молодёжи. Этого не следует бояться потому, что сейчас есть маленькое меньшинство прекрасной молодёжи большого будущего. А будущее не за горами.

В научных работах Пушкина это, революционные преобразования у Человечества 1998 года. Начало их мы уже видим, даже не вооружаясь знанием науки. Перестройка правления! впереди идущий у Советских народностей Гений Человечества А.С. Пушкин.…Только остерегайтесь лжи, распущенной Пушкинским Домом о Пушкине».

9.7.1987 г. – Рыбкин писал Л.В. Короткиной в Москву: «…Бытуют и такие выражения: «литературный, «письменный», «словесный» портрет. Так вот А.С. Пушкин в своих научных (литературных) работах, больше всего уделили внимание изучению и жизнеописанию своего великого предшественника Е.И. Пугачева, потом себе (ритмам своей жизни и своих работ на 200 лет вперёд), и изучению своего последователя, ведущего революцию 1920 г. (В.И. Ленина – В.М.Л.).

Ну и Вам, наверное, известно, что в трёх богатырях изображены: Добрыня Никитич, это Е.И. Пугачев, Илья Муромец – А.С. Пушкин, Алёша Попович – королевич (Ленин – В.М.Л.). Главным в этом портрете Пушкина, Васнецов изобразил не бакенбарды, а взор в далёкое будущее и непревзойдённое могущество гения. Форма, вооружение и доспехи донского казака подтверждают вступление Пушкина в 1829 году в донское казачество.

Думается, что для понимания творчества В.М. Васнецова полезно знать то, что он изучал «некоторую великую тайну» и всем своим творчеством причастен к «и вот мы теперь без него эту тайну разгадываем».

Историю хранения особо ценных исторических документов ведёт один их членов родового Совета хранителей. И там известно, какие документы из нашего Хранилища изучал Ф.М. Достоевский и В.М. Васнецов.

Хранилище Кутейниковых – Морозовых, с домашним музеем, является народным достоянием и всегда был и сейчас легко доступен всем прогрессивным русским в России и советским людям…»

7.10.1988 – Марьямову Б.М. писал Рыбкин: «Верноподданный романо-германский, покорно верующий христианин, каким представляют А.С. Пушкина «учёные ИРЛИ, не имеет ничего общего с Пушкиным Ф.М. Достоевского. В Донском хранении А.С. Пушкин – учёный атеист, последователь Пугачева. Он – начало всех начал в новой Общественной просвещенности великого (Русского) Советского народа».

По завещанию Пушкина научные работы должны быть обнародованы с 1979 г., а рукописи позже безвозмездно переданы в государственные учреждения, так как хранители не являются собственниками переданных им на время документов.

Познакомившись с И.М. Рыбкиным в 1991 году по его статьям в таганрогской газете, стал приезжать к нему из Ростова на Дону и расспрашивать о Научной рукописи Пушкина. Вскоре он показал один ветхий лист, исписанный на «непонятном языке», сказав, что в Научной рукописи изложено «забытое давно» знание о Законах Вселенной о Вечном Движении по кругу природы и общества.

После его смерти в июне 1994 г. по тщательному изучению научного наследия Пушкина мне открылись многие произведения Пушкина с иной точки зрения. Оказалось, что в стихотворении «Кинжал» Пушкин отразил закономерность хранения «Меча-кинжала» – «под троном».

А в «Руслане и Людмиле» Голова выполняла роль, недоступного простым людям, «трона». Ведь она являлась образом хранителя Научной рукописи Пушкина – Ивана Макаровича Рыбкина, бывшим в то время членом КПСС. Меч – это Наука о кольцевом движении природы и общества. Враги запретили СМИ СССР обнародовать сообщения о Донской Научной рукописи Пушкина, о пророчествах Пушкина, потому что в них предупреждали народ о скором конце частного правления Россией в ХХ веке. Из писем Рыбкина в ЦК КПСС знали о Научной рукописи 1829 г., и о неизбежном крахе партии и её владычества, и просто заботились о своём спокойствии до этого срока.

Голова богатыря – «брат» Черномора по партии, член КПСС, хранящий тайную Научную рукопись Пушкина (богатырский меч). Эти знания есть Наука управления государством и открытий в науке и культуре на основе Законов Вселенной о Вечном Движении по кругу природы и общества. Пушкин написал, что он был витязь удалой от юных дней.

Сам Рыбкин писал о себе: «в 1918 году меня призвали в русскую армию. Мне было всего 14 лет. Потом я служил в Красной Армии, в ЧОНах, получил офицерское звание. Окончил Высшую партийную школу при ЦК РКП (б). Окончив Северокавказский энергетический институт заочно (работал, т.к. имел семью, 5 детей), поступил в Промышленную Академию, в которой тогда же учился и Хрущев. В 1952 году был избран ведущим хранителем Научной рукописи Пушкина».

Черномор-КПСС и лично Никита Сергеевич – (благо были знакомы по Академии) прознал о тайной Научной рукописи Пушкина по письмам И.М. Рыбкина в газеты и журналы. Редакторам было дано указание не печатать, ничего из сообщений Рыбкина – хранителя Научной рукописи, «сторожа меча», но всё докладывать аналитическому центру при ЦК КПСС.

Голова была на то и голова, что на основе Научной рукописи Пушкина был создан новый математический аппарат законопознавательных наук. Рыбкин исследовал ритмы активности и усталости советского народа, порядки человечества, человека, растений, неорганического вида жизни.

Это видно по статьям 1997 г. Таганрогского общества «Пушкинская наука» работ И.М. Рыбкина: «Русская математическая наука» и «Основы русской математики», возвышающиеся как чудесный холм над научной пустыней современной европейской наблюдательно-описательной науки, зашедшей в тупик.

В последние годы, потрясённый переменами в СССР, был лишён общения с людьми из-за инсульта, несколько замедлившего движение и речь. А это равносильно обрастанию тернием, как отметил Пушкин. Таким образом, сбылись пророчества «чёрных книг» Пушкина, что хранителю отрубят голову из-за меча – Научной рукописи, а партия марксистов-троцкистов лишится своей «бороды» после выборов в первую Государственную Думу и Федеральное Законодательное Собрание депутатов, выступающих за общественное самобытное развитие России.

Именно тогда из правительства ушли агенты влияния космополитов – Гайдар и Федоров. Иван Макарович был патриотом, человеком талантливым, образованным. Он первый вступил в борьбу за Пушкина, но ему противостояли люди, враждебные духу русского народа. Но и это предвидел Пушкин. Он писал в «Опровержении на критики» (т.11, с.163): «…дружины учёных и писателей, какого б рода они не были, всегда впереди во всех набегах просвещения, на всех приступах образованности. Не должно им малодушно негодовать на то, что вечно им определено выносить первые выстрелы и все невзгоды, все опасности».

Автор и ещё двое исследователей из Ростова на Дону и Таганрога видели частично эту Научную рукопись. Все трое родились в один день (близнецы как Пушкин), но в разные годы. Но возможности исследовать текст зашифрованный и, тем более, написанный на старо-французском, естественно не было. Поэтому моё изучение Законов Вселенной о Вечном Движении по кругу природы и общества  проходило из уст в уста при встречах с хранителем Научной рукописи –  И.М. Рыбкиным.

1. Лобов В.М. «Дон Жуанский список и Донской Архив Пушкина 1829 г.» Ростов-на-Дону. 1996.

2. Лобов В.М. «Тайна пиковой дамы». Ростов-на-Дону. 1996.

3. Лобов В.М. «Пророчества Пушкина. Еруслан и Людмила – Иерусалим»  Ростов-на-Дону, 1997; М. 2-е изд. 2000.

4. уВ.М. Лобов «Пиковая и другие дамы Дона Пушкина». Ростов-на-Дону. 1998.

5. Лобов В.М. «Пророчества Пушкина и Нострадамуса о Руси». М. 1998.

6. Лобов В.М., Качура Г.Н. «Русский пророк Пушкин». М., 1999.

7. НИКШУП (Лобов В.М.) «История Пушкина. Круг 25-й. Рисуй Марию нам другую, с другим Пророком на руках». М., 2000.

8. НИКШУП – А.С. Пушкин. (Лобов В.М.) «Пушкин. Прозрение будущего Руси». М., 2005.

9. В.М. Лобов. «Ключи к загадкам Пушкина». М., 2008

10. В.М. Лобов. «Судьба хранителей Донской научной рукописи Пушкина».    Рязань, 2009.

11. Рыбкин И.М. «Основы русской математики». Таганрог. 1997

12. Рыбкин И.М. «Русская математическая наука». Таганрог. 1997

13. Качура Г.Н. «Циклы вечного движения». М., 2008.

14. Качура Г.Н. «Исправление имен». Таганрог. 1997.

Валерий Михайлович Лобов писатель-пушкиновед

http://www.pushkins1.narod.ru/index.html 22.03.2019

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!