ВЕЛИКИЙ РУССКИЙ ПРАЗДНИК

admin Газета, Статьи из газеты №37 (2016)

Рождество Богородицы (08\21 сентября) — знаменитый праздник на Руси. Знаменит он стал событиями — случившимися в сей день. Одно из оных известно превосходно: это Куликовская битва. Правда, подробно рассказывается о нем лишь в сочинениях ХVI века. Троицкий стихирарь, переписанный в 1379 году, хранящий деловые пометы 1380 г. монастырского уставщика Епифана – первого агиографа Сергия Радонежского, под 26(!) сентября сообщает о начале войны с Литвой и Ордой, как о новости [см. А.Л.Никитин «Основания русской истории», с.504]. 21 сентября в лесную глушь Серпуховского удела прискакал гонец из Симоновского Богородице-Рождественского монастыря, чей игумен Федор (племянник св.Сергия) был духовником Дмитрия Ивановича. О войне, о выступлении в августе войск из столицы, гонец великокняжеского духовника от монашеской братии скрыл…

 

«Сказание о Мамаевом побоище», служащее историографии Донского побоища – памятник знаменитый, известно более ста его рукописей. Энтузиазм к его известиям, однако, падает, когда узнаешь, что древнейшие списки датируются лишь 1540-ми годами. «Сказание» также внесено в текст летописей: Никоновской, Тверской (Ростовский Свод 1534 года) и III редакции Вологодско-Пермской. В Симеоновской (1495 год) — протографе Никоновской и в I — II редакциях Вологодско-Пермской летописи (1500-е годы) его нет, там стоит обычная, лапидарная летописная повесть о Куликовской битве. Начинают вводить героическое сказание в летописи внезапно, лишь в II\4 ХVI века.

 

Сказание имеет одну особенность. Даже когда рядом, в летописной статье, назван день недели, когда состоялась битва в Рождество Богородицы — суббота, сказанием праздничный день упорно числится пятницей. И это дает ключ к литературной загадке.

 

В пятницу, в день Рождества Богородицы, состоялась другая великая битва Русского Средневековья: битва 08.09.1514 года на Орше. 80-тысячная московская рать, — чья численность, кроме западных источников, названа в Густынской летописи [http://dlib.rsl.ru/viewer/01004161787#?page=379], — от сдавшегося после бомбардировки Смоленска была вел.кн.Василием III Ивановичем двинута на Минск. И здесь, на Оршанском поле, белорусско-украинское (как сказали б теперь) войско гетмана Вел.Кн.Литовского, благоверного князя Константина Острожского (старшего) – стража Православия Зап.Руси, разгромило азиатские орды Московского князя Василия – грека по материнской крови и азиопца по убеждениям, узурпатора великокняжеского венца (прототип старш.брата в сказке «Иван-царевич и Серый волк»).

 

Об этом много писали – причем, преимущественно в Великороссии. Но писали «между строк»: ассоциируя собственного правителя с темником Мамаем. Именно так, цитируя «Слово о полку Игореве» и «Задонщину» [ПСРЛ, т. 5(вып.1), с.89], написал об Оршанской битве в Псковской I летописи книжник Филофей (автор доктрины «Москва – III Рим») [см. http://samlib.ru/editors/z/zhdanowich_r_b/perwoistochnikipoorshanskoj.shtml].

 

Великокняжеские и митрополичьи летописи (Софийская, Воскресенская, Никоновская) говорят о битве 08.09.1514 предельно кратко. Делают они это в намеренно сбитой последовательности, не назвав дату битвы и поместив справку о ней последним осенним сообщением, перед статьей 01 декабря, смещая событие к зиме. Причины в их характере: будучи, своего рода, «камер-фурьерским журналом», столичная летопись фиксировала перемещения вел.князя. Ею было сообщено о поспешном «отъезде» Василия Ивановича 10.09.1514 из Смоленска к Москве. Но Владимирский Летописец – частная летопись князей Стародубских, сведенная вскоре после битвы, передает причинно-следственную связь точно: «…В лете 7023. Месяца сентября 8 день. На великого князя воевод пришли, на князя Михаила на Голицу да на Ивана Ондреевича, да на князя Семенку и на иных воевод, короля Жидиманта Казимеровича воеводы, шурин его, да князь Костянтинъ Острозской, да ины воеводы с Литовскою силою и ж Жомоцкою. Московскую силу разгоняли а воевод князя Михайлу Голенку да Ивана Ондреевича да князя Семенку живых поимали. Того ж месяца 24 день пришол князь велики Василей Ивановичь всея Руси ис-под Смоленска в град Москву, а с собою привел владыку Смоленскаго Варсонофья…» [ПСРЛ, т. 30, с.141]. Летописец прославленных воевод (из этого рода Д.М.Пожарский) — осведомленный о ходе кампании, сообщил, что москвичей не просто «побили», но «разогнали». Эта профессиональная лексика использовалась, когда сторона обращалась в беспорядочное бегство, и победитель гнал ее уже не оружием, а плетьми…

 

Он назвал и дату прибытия Василия в Москву, подтвердив известие новгородского владыки Макария (Летопись по списку Дубровского), что кесарь пригнал с собой схваченного смоленского архиерея, недавнего королевского подданного, взяв его тут же, как заложника. Этим будущий митр.всея Руси и предки князя Пожарского опровергли обвинения московских официозов — будто епископ после разгрома воевод завел сношения с князем Острожским (или, там, скажем, корректировал огонь украинских артиллеристов…).

 

Памятником русской ПОЛИТИЧЕСКОЙ литературы – цветисто рассказав о великой битве седой древности, с помощью небольшого хронологического анахронизма — отождествив ее персонажей с героями современности (Дмитрия Донского с Константином Острожским, а собственного государя – с поганым Мамаем), стало «Сказание о Мамаевом побоище». Так объяснилось, отчего становится оно известным лишь в ХVI веке.

 

Роман Жданович

 

 

 


 

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!