Разные судьбы

admin Газета, Статьи из газеты №35 (2017)

 

Разные судьбы дарит людям история, и о разности их для двух среднеазиатских девочек, в середине 30-х славу обретших благодаря встречам со Сталиным, давайте, вспомним. Это Геля Маркизова которую весь мир в ее 8 лет видел на руках у Вождя, и Мамалкат Нахангова — самая юная, в 11 лет, обладательница ордена Ленина. И разность такая выпала потому, что детство их — в какой-то момент одинаково счастливое, на время пришлось — непростое, послереволюционное, когда на гигантские свершения накладывались отдельные, не всегда продуманные решения.

Итак, Мамлакат Акбердыевна Нахангова родилась 6 апреля 1924г. в кишлаке Шахмансур близ Душанбе. Отец рано умер, и детство ее с мамой Курбан-Биби Наханговой и десятью братьями и сестрами прошло в кибитке колхоза им. Лахути. Мамлакат — в переводе с таджикского «страна», с детства умела держаться в седле и всей своей семьей помогала маме сортировать хлопок. В школу ходила, в 1934 г. была принята в пионеры, и внимание обратила на себя тем, как скора, быстра была в сборе хлопка. В силу сноровистости своей делала это обеими руками и за день, при взрослой норме 13 кг — сдавала по 70-80. Ей не доверяли, смотрели, чтоб «не обманывала», укоряли учетчика, что так много записывает, и кое-кто из местных даже угрожал — один раз и избили, чтобы так много не превышала выработку. Однако когда узнала, что А. Стаханов за смену вырубил 102 т угля, поставила целью своей собрать 102 кг хлопка, всем об этом сказала — и рекорда такого прилюдно добилась! За что колхоз в декабре 1935г. направил ее в Москву для награждения орденом Ленина.
А Геля, Энгельсина Ардановна Маркизова родилась 16 ноября 1928г. в Улан-Удэ (тогда еще Верхнеудинске) Бурят-монгольской АССР — и детство ее было совсем другим. В семье, с 1936г., наркома земледелия БМАССР и второго секретаря Бурят-монгольского обкома ВКП (б) Ардана Ангадыковича Маркизова и дочери — в дар от Николая II, когда тот по Сибири в 1896г. путешествовал, золотые часы получившего — забайкальского казака Пушкарева, Доминики Федоровны. Энгельсиной ее назвали в честь Ф. Энгельса, старшего на 2 года брата Владленом — в честь Владимира Ленина, и в большом доме их была большая библиотека.

Детство, как видим, у девочек было совершенно разным, но скоро в их жизни произойдут события, тесно друг с другом как бы переплетенные, хотя о взаимном существовании они и не догадывались, и события эти — встречи со Сталиным. Мамлакат в декабре 1935г. в числе передовых колхозников южных республик приехала Москву, где в Кремле «За трудовой героизм и успехи в поднятии урожайности хлопка» самой юной в СССР, в 11 лет, была награждена высшей советской государственной наградой Орденом Ленина. Получала его из рук Председателя Всероссийского ЦИК М. Калинина, по-русски знала всего несколько слов, и речь переводил учивший таджикский язык свояк А. Микояна, а Сталин подарил ее фотокарточку, где снята она среди членов Политбюро: Сталин, Молотов, Андреев — в таджикских халатах. На обороте подписав: «Товарищу Мамлакат Наханговой от И. Сталина за хорошую учебу и работу, 4.XII.1935г.». Мамлакат в ответ подарила ему книгу, а Геля в январе 1936г. оказалась в Москве потому, что отец — один из руководителей БМАССР, должен был быть на общесоюзном слете колхозников. Он взял ее с собой, и точно также как и Мамлакат, Советское руководство, чтобы наградить отличившихся в труде представителей Бурят-монгольской делегации, пригласило всех их в Кремль. Геля, узнав, что он идет к Сталину, напросилась ее взять. Мама, учившаяся тогда в Московском медицинском институте, купила два букета: один — Сталину, другой — Ворошилову, и 27 января все они вместе, втроем, пошли в Кремль. Гелю нарядили в новую матроску, забыв, правда, про туфельки, и пошла она в валенках — на дворе был январь.

В президиуме, кроме Сталина, сидели Калинин, Молотов и Ворошилов, гостей посадили за столики, причем тот, где сидела Геля с родителями, был недалеко — и начались выступления, награждения. Большинство членов делегации (67 человек): доярки, чабаны, заведующие животноводческими фермами, председатели колхозов, директора совхозов, представители культуры и искусства, партийно-советские работники были награждены: 3 Ордена Ленина, 15 — Трудового Красного Знамени, 32 «Знака Почета» и 1 — «Красной Звезды». А они в ответных речах на бурятском языке говорили о достижениях в сельскохозяйственном производстве, слова благодарности руководителям ВКП (б) и правительству СССР — и 8-летняя Геля все это слушала-слушала, терпела-терпела, помнила, что в нужный момент должна встать и поднести цветы Сталину и Ворошилову, но от скуки терпение кончилось. Она встала — и с букетами вдруг пошла. Сталин сидел в пол оборота, Ворошилов похлопал его по плечу, с улыбкой сказав: «к тебе пришли» — тот обернулся, сказал: «привет», взял оба букета и поставил с ними улыбающуюся Гелю в валенках прямо на стол. Ворошилов сказал: «девочка хочет сказать речь», счастливая Геля выпалила: «это Вам привет от детей Бурят-Монголии», и на шепот: «поцелуй его, поцелуй» — Иосифа Виссарионовича крепко поцеловала. Все разразились аплодисментами, кадр запечатлели присутствующие фотографы и кинохроникеры — и вошел он в Историю навсегда. Сталин и Геля.

После приема делегатам вручили подарки от Советского правительства, колхозам, представленным на приеме, дали по грузовому автомобилю, а делегаты преподнесли руководителям партии и правительства национальные халаты, костюмы, ножи и трубки. Геля, гордо сидя на сцене, все наблюдала — и вдруг громко спросила: «А мне будет подарок?». Что заставило всех притихнуть, но через некоторое время из президиума крикнули «Геля! Подойди сюда!» — и она подошла. Сталин спросил: «Что ты хочешь получить: часы или патефон?». Геля попросила и то, и другое. Сталин взял из рук Молотова красную коробочку, открыл ее, она увидела золотые часы с золотым браслетом, а вождь поинтересовался, нравятся ли они ей? Геля ответила утвердительно, а на его: «а патефон ты не донесешь» — возразила: «я позову папу». Ардан Маркизов уже получил в подарок один патефон, но снова поднялся на сцену за другим патефоном с набором пластинок. На часах было выгравировано: «От вождя партии И. В. Сталина Геле Маркизовой. 27.1.36 г.»; на металлической пластинке, прикрепленной к патефону: «Геле Маркизовой от вождя партии И. В. Сталина. 27.1.36 г.», и, кроме того, он вручил ей еще памятную медаль с надписью «От Вождя партии Сталина Геле Маркизовой».

И так, после встреч со Сталиным, начался у обеих восточных девочек с монгольским разрезом глаз счастливый и радостный, в чем-то похожий, знаменитый период. На следующий день газеты опубликовали фотопортрет Гели со Сталиным с надписью «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство», она в течение дня ходила по гостинице с газетой, показывая каждому: «Смотрите, это я». Стала кумиром советских школьников, сильно возросла продажа матросок, стрижка «под Гелю» стала популярной, портреты и плакаты со Сталиным — иногда огромные, появлялись на детских праздниках, висели в пионерских лагерях, школах, детских домах, детских садах, дворцах пионеров, иных детских учреждениях, часто публиковались на страницах газет и журналов. А скульптор Г. Лавров сделал 5-метровую их со Сталиным скульптуру. Мамлакат тоже, благодаря знаменитой ее фотографии со Сталиным, стала очень известна. В 1936г. получила путевку в «Артек», была приглашена в Ленинград, где побывала в Смольном, Зимнем дворце, на Марсовом поле, а во Дворце пионеров ей подарили выбранный ею мяч. Стала героиней поэмы Мирзо Турсун-заде «Солнце страны» и скульптурной группы «Сталин и Мамлакат» в Павильоне Таджикской ССР на ВСХВ (1938, В. Ингал).

Но через полтора года началось серьезное расхождение в их жизненных путях. И, нет-нет, путь Мамлакат примерно таким же и продолжался, в 1940г. ее даже представили, подобно античной богине, в скульптуре «Юная стахановка хлопковых полей Мамлакат Нахангова», работы М. Рындзюнской, гранит, 2,25 м. А вот у Гели начались неприятности. 17 ноября 1937г. ее отец — нарком земледелия БМАССР, был арестован по обвинению в организации антисоветского пан-монгольского заговора, целью которого был срыв посевной и использование колхозных лошадей для организации сабельных рейдов в тылы Красной Армии, участие в проведении шпионско-диверсионной, в пользу Японии, работы. Реальным же поводом ареста Маркизова и других руководителей БМАССР стал, возможно, действительный мор скота, прокатившийся в летний сезон 1937г. на сельхозугодиях республики, когда пало 40 тысяч голов молодняка. Сейчас трудно говорить, правильно все было или нет, но факт остается фактом: массовый мор скота был, а времена были суровые, бдительность и ответственность в которых проявлять было надо. Верившая, что отец «никакой не японский шпион, не враг народа», Геля под диктовку матери написала письмо Сталину, приложила фотографии с памятного приема, писала, что отец — «пламенный большевик, преданный партии и лично товарищу Сталину, воевавший в Гражданскую войну и помогавший организовать Бурят-монгольскую республику. Ответа не последовало, Ардан Маркизов был признан виновным и получил расстрельный приговор, который 14 июня 1938г. был приведен в исполнение.

Узнали они о нем много позднее, а тогда образовалась ситуация, когда вождь на плакатах, получалось, обнимал дочь «врага народа». Принято было решение надписи «Сталин и Геля» на постаментах к скульптурам Г. Лаврова перебить на «Сталин и Мамлакат», и этим же именем называть девочку на плакатах с изображением Гели. У обеих был монгольский разрез глаз, а то, что Мамлакат к этому времени было уже 13, так можно было считать, что со Сталиным сфотографировали ее в раннем детстве. Мать Гели вскоре была арестована, и с дочерью и сыном сослана в Казахскую ССР. Подаренные патефон и часы Геля всегда возила с собой, а Доминика каждую неделю отмечалась в органах НКВД, где пыталась запрашивать о судьбе мужа, но ей отвечали, что арестован «на 10 лет без права переписки». В ссылке она работала в городской больнице детским врачом, но спустя два года после переезда была найдена умершей на одном из ночных дежурств. Предположительно, что посчитала, что по ее вине умер какой-то ребенок, коллеги стали обвинять в том — и, видимо, не выдержав, покончила с собой, отравившись ядом. После ее смерти, в 1941г., Геля с братом поехали в Москву, где жила тетя с мужем Сергеем Дорбеевым, ее удочерили, дали свою фамилию и новое отчество, и Энгельсина Сергеевна Дорбеева пошла с ними в новую школу.

Но приближалась война, и с ее началом Мамлакат обратилась в местный военкомат, чтобы идти на фронт добровольцем, но ей отказали. В 1942г. участвовала в сборе игрушек и других вещей для детей блокадного Ленинграда и в составе делегации туда поехала. В Ленинграде от делегации отделилась и просилась зачислить ее в состав боевого корабля, но капитан потребовал у нее вернуться к делегации. Студенткой ухаживала в госпиталях за ранеными, выступала в Лондоне на конференции сторонников мира, а в седьмой душанбинской школе была избрана почетной пионеркой. А Энгельсина переселилась в Йошкар-Олу, где жила ее двоюродная сестра Гета, брат Владлен ушел воевать. Участвовал в разгроме Квантунской армии, служил на Дальнем Востоке и демобилизовался в звании капитана. Окончил Московский институт механизации и электрификации сельского хозяйства, участвовал в освоении целинных земель в Казахстане, был начальником проектного отдела «Агропрома» в Улан-Удэ, и в 1988г. умер.

Энгельсина же сначала поступила в Марийский государственный педагогический институт, а в 1948г. на исторический факультете МГУ (отделение «Востоковедение»), где училась с дочерью Сталина Светланой. Вспоминала об этом так: «Мы учились на одном факультете. Я знала, что она — дочь Сталина, а она, что я — та девочка, которая была на приеме, у ее отца. Но сблизиться мы не пытались, если наши отцы — враги, как же мы можем общаться». Зато выпало ей на долгие годы подружиться с будущим руководителем диссидентской Хельсинской группы Людмилой Алексеевой, обучавшейся в МГУ на историческом факультете с 1945г., что на отношении Гели к Сталину потом сильно сказалось, хотя, когда он умер, она тоже, как и все, плакала. А тогда, молодыми, они частенько заходили в кафе, и красивая Энгельсина не прочь была кое с кем и пофлиртовать. После университета работала в школе, преподавала русский язык в университете, работала в МИД СССР, а, выйдя замуж за советского, культурного атташе в Индии Э. Комарова, работала с ним там. В 1960-е годы вышла вторично замуж за ученого-востоковеда М. Чешкова, стала Чешковой, и, живя с ним в Москве, работала в Институте востоковедения АН СССР, Библиотеке им. В. Ленина, стала кандидатом исторических наук. А по целованному ею когда-то Сталину, «прозрев», в 1995г., говорила, что «это постепенно приходило осознание того, что представляет, из себя Сталин и его тирания. А сейчас «эти» ходят с плакатами, боготворят Сталина, забывая, что многие миллионы были уничтожены просто».

А Мамалкат училась в Таджикском государственном педагогическом университете, работала доцентом Душанбинского педагогического института, кандидат филологических наук, преподавала и английский язык. Неоднократно бывала в Москве, в июле 1972 г. на встрече с героями первых пятилеток познакомилась со Стахановым, и в том же году была в числе почетных гостей V Всесоюзного Пионерского слета в «Артеке». Мнение свое о Сталине не меняла и вместе с Евгением Джугашвили в 1982г. встречалась на даче у Молотова. Рассказывала, как тогда, в декабре 1935г. его отец — сын Сталина Яков, оказавшийся после награждения на приеме в Кремле, играя, окунул ее косичку в чернильницу (у нее, в отличие от Гели, была не короткая стрижка, а две длинные косы) и просил не рассказывать об этом отцу. В эти поздние годы, учитывая все перебитые надписи под памятниками, и не только — Энгельсина Чешкова однажды позвонила Мамлакат Наханговой, «чтобы расставить все точки над «i», но та общаться с ней отказалась. А в начале 2000-х, обе «сталинские девочки» скончались: в 2003г. — Мамлакат, а 11мая 2004г., в Анталье, в Турции, куда поехала позагорать, чтобы не терять привлекательность — Геля. Так закончились их, такие разные судьбы.

 


Геннадий ТУРЕЦКИЙ

 

 

 

 

 

 

.

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!