Сталин и Польша

admin Газета, Статьи из газеты №32 (2017)

Дорвавшись до так близких им ЕС и США, власти бывших советских республик Прибалтики и Украина делают сегодня все возможное, чтобы нанести по России как наследнице Советского Союза самые злобные, хищные и почти всегда необъективные исторические удары. И, конечно, Польша. По Истории. По русским советским солдатам. По коммунистическому СССР, который вместе с фашистской Германией в сентябре 1939г. на нее, «бедную и несчастную» напал и «зверски» под себя поделил. И, конечно, по Сталину, который вместе с Гитлером обо всех этих безобразиях по отношению к «ангелоподобному», по меньшей мере, польскому народу договорился.

Ну, что ж. Давайте разберемся. За что Сталин такую Польшу мог не любить и как определял — и определил! — ее Судьбу в нынешних, «после грабежа территорий» границах. И начать, наверное, надо с того, что после окончания Мировой войны и капитуляции Германиии, 6 ноября 1918г. было объявлено о создании независимого Польского государства, которого более 100 лет вообще не было. Границы его на Западе определены были Версальским Договором 28 июня 1919г., а что же касалось восточных с Советской Россией, с которой Польша находилась в состоянии войны и внутри которой шла война гражданская, то 8 декабря 1919г. Верховный совет Антанты рекомендовал их по «линии Керзона»: к западу преобладало польское население, а к востоку — непольское: литовское, белорусское, украинское, еврейское, русское. При этом в состав Советской России впервые должен был отойти и Львов.

Однако сначала, поскольку военные действия складывались для поляков благоприятно и были оккупированы значительные территории Украины, Белоруссии и Литвы, взяты Вильнюс, Минск, а 7 мая 1920г. и Киев, польская сторона попросту проигнорировала предложение Антанты. Полагая, что сможет добиться для себя восточной границы и на куда более выгодных условиях и куда восточнее этой самой «линии Керзона». Однако затем ход военных действий резко изменился, Советская сторона, перегруппировавшись и сконцентрировав силы, сумела добиться, как тогда казалось, решающей инициативы. Советские войска стремительно наступали, 10 июля 1920г. Польша уже была готова соглашаться с границей по «линии Керзона», но тут уже Троцкий с Тухачевским — даже после освобождения к 17 июля Западной Белоруссии и значительной части Западной Украины — на «линии» решили не останавливаться. И ошибочно (или провокационно намеренно) свой демарш на Варшаву, хотя Сталин о возможно опасных последствиях этого предупреждал — продолжили. Где 14 августа их ждало «Чудо на Висле» и в течение двух суток под Варшавой все было кончено — около 60 тыс. войск Красной Армии попали в окружение. Началось стремительное наступление белополяков, вновь приведшее к утрате 25 августа и Западной Украины, и Западной Белоруссии. В плену оказались 146 тыс., примерно 60 тыс. из которых сгинули в польских лагерях
навсегда. А в октябре 1920г. по позорному для Советской стороны Рижскому миру к Польше отходили обширные территории восточнее «линии Керзона» с преобладанием непольского населения: Западная Украина
(Волынская, Ровенская, Тернопольская, Ивано-Франковская и Львовская области), Западная Белоруссия
(Брестская и Гродненская области), а также Виленский край Литвы.
И естественно, что после этого отношения между СССР и Польшей диктатора Ю. Пилсудского, совершившего в 1926г. профашисткий переворот, а в 1935г. утвердившего авторитарную Конституцию, продолжали все последующие годы оставаться, несмотря на подписанный 25 июля 1932г. пакт о ненападении, крайне напряженными. Если не враждебными, поскольку 26 января 1934г. польский и германский диктаторы заключили еще и свой Пакт о ненападении Пилсудского —
Гитлера.

Да и вообще в послереволюционные годы Польша рассматривалась Западом как важнейшее звено «санитарного кордона» против СССР, а с началом активизации в конце 30-х годов военных действий в Европе, и сама, наряду с главным агрессором — фашистской Германией, возжелала реализовать свои немалые территориальные амбиции. В марте 1938г. 100 тыс. польских войск уже готовились к вторжению в Литву — и только позиция СССР и Франции его сдержала, но зато после Мюнхенского сговора Польша «оттяпывает» себе кусочек от расчлененного «чехословацкого пирога» и 2 ноября
1938г. вводит свои войска в Тешинскую область.
А в
январе 1939г. министр иностранных дел Польши Ю. Бек делает заявление о
претензиях Польши
уже и
на Советскую Украину, и на выход к Черному морю
(«Польша от моря до моря»).
И хотя договориться с Гитлером о дальнейшем удовлетворении территориальных амбиций не удается (26 марта 1939г. он подписывает «план Вайсс» о нападении на Польшу, а 14 апреля 1939г. денонсирует польско-германский пакт о ненападении), Польша, тем не менее, продолжает тешить себя несоразмерными иллюзиями. И предложенный СССР в мае 1939г. пакт о взаимной помощи отвергает, а в августе 1939г., уже буквально в самый канун войны, главнокомандующий Э. Рыдз-Смиглы продолжает забубенно твердить: «Независимо от последствий, ни одного дюйма польской территории никогда не будет разрешено русским войскам».

И последствия такой политики не заставили себя долго ждать: 1 сентября
1939г. немецкие войска вторглись в Польшу, что дало отсчет началу Второй мировой войны. А когда 16 сентября все было кончено — причем президент И. Мосцицкий исчез в первый же день, в ночь на 7-е бежал Э. Рыдз-Смиглы, а все польское правительство 17 сентября скрылось в Румынии, где было интернировано — Советская сторона, ссылаясь на этот факт, а также на фактический распад страны, дала команду Красной Армии 17 сентября выступить. И продвинуться до все той же — не далее, «линии Керзона», возвращая в состав СССР те самые, отторгнутые в 1920г. Западную Украину (включая Львов) и Западную Белоруссию. А что до граждан польской национальности — проживавших или находившихся на отошедших территориях, и, прежде всего, военнослужащих, то Постановлением СНК СССР от 29 декабря 1939г. всех их, включая и бежавших от немцев польских евреев, действительно интернировали или депортировали в отдаленные регионы Советского Союза (Коми, Казахстан, Сибирь, Средняя Азия). Всего в период с сентября 1939г. по май 1941г. число это составило 389 382 чел. Большинство депортированных заселяли в спецпоселения и лагеря, в достаточно плохие бытовые условия, а польские военнопленные, среди которых было до 15 тыс. офицеров и сержантов, использовались на дорожно-строительных работах. Некоторые офицеры и высланные гражданские лица содержались и в тюрьмах.

А когда началась Великая Отечественная, и Советское правительство активизировало деятельность по поиску возможных иностранных союзников, обратилось 30 июля оно и к находившемуся в Лондоне польскому эмигрантскому правительству В. Сикорского. Было подписано Соглашение
о взаимопомощи и
совместной борьбе
против гитлеровской Германии, важнейшим пунктом которого было решение о формировании на территории СССР — из находящихся в лагерях и спецпоселениях польских военнопленных — Польской армии. Ее численность была определена в 30 тысяч, причем предполагалось — по мере готовности той или иной дивизии — немедленно отправлять ее на советско-германский
фронт. Действовать армия должна была под руководством Верховного Командования СССР, но в его состав должен был войти и представитель польской армии. Для обеспечения выполнения этого решения, Советское правительство обязалось предоставить 12 августа амнистию «всем польским гражданам, содержащимся ныне в заключении на советской территории в качестве военнопленных или на других достаточных основаниях», а 14 августа генерал Сикорский назначил генерала В. Андерса (которого только что освободили из тюрьмы и который изначально был очень настроен против Советского Союза) главнокомандующим польских вооруженных сил на территории СССР и поручил ему начать формирование польской армии. Сроком готовности было определено 1 октября 1941г., при этом советские военные власти полностью приравнивали снабжение польской армии к снабжению частей Красной Армии, находящихся на формировании, а офицерскому составу было безвозвратно выделено 15 млн. рублей.

Но поляки выбрали двурушническую политику: воевать за Советы они не собирались, на Восточный фронт ехать не хотели, а стали выдвигать один предлог за другим, чтобы не пускать их в бой, тайно лелея надежду при первой же возможности куда-то выехать из СССР. На 25 октября 1941г. польская армия насчитывала уже 41 561 человек, из которых было 2630 офицеров, но в декабре Сикорский предложил расширить контингент уже до 96 тысяч или 6 дивизий. А достигнув в декабре этого числа дивизий при численности 73 415 человек, Андерс, тем не менее, ссылаясь, что было бы нежелательным вводить в бой отдельные дивизии, дал обещание, что вся польская армия будет готова к 1 июня 1942г. Советскому руководству все эти маневры были ясны, и поскольку содержать на своей территории столь большую, реакционно настроенную, вооруженную польскую армию, под командованием офицеров, которые крайне враждебно относятся к СССР, было нежелательным — формирование польских частей прекратили. С 1 апреля 1942г. количество продовольственных пайков было сокращено до 44 000, а польских солдат сверх этого количества было разрешено эвакуировать. В марте эвакуировали 31 488 военнослужащих и 12 455 членов их семей, а в августе 1942г. был поставлен вопрос о полной эвакуации, так называемой невоюющей армии Андерса. Были дополнительно эвакуированы 44 тысячи польских военнослужащих и 20-25 тыс. человек их семей. Итого из СССР через Иран в 1942г. выехали 75 491 военнослужащий и 37 756 членов семей. Более никаких организованных польских воинских подразделений на территории Советского Союза не оставалось, но отношения с польскими «лондонцами» при этом серьезно натянулись.

А достаточно скоро последовал и их разрыв, ибо
15 апреля 1943г. геббельсовская пропаганда сделала заявление, что немцы обнаружили в Катынском лесу под Смоленском ряд массовых захоронений с трупами нескольких тысяч польских офицеров, которые, якобы, находились здесь на строительных работах. Немцы создали широко разрекламированную следственную комиссию и она «доказала», что эти польские офицеры в марте-апреле 1940г. были расстреляны русскими. Эту версию Геббельса активно поддержали «лондонские» поляки и незамедлительно обратились в Международный Красный Крест, в связи с чем, сначала 16 апреля 1943г. в советской прессе появилось официальное сообщение. А поскольку польская сторона не унималась, 27 апреля было объявлено о прекращении Советским правительством дипломатических отношений с польским правительством в Лондоне. А когда в сентябре 1943г. Красная Армия отбила у немцев Смоленск, в январе 1944г. советские власти опубликовали результаты проведенного ими следствия по «катынскому делу», в котором принимали участие академик Бурденко, митрополит московский Николай, писатель Алексей Толстой, нарком просвещения Потемкин, а также присутствовала большая группа западных корреспондентов в сопровождении дочери посла США Гарримана. Комиссия предъявила неопровержимые доказательства того, что расстрел польских офицеров был совершен немецкой стороной в сентябре 1941г, когда эти территории под Смоленском были уже ими оккупированы.

В любом случае все отношения Советского руководства с «лондонскими» поляками были окончательно разорваны, и Сталин окончательно утвердился в мысли, что решать вопрос о будущем Польши со стороны Советского Союза придется уже без них и их влияния — и вступил на принципиально иной геополитический путь. Теперь, после уже свершившейся великой Сталинградской Победы — с одной стороны; очередной демонстрации истинного лица «лондонских союзников», фактически сомкнувшихся в «катынском вопросе» с Геббельсом — со второй; и после столь неприкрытого бегства армии Андерса — с третьей, он мог себе это позволить. И сначала, в начале марта 1943г. в советской прессе было объявлено о создании на территории Советского Союза «Союза
польских патриотов», целью которого ставилось объединить всех поляков, проживающих в СССР, независимо от их прошлого, взглядов и убеждений, для совместной борьбы — без каких бы то ни было компромиссов, против немецких захватчиков. Во главе руководства стали советская польская писательница
В. Василевская, полковник З. Берлинг, отказавшийся последовать в Иран вместе с Андерсом, полковник В. Грош, коммунист-публицист А. Лямпе и др. Затем 9 мая 1943г. было сделано официальное заявление СНК СССР о том, что он удовлетворил ходатайство Союза польских патриотов в СССР о формировании на территории СССР в районе среднего течения Волги — для совместной с Красной Армией борьбы против немецких захватчиков — польской дивизии имени Костюшко под командованием Берлинга. При этом если ее солдатами становились те из поляков — военнопленных, кто был более дружественно расположен к СССР, или по каким-либо причинам на пошел за Андерсом (не хотел, не успел, его просто не смогли взять), то многие офицеры обязательно раньше служили в Красной Армии. Эта дивизия численностью порядка 15 000 была сформирована уже в июле 1943г, а за ней — еще три, образовав 1-ю Польскую армию до 100 тыс., во главе которой были генералы: Берлинг, герой Испании К. Сверчевский и А. Завадский.

А 1 января 1944г. из сторонников Союза польских патриотов уже в самой Польше — в противовес эмигрантскому правительству, не ведущему борьбу против оккупантов — была образована «Крайова Рада Народова» (КРН) — Национальный Совет Польши. В него вошли представители демократических партий и групп, борющихся против немецких оккупантов: Польская рабочая партия (коммунистов) — ПРП, воссозданная в Польше в 1942г., оппозиционная часть крестьянской партии, Польская социалистическая партия, Комитет национальной инициативы, Союз борьбы молодых, Народная гвардия, Народная милиция и др. Председателем КРН стал представитель ПРП Б. Берут. На своем первом же заседании Совет принял решение об объединении всех борющихся на территории Польши групп в единую Народную армию (Армию людову),
а 22 мая польские уполномоченные Совета во главе с Э. Осубка-Моравским, Берутом, А. Витосом были приняты в Москве Сталиным.

Когда 23 июля 1944г. войска левого фланга 1-ого Белорусского фронта (маршал Рокоссовского), в состав которого входила и 1-ая Польская армия, освободили польский город Люблин, днем раньше — 22 июля Крайовой Радой Народовой был создан Польский комитет национального освобождения (ПКНО), который стал базироваться в освобожденном городе и получил рабочее название как Люблинский комитет.
Его председателем стал Э. Осубка-Моравский, а заместителями — А. Витос, В. Василевская и генерал З. Берлинг. Министром обороны был назначен генерал М. Роля-Жимерский. В изданном Манифесте Комитет, принявший на себя функции временного правительства на территории освобожденной Польши, радикально разрывал с «лондонским» правительством в эмиграции, не признавал фашистскую конституцию 1935г., на которую то опиралось. А признавал только конституцию 1921г., и заявлял, что «границы между Польшей и СССР будут установлены на основе «этнического» принципа и взаимного согласия, при этом Польша получит свои древние западные земли в Силезии, по Одеру и в Померании; Восточная Пруссия также должна войти в состав Польши.
Бессмысленная вражда между славянскими народами, длившаяся 400 лет, теперь, наконец, должна кончиться». Состав Комитета был довольно пестрым, но ключевые позиции были в руках ПРП.

В ответ 26 июля Народный комиссариат иностранных дел СССР опубликовал свое заявление об отношении Советского Союза к Польше: «Цель СССР — разгромить противника и помочь польскому народу восстановить независимую, сильную и демократическую Польшу. Советский Союз не будет создавать на освобожденной территории Польши свою администрацию, а заключит соглашение с Польским комитетом
национального освобождения.
Целей присоединить какие-либо польские земли или изменить общественный строй у Советского Союза нет, а присутствие Красной Армии диктуется единственно военной необходимостью». Однако в ход разворачивавшихся событий — с целью недопущения возможности обосноваться в Варшаве,
сразу после ее взятия частями Красной Армии, Люблинскому комитету —
неожиданно, но решительно, вмешались, причем в чрезвычайно трагической форме, «лондонское» правительство и его сторонники из Армии крайовой в самой Польше. В соответствии с директивами Советского Верховного Главнокомандования от 28 июля, войска Красной Армии должны были 1-2 августа 1944г. овладеть Каунасом, продолжить наступление к границе Восточной Пруссии и к 5-8 августа занять Прагу — предместье Варшавы на восточном берегу Вислы. После чего попытаться, поскольку все мосты были взорваны, форсировать эту широкую реку к югу от Варшавы и захватить несколько плацдармов уже на ее западном берегу. Реально же, хотя завязать бои на ближних подступах Праги удалось уже к 31 июля, но форсировать Вислу в районе Демблина 25 июля не получилось. Немцы перебросили на это направление большие силы — и 2-х месячное непрерывное наступление советских войск, начатое еще в Белоруссии, стало объективно выдыхаться, а его сила — иссякать. И именно в такой ситуации и в это время «лондонцы» во главе с С. Миколайчиком (ставшим премьером после гибели В. Сикорского в воздушной катастрофе в июле 1943г.), отдают приказ командующему Армией крайовой генералу Т. Бур — Коморовскому поднимать в Варшаве восстание, как только советские войска окажутся от нее в 30 км. Исходя из этого, его начало пришлось на 1 августа.

Г. Турецкий

(Продолжение следует)

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!