Об открытии памятника Даниилу Гранину.

dadmin Газета, Статьи из газеты №41 (2019)

«…Стараясь выбраться из тины, шли в полированной красе, осатаневшие машины,по всем  «не западным» шоссе…»

Даниил Гранин: «Никогда не мог понять, за что Москва заслужила звание «Город-герой».Всем известно, что 16 октября 1941 года, когда немцы вплотную подошли к городу, заняли Можайск, в Москве началась паника.
Первым бежало начальство, большое и малое. Из райсоветов, из горсовета, а потом и из Кремля. Шли потоки машин. Легковые, полуторки, груженные домашними вещами, коврами и людьми. Дети, родные, двигались потоками из города. Покидали заводы, фабрики. Прежде всего, покидало начальство, т.е, у кого были машины. Повсюду жгли архивы. Списки, документы в райкомах. Архивы судебные, военные. По всему городу в воздухе летала черная копоть…»

«…Я сравниваю Москву с Ленинградом в тот же самый сорок первый год, в те же самые месяцы. У ленинградцев еще оставалось какое-то время, недели две, когда они тоже могли бежать. Можно еще было покинуть город. Через Пушкин, через Александровку, по шоссе в направлении к Бологому, да мало ли — еще пути были свободны. Не покидали. Теперь считается, что зря не покидали. Не было ни эвакуации, ни бегства. Наоборот, считалось, что остаемся, будем защищаться, что город нельзя оставить немцам. Это была пусть плакатная психология, пусть неразумная, стратегически не оправданная, но героическая – несомненно…»

«…Москва была скорее героем бегства. Героем был Сталинград. Героически вел себя и Севастополь».

В прошедшую пятницу, как раз накануне открытия памятника Гранину, один историк серьёзно утверждал:  «Сначала все бегут!..» Не только Гранин, но и я тоже в этом не уверен. Не «бежали»  пограничные города: Одесса, Севастополь, Ленинград. Когда стал «пограничным», не бежал Сталинград.

Эти города стали городами-героями в 1944 году. А в 1964 г. звёздочками на знамёна этих городов поделился, очевидно, снимая их с подкладки своего мундира, «выдающийся» герой, который  «выиграл войну, поднял целину, и двадцать лет молчал об этом», дорогой Леонид Ильич Брежнев. Он действительно очень дорого обошёлся стране, хотя, возможно, сам не подозревал об этом.

Это его естественной смерти дожидались наши враги за рубежом и их союзники внутри государства. Если не сказать ,«во главе». И ещё цитата из Гранина: « В Москве трусость чиновников заражала горожан. Паника быстро распространялась. Столица повела себя неприлично. Но, может быть, естественно для переполняющих ее чиновников, всех этих ответственных, благополучных, откормленных …»

Добавлю только, что, конечно, не все москвичи бежали, согласно своей принадлежности к управляющему классу, насколько мне известно,19 октября поступила телефонограмма директору Карачаевского завода и главному инженеру: «Взорвать объект!». Они не поверили, и поехали в Кремль. В Кремле жгли документы, и дым стелился над брусчаткой. Никого не найдя, они не стали взрывать завод.

А секрет в том, что десять дней в столице не было Сталина. Когда он вернулся, то было принято решение о проведении 7 ноября обязательного парада на Красной площади. Вот нам и пример роли личности в истории.

Спасибо Даниилу Александровичу за его прямоту и твёрдость. Его памятник в «городе-герое Ленинграде» хорошо «посажен», на фоне «стоящих книжками» многоэтажных социальных домов.

Хорошо бы ещё перед ним сделать  переход через дорогу – Дальневосточный проспект. Потому что инвалидам и ветеранам, представляющим основное население вдоль «красной линии», трудно добираться до переходов, расположение которых годится разве что для молодых велосипедистов. А ветеранам, в их инвалидных колясках, на прогулке хочется поскорей оказаться вдали от «мейнстрима».

Всеволод Мельников, архитектор

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!