СКОЛЬКО БАНКИ ЗАРАБОТАЛИ НА ДЕВАЛЬВАЦИИ

admin Газета, Статьи из газеты №16 (2016)

Российские банки не раскрывают прибыль, полученную от торгов на валютной бирже. Но «Фонтанка» нашла способ и предлагает своим читателям вместе посчитать чужие миллиарды.

Согласно исследованию «Фонтанки», только по банкам топ-30 прибыль насчитывает сотни миллиардов рублей в год. И хотя результат подсчетов включает в себя прибыль от всех операций в иностранной валюте, а не только от валютных торгов, суммы говорят сами за себя. Главными валютными спекулянтами предсказуемо оказались крупнейшие игроки. Между тем специалисты просят не нагнетать: было бы странно, если бы банкиры упустили возможность такого заработка. Виноват скорее тот, кто давал им дешевые деньги, которые все утекли на биржу.

Стоимость доллара США на валютных торгах Московской биржи в 2014 году выросла с 33 рублей на 143% — до 80,1 рубля. Откатившись к началу 2015 года до 57 рублей, за весь прошлый год она выросла еще на 29%, до 73,6 рубля. Среди участников этих торгов — 512 организаций, из которых 90% — российские банки. Естественно, они заработали на этом движении десятки и сотни миллиардов рублей, но сколько именно — знают только они сами, Центробанк и Московская биржа. «Фонтанка» взяла в расчет топ-30 российских банков по размеру активов, за исключением тех, кто не входит в число участников биржевых валютных торгов. Как видно из инфографики, больше всего в 2014 году заработал Сбербанк (182 млрд), причем эти деньги обеспечили ему 60% общей прибыли (305,7 млрд). Вслед за ним идут Альфа-банк (144 млрд) и Внешэкономбанк (62 млрд). Убойные показатели Альфа-банка специалисты объясняют вверенной ему санацией Балтийского банка. В сентябре 2014 года, когда Центробанк выделил Балтийскому банку 57,7 млрд на санацию, большую часть этих денег (около 44 млрд) он дал в долг Альфа-банку. К декабрю этот долг был возвращен (когда доллар США вырос более чем в два раза). В 2015 году Альфа-банк заработал больше всех — 99 млрд — и отодвинул Сбербанк на четвертое место — 22 млрд. Между ними распределились «Открытие» (53 млрд, хотя годом ранее он получил убыток по валютным операциям размером 50 млрд) и Газпромбанк (25 млрд). Самым убыточным в 2014-2015 годах оказался банк ВТБ (общий убыток 109 млрд). Причем в 2014 году убыток от валютных операций получили 12 банков (включая СМП, Росбанк, Промсвязьбанк и РСХБ), а в 2015-м всего четыре (ВТБ, «Ак барс», Связь-банк и РСХБ). Ни одна из указанных кредитных организаций не ответила на вопросы «Фонтанки», но интересную точку зрения по поводу их убытков в 2014 году высказал блогер Томас Морр, который сделал анализ биржевого графика в «черный вторник», 16 декабря. Общий смысл таков: Центробанк вышел на Московскую биржу и в течение всего дня обманывал их ожидания, двигая цену против них, вынуждая их терпеть убытки. По мнению блогера, таким способом ЦБ «наказал спекулянтов». По данным самого ЦБ, 15-16 декабря он продал на бирже $3,3 млрд (что в десятки раз больше остальных дней).

Отметим, что у многих банков есть специальные трейдинговые подразделения, которые  зарабатывают на валютном и фондовом рынках Московской биржи. Их отчетность куда менее детальная, чем у банков, поэтому они в расчет не попали. Их участие в валютных торгах, несмотря на это, может составлять не меньшее значение. Ежегодная выручка компании «ВТБ Капитал», например, составляет 10-15 трлн рублей (а прибыль за 2014 год — 8,6 млрд), хотя формально она не участвует в валютных торгах (но проводит их, по-видимому, через ОАО «Банк ВТБ»). Такие компании, как правило, торгуют на деньги своих состоятельных клиентов, а их прибыль составляет комиссия от прибыльных сделок. Как велись расчеты Формула простая. Открываем на сайте Центробанка форму 0409102 интересующего банка (отчет о прибылях и убытках). Складываем доходы от купли-продажи иностранной валюты в наличной и безналичной формах, доходы от производных финансовых инструментов (фьючерсов, опционов и т. д.), полученные в результате изменения курсов валют, и значение положительной переоценки средств в иностранной валюте (об этом показателе чуть ниже). Из полученной суммы вычитаем аналогичные расходы — от купли-продажи, производных финансовых инструментов, а также отрицательную переоценку средств в иностранной валюте. Вычитая расходы из доходов с учетом положительной и отрицательной переоценки, мы получаем прибыль (до налогообложения), полученную от всех операций в иностранной валюте, в том числе от торговых операций на Московской бирже. Собеседники «Фонтанки» в коммерческих банках утверждают, что более точной формулы не существует. Для ее составления пришлось бы раздобыть данные об открытой валютной позиции (документ, который банки направляют в ЦБ каждый вечер), и по нему уже считать, по какому курсу банк купил валюту, каким объемом и по какому курсу продал. Но эта бумага непубличная. Понятие переоценки проще объяснить на примере. Допустим, в день Т курс доллара ЦБ был 30 рублей, а в день Т+1 курс ЦБ был 28 рублей. Банк купил $1 за 29,75 в день Т (получил доход 0,25 рубля, потому что купил ниже ЦБ), а в день Т+1 продал за 28,50 (получил еще 0,50 в доходы, так как продал выше ЦБ). Но реальный результат-то отрицательный — потратил на покупку 29,75, а выручил 28,50. Чтобы показать этот реальный результат, в день Т+1 банк получает переоценку –2 рубля, таким образом его убыток от этой сделки составляет –1,25 рубля. Что говорят сами банкиры «Фонтанка» направляла запрос в 29 из 30 банков, попавших в расчет (нидерландский «ИНГ банк (Евразия)» не указал контактов пресс-службы и электронной почты). СМП банк, Ситибанк, Связь-банк и «Россия» отказались от комментариев. Последний, в частности, из-за того, что с 2014 года не ведет активную деятельность на валютном рынке (тогда банк попал под санкции). В Райффайзенбанке сообщили, что придерживаются «консервативного подхода в валютных операциях», поэтому «собственные позиции банка [по покупке или продаже валюты] маленькие, и результат от них незначительный». «В основном доход возникает за счет разницы цен покупки и продажи по клиентским операциям», — отметили в банке.

В СМП Банке также заявили, что не согласны с нашей формулой расчета. Кредитная организация предложила добавить в нее доходы и расходы по еще двум символам (16101 и 25101), в которых отражаются доходы и расходы от производных финансовых инструментов. По подсчетам бухгалтерии банка, если их учесть, то можно увидеть, что банк в 2014 году получил прибыль от валютных операций размером 5,1 млрд (вместо убытка –27,4 млрд), а в 2015-м — 4,6 мрлд (вместо прибыли 7,8 млрд). Однако специалисты не рекомендовали учитывать данные символы, поскольку они слишком общие и включают в себя много лишнего. По большому счету, подробно и аргументированно «Фонтанке» ответили только в одном банке. ВТБ24 с ходу раскритиковал нашу формулу, но альтернативной не предложил. «Такая постановка вопроса имеет право на существование, если оценивать доход от длинной арбитражной позиции, иначе журналист, подменяя понятия, создает неверное понимание у читателя. В приведенных цифрах нет данных об арбитражных заработках», — сообщили в банке. Арбитраж — одновременное совершение противоположных сделок с разными инструментами на один актив при разнице в ценах таких инструментов. Этот вид торговли считается менее рискованным, чем спекулятивный, и как следствие, он менее прибылен. Наглядно примеры арбитражных сделок описаны на странице сайта Московской биржи. ВТБ24 не занимается извлечением прибыли, покупая валюту по одной цене и продавая по другой, говорят в банке. Банк оказывает услуги физическим и юридическим лицам по покупке/продаже валюты, не открывая собственных арбитражных позиций. «Для ВТБ24 прибыль — это спред [разница] между сделкой с клиентом и закрытием позиции на рынке. Такая прибыль в основном выражена в рублях и не подвержена приросту/снижению при колебании курса. Прибыль, полученная в валюте, ставится на P&L банка [в отчет о прибылях и убытках] по курсу Банка России, [а] если говорить о ее переоценке, то ВТБ24 фиксирует позицию по доходам, выраженным в иностранной валюте, путем продажи за рубли ежемесячно, что опять же делает указанную прибыль не подверженной приросту/снижению при колебании курса», — заверили в банке.Остальные банки на запрос вообще никак не отреагировали. Центробанк на этапе подготовки этого небольшого исследования сообщил, что никак не сможет в нем поучаствовать и даже не предоставит общие цифры по прибыли банков на бирже. Сбербанк в марте издал отчет по МСФО (который включает прибыли и убытки всех дочерних компаний, в том числе иностранных), из которого следует, что в 2015 году банк заработал на операциях с иностранной валютой 83,1 млрд рублей, из которых, как пояснял в СМИ зампред правления Сбербанка Александр Морозов, менее 50% приходятся на торговые операции. Другие банки подобных данных не раскрывали. Глазьев-Бастрыкин против спекулянтов Деятельность банков на валютных торгах в период девальвации неуклонно становилась предметом недовольства властей. Так, в начале декабря 2014 года президент РФ Владимир Путин попросил Центробанк и правительство «отбить охоту у так называемых спекулянтов играть на колебаниях курса российской валюты», хотя эта деятельность никем не запрещалась. Отношение к валютным торгам уже не первый год становится предметом полемики: сторонников регулирования этой сферы называют глазьевцами, по имени советника президента Сергея Глазьева, а сторонников рыночного развития — кудринцами, по имени бывшего министра финансов Алексея Кудрина. В октябре 2015 года Сергей Глазьев обвинил Центробанк в подыгрывании биржевым спекулянтам путем рефинансирования сделок репо в иностранной валюте (выдача кредитов под залог ценных бумаг). По его мнению, эти сравнительно дешевые кредиты банки направляют на биржу, способствуя ослаблению рубля. ЦБ должен следить за использованием этих денег, считает он. В конце марта 2016 года Глазьев в интервью «Московскому комсомольцу» заявил, что объем валютных торгов на бирже за неуказанный им срок вырос в пять раз, до 100 трлн рублей в квартал, что в 10 раз больше годового ВВП или внешнеторгового оборота. «Это означает, что более 90% биржевых операций носят чисто спекулятивный характер», — считает он. Наконец, в феврале 2016 года поистине выразительные итоги двухлетней девальвации подвел глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. По его убеждению, одной из причин обесценения национальной валюты стало незаконное распространение инсайдерской информации. «…Некоторые крупные участники валютного рынка строили свои спекулятивные стратегии финансовыми инструментами таким образом, словно им было во всех деталях известно о динамике дальнейших курсовых колебаний национальной валюты». Бастрыкин считает, что без обладания инсайдерской информацией банки вряд ли совершали бы подобные высокорискованные операции, вкладывая в них практически все доступные им деньги. Отметим, что по требованиям ЦБ размер открытой валютной позиции (объема вложений в покупку валюты, или, говоря научным языком, объем разницы между активами и пассивами) не может превышать 10% размера собственных средств банка. Однако специалисты рассказывали «Фонтанке» о существовании схем с деривативами и прочими инструментами, которые позволяют банкам доводить объем своих вложений в валюту до 30% капитала. Кого судили за инсайд и манипулирование За три года действия статей 185.3 и 185.6 УК РФ, предусматривающих ответственность за манипулирование рынком и незаконное использование инсайдерской информации, по ним возбуждено всего три дела, отмечал Бастрыкин, потому что статьи сформулированы так, что их применение практически невозможно. Уголовные дела, о которых говорит Бастрыкин, касаются фондового рынка. В 2013 году три года получил бывший гендиректор компании «Финкоминвест» Олег Кузнецов, который, как посчитало следствие, продавал акции этой компании своим же компаниям, искусственно создавая на них спрос (правда, дело расследовали по статье «Мошенничество»). За три месяца он заработал на этом около 100 млн. Но, как выяснилось, у «Финкоминвеста» не было ни имущества, ни денег, и никакой деятельности компания не вела. Это было первое дело подобного рода. Еще один пример. В марте 2016-го Следственный комитет рассказал о том, что в 2013 году некоторые клиенты брокерской компании «БКС» продавали неким кипрским компаниям акции компании «Мечел», в результате чего их стоимость упала на 30%. Манипуляторы, как считают в СК, заработали на этом 350 млн. Исхода этого уголовного дела еще нет. Не стройте теорий заговора Один из людей, близких к Московской бирже, с которым пообщалась «Фонтанка», попросил не строить теорий заговора и не пытаться искать виноватого в девальвации: «Лишний раз возбуждать странных людей типа Глазьева и Бастрыкина смысла мало. Запретят вообще покупать валюту, и все, им только дай». «Рынок так и должен быть устроен, что все происходящее в нем в честном стакане — рыночное, — считает он. — Нельзя кого-то обвинять в манипуляции, если он действовал в рамках правил. Банкам давали дешевые рубли, они, конечно, на них покупали валюту. Это арбитраж ставок называется. Мораль-то простая. Виноват тот, кто раздавал [деньги] на таких условиях, а не арбитражер», — отметил он. Биржевой «стакан» — область в компьютерной программе для торговли на бирже (например, SmartX, Transaq и др.), в которой в реальном времени отражаются обезличенные заявки участников на покупку или продажу валюты (или другого актива), а также их объем и цена. В похожем ключе высказался профессор-экономист, помогавший «Фонтанке» в поиске верной формулы. Он просил уйти от негатива в адрес банкиров. «Они были бы плохими капиталистами, если бы не заработали на девальвации. Бизнес для того и существует, чтобы зарабатывать», — сказал он. В одном из крупнейших российских банков, находящихся на первых местах в результатах расчета, сказали так: «Ну а что ты хотел? Люди зарабатывают деньги, это их работа». Банки против частных трейдеров Отметим напоследок, что в последние годы на Московской бирже началось некоторое противостояние банков и частных трейдеров. Биржа, принадлежащая в основном Центробанку, Сбербанку, ВЭБу и ЕБРР (более 50% акций биржи находятся в свободном обращении), ужесточала условия для работы частных трейдеров, что вызвало недовольство в их среде. «Было время, когда на систему электронных торгов пускали только ограниченных лиц, и для них это было золотое время. Огромные спреды, низкая ликвидность, невыгодные курсы в обменниках. Не так давно доступ дали всем, и валютой стали торговать значительно больше участников. Обороты выросли, комиссии (прибыли биржи) стали больше, спреды ниже, ликвидность выше. Очень скоро банки взвыли. Конкуренция привела к тому, что жадные, привыкшие к сверхприбылям банки перестали зарабатывать, так как рынок стал предлагать более выгодные цены для всех участников», — писал в «Фейсбуке» трейдер Александр Жаворонков в сентябре 2015 года. Тогда, пишет он, по слухам, банки пролоббировали решение о неравных условиях для маленьких трейдеров и стали взимать дополнительную комиссию за заявки объемом менее $50 тыс. «Через какое-то время трейдеры адаптировались, а банки опять поняли, что золотой дождь так и не полился», — пишет он. В сентябре 2015 года Московская биржа объявила о планах ввести сбор для заявок менее $500 тыс., что, по мнению Жаворонкова, станет «контрольным выстрелом в голову большей части мелких и средних участников».

АЛЕКСАНДР АЛИКИН, «Фонтанка.ру» 5 апреля 2016 года

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!