«…СУКИ!»

admin Газета, Статьи из газеты №28 (2016)

Зло притягательно. Великий русский художник-график Валерий Клевер (Клеверов Валерий Иванович, 1939 г.р.) — представитель «Газа-Невской культуры». Ему принадлежит издевательски-сатирическая карикатура «Летающий маршал»: осмеявшая воспевавшегося в те годы «героя» Гражданской войны Тухачевского. Клевер не удостаивается ни памятников, ни достойного внимания потомков в своем родном [см. http://www.s-nebo.ru/artmen.php?id=133] Ленинграде — Петербурге. Не помогла даже эмиграция за океан!

 

Зато — вселенской проблемой сделался вопрос воздвижения петербургского мемориала (в «охраняемом» историческом городском центре)… офицеру МВД, советскому, а потом североамериканскому русскоязычному писателю Сергею Довлатову (С.Д.Довлатов-Мечик). Монумент запланирован к установке на ул.Рубинштейна, 23, и, хотя городские власти не согласовали проект, станет на этом месте — пока как временный, передвижной памятник постмодернисту.

 

Писатель, историк и краевед Александр Сушко (1938 — 2007) так писал о двух художниках, в книге, изданной в 2000 г. Лабораторией оперативной печати журфака СПб.ГУ, тиражом 500 экз.: «Солженицын, выполнив практически работу целого института, выпустил, сначала в Самиздате, свой «Архипелаг Гулаг», ставший общественно-нравственным обвинительным актом системе. Слово ГУЛАГ существовало и до него, как, скажем, и слово НИГИЛИСТ до Тургенева. Но таково свойство русских писателей наполнять слова особым социальным, почти знаковым смыслом, вводить их в общечеловеческую лексику убедительно и наглядно. И Клеверу, знакомому и с «Екклесиастом», и с работой Солженицына (еще в рукописи), для следующей воспроизводимой работы не пришлось ломать голову над её смысло-загрузкой и названием.

 

И хотя Женщина, представленная на ней, (стр. 34) в буденовке да с красным знаменем, да концы плащ-палатки завязаны у неё на манер красного галстука, а её ноги пародируют кавалерийские брюки-галифе, есть в ней скрытая перекличка с француженкой, выходившей на баррикады Парижа (когда-то ведь было такое и во Франции). Но это не реминисцентный ход. Здесь осмысление роли Женщины, в ключе, художником поставленной, а жизнью — давно решенной задачи. И держит эта Женщина, помимо указанной выше атрибутики, ещё и нож. А тем, что он похож на меч, укороченный до размеров ножа эпохи гетер, воспетых Друниной, дает право на ассоциативное сравнение её (Женщины) с Фемидой. А то, что она без весов и повязки на глазах – это неважно, т.к. советской богине правосудия сие не было нужно: она не судила, она карала и во все глаза пялилась на обвиняемого и обреченного (см. развитие этой темы на стр. 35-36).

 

М.б., потому Валерий Клевер не воспринял ни личности, ни творчества Довлатова (в основном базируемых, по мнению одного из исследователей, на своеобразном пересказе еврейских анекдотов) – писателя, весьма популярного, с которым был знаком лично, — когда узнал, что тот во время прохождения военной службы был не только вертухаем, но выполнял, и с удовольствием выполнял, функции карающего надзирателя. То есть, врывался в камеры и, — как боксер-разрядник в весе более 100 кг и, на всякий случай, подстрахованный, — избивал сидевших в них» [А.Сушко «Женщины страны, канувшей в Лету (ассоциативные размышления над графикой художника Клевера)», СПб., ДЕАН, 2000, с.с. 33, 34, 37]… Мировосприятие художника, недоступное современникам!

 

Книга кончается подборкой андеграундных иронических стихов автора. Напр., такое:

 

У дома, где убит Маневич,

с тобой мы встретились

и там же разошлись.

Ты мне сказала:

-Ты ведь не царевич,

А от меня лягушки отреклись.

 

<…> Встречая деньгоманию зевотой,

Но принуждённая ходить среди убийц,

Я так тоскую о своем болоте,

О мордочках лягушек, а не лиц.

 

Но сожжена единственная кожа.

Кто сжег, не знаю, но возврата нет.

Ужасный город! Жизнь свою итожа,

Забудь меня! Беги к другой, поэт. («Лягушка»\ «Дон Кихот из Криндачёвки», 1998).

 

Примечание. Маневич – крупный петербургский чиновник, убитый на Невском проспекте летом, в 8 часов утра, неподалеку от улицы Рубинштейна, похороненный на «Литераторских мостках». При выборе кладбища, на котором обычно хоронят литераторов и артистов, видимо, учитывалась артистическая виртуозность его махинаций с недвижимостью. Один из тех, к кому непосредственно был обращен предсмертный вопль Синявского: «Что вы сделали с Россией, суки!?» [там же, с.66]…

 

ЖДАН РОМАНОВ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!