НЕ ТУ СТРАНУ НАЗВАЛИ ГОНДУРАСОМ-2

admin Газета, Статьи из газеты №35 (2016)

(Продолжение)

У гормонозависимых астматиков развивались тяжёлые приступы удушья. В ход шли сначала бронхолитики, а потом гормоны, и это способствовало проникновению инфекции в еще более глубокие отделы. Развивалась глубокая, так называемая, терминальная стадия бронхиальной астмы. Как правило, такие пациенты очень страдали и довольно быстро умирали, я разработал способ, который позволял, определёнными растворами растягивать стенки закупоренных бронхов. Далее создаётся отрицательное давление, и пробки извлекаются наружу. При этом часто отходит гной, мокрота, небольшое количество крови, но грамотное проведение процедуры позволяет плавно перевести больного из тяжёлого состояния, в состояние средней тяжести. Поражённые сегменты очищаются, в них приходит кислород, а оттуда, в головной мозг, в дыхательный центр, и приступы проходят. Далее лечится элементарно эрозивный бронхит, производится регулярный дренаж бронхов, уходит гипоксия, имеющая место у всех астматиков, а дальше – лечение, как обычного бронхита, и выздоровление. За 30 лет практики я провёл лечение порядка 3000 больных. И, как правило, процедуры проходили достаточно спокойно, после первой же процедуры на второй третий день больной чувствовал себя намного легче, а вторая, третья процедура давала возможность самостоятельно прогуливаться в парке и делать упражнения. Поэтому, астматики шли ко мне, несмотря на происки завистников, в том числе медиков, побывавших у меня и вышибленных за воровство или убежавших от работы, которая показалась им трудной. Я заставлял их уделять внимание самосовершенствованию и образованию больше времени, а этим они заниматься не любят. К сожалению, медицину во всем мире приспособили под себя проходимцы, для обеспечения лёгких и больших доходов, получаемых, практически без труда. Поэтому, когда ты работу с пациентом воспринимаешь как свой профессиональный человеческий долг, таким персонам тяжело и они бегут в другое место, где можно на бумажке, которая называется рецепт, выписать какую-нибудь пакость, сделанную химфармконцерном, получить деньги, превратить здорового человека в больного и продолжать из него качать средства для своего существования дальше. Вот такие, с позволения сказать, специалисты, попали ко мне, причем пришли они целенаправленно, чтобы сгубить мою стационарную методику. Каким способом? Убить больного, чтобы потом показать пальцем и сказать:

« У Суханова тоже умирают. У нас умирают потому, что так надо — объясняют они. А теперь вот и у Суханова».

Надо сказать, что лечебные методы, помогающие пациентам, начали штурмовать в конце 70-х, начале 80-х. К тому времени достаточно много учёных — у нас в России, Германии, в Америке, — пришли к выводу, что главная причина бронхиальной астмы это абструктивный синдром, который создаётся стараниями опять же медиков, работающих по специальным стандартам, основная цель которых сделать здорового больным, а потом добить его, тоже по специальному медицинскому стандарту. Процесс управляемый и направляемый из Соединенных Штатов Америки, нашими, так называемыми, специалистами, которые закончили институты, где им втемяшили в голову, что довольно большая группа острых хронических заболеваний, в том числе бронхиальная астма, неизлечимы. Таким образом, не мучайся и не думай, лепи «ахинею», рекомендуемую американскими стандартами, и если с больным что случиться, и он умрёт, то никакой суд тебя не накажет, потому что ты действовал, согласно предписанию мирового правительства, а оно «лучше знает», как должен работать врач. Вот такие «стандартники» и пришли ко мне, и, конечно, у них были еще и помощники. Так, к примеру, ко мне пришли из медтехники две дамы, и нужды в них не было никакой, они сказали, что пришли по поручению какой-то организации и должны проверить работу моих наркозных аппаратов, у меня их было два, третий новенький был в запасе. Дамы вскрыли наркозный аппарат и почему-то решили что трубки, проводящие газовую смесь, засорились. Надо сказать, что я в анестезиологии проработал почти 40 лет и впервые встретился с такими «мастерами», но я не подозревал, кто пришёл, а когда понял, было поздновато. Они расковыряли трубки, проводящие газовую смесь, и нарушили регулировку дозы подаваемой смеси. Дамы ушли и я понял, что с аппаратами что-то не то. У меня был третий запасной вариант переделанной эфирницы для авторотана, я попробовал на этом аппарате работать, было неплохо, но мне не понравилось. Я вспомнил, что у меня есть четвёртый новый запасной. Он еще не распакован и одному из докторов сказал: «Сходи ко мне в медицинскую комнату, там должен быть новый наркозный аппарат». Тот пришёл и сообщает, что наркозного аппарата нет, т.е. его украли, но не только наркозный аппарат, но еще целый мешок хирургических инструментов и запчастей для моей аппаратуры.

Ключ от медицинской комнаты был у медсестры. Я вызвал её. Смущаясь и заикаясь, она сказала, что мешок с инструментами попросил ее забрать доктор Артём, а что за аппарат она не знает. Я пригласил Артёма и потребовал от него объяснений, насчет мешка с инструментами, он сказал, что не помнит. « Ну как же ты не помнишь? На прошлой неделе ты мне сказал собрать все инструменты в мешок, взял его и куда-то увёз».

Артём продолжал долбить одно и тоже: « не помню», тогда я спросил, где новый наркозный аппарат. « Не знаю» – был ответ.

« Но чтобы всё это утащить, тебе кто-то должен был помогать»? –спросил я.

В ответ молчание, все тот же ответ: «не помню». Надо сказать, что все это жульничество и поведение этих докторов меня просто ошарашило, по-другому, не скажешь. Вызывать следователя было бесполезно. В таких случаях, конечно, нужно было стрелять на поражение, но портить ситуацией себе настроение из-за идиотов, не хотелось. Конечно, я предпринимал нужные расследования в коллективе. Медсестра Юля оказалась не Юля, а Циля. Короче стало ясно,что это была чётко направленная диверсия сионистской мафии против успешной русской медицины. После этого случая все один за другим сбежали. Я продолжал работать, но стационарную методику с использованием жёсткого бронхоскопа пришлось пока прекратить и заменить постепенно другим менее сложным методом лечения гормонозависимой формы бронхиальной астмы. Но на это потребовалось больше времени и сил. Пациенты, лечившиеся у меня ранее, просили меня про-санировать им лёгкие с помощью бронхоскопа, но я отвечал: «Это невозможно, сзади стоят с «вилами», чтобы сделать какие-нибудь неприятности в моей работе. Очень эффективный и надёжный способ пришлось пока исключить из практики. Жалко людей, которые просили меня помочь им, как раньше. Но мне пришлось отказывать и объяснять ситуацию. Постепенно моя новая методика прижилась, но она не заменила полностью прежнюю, более эффективную. Таким образом, именно власти вместе с преступниками от медицины практически открыто препятствовали доктору выполнять свои обязанности, а пациента лишили возможности избавиться от тяжёлого смертельно опасного заболевания гормонозависимой бронхиальной астмы. Потому что мои обращения к официозу нашего государства ничего не дали. Наоборот – когда пришло время лицензироваться, началось, как всегда, преступное издевательство. Моя дочь отвезла документы на лицензирование в СЭС, там сказали, что нужно месяц ждать. Подождали. Дочь через месяц снова поехала в СЭС, там долго искали заявление, потом объявили, что оно утеряно, но после того как на них нажали, заявление появилось. Еще через месяц, ко мне на приём, как к доктору, пришла представитель СЭС по фамилии Буц, её беспокоили боли в шейно-грудном отделе, плечах и многое другое, она обратилась ко мне с просьбой решить её проблемы. Мы с ней поработали порядка трёх недель. Надо сказать, что она достаточно добросовестно занималась, поэтому мы, через две -три недели получили хороший результат, пациентка была очень довольна. И она предложила заняться подготовкой документов на первом этапе для лицензирования, пообещав при этом, что сама отнесёт документы в Роснадзор. Она подготовила акт обследования помещения, который я подписал, потому что никаких возражений с её стороны не было, и пообещала, что сама отнесёт документы в Роснадзор и принесет решение. Я понимал, что она видимо не была в курсе ситуации, вокруг меня, и поэтому не надеялся на быстрый результат. Но неоднократно попросил о материальном поощрении сотрудников Роснадзора. Мы договорились, что через неделю я ей позвоню, а через три — четыре дня она вдруг исчезла. Я понял, что все не так гладко. Со своей стороны я понимал, что видимо, будут необходимы платежи, на что я сказал: «Я готов». Как мы договорились, через неделю, я ей перезвонил. Она явно волновалась, что-то спутано пыталась объяснить, и в конце сказала, что мой представитель должен пойти и получить заключение. Заключение мы получили, которое гласило, что нам отказано, потому что здание не подходит по СНИПам. Смысл, в общем-то, был понятен. Видимо нужно было напрямую пойти и вручить пакет с деньгами и всё, но я тоже опасался, что меня могут привлечь по закону за взяточниство. При повторном звонке Буц, мне ничего вразумительного добиться не удалось. Где-то весной мне удалось с помощью депутата отправить письмо губернатору с кратким описанием моих проблем связанных с лицензированием. Через два месяца мне принесли из канцелярии моё письмо губернатору, на котором наискось на углу было написано: «Калабутину (зав.комитета по здравоохранению), разобраться». Я, в общем-то, не понял, что это всё значит, письмо моё должно было остаться у губернатора, а мне должен был прийти ответ из его канцелярии. Губернатор, прочитал моё письмо, реакция его была положительной, а тут вместо ответа такая загадка. Как пояснил депутат, мне прислали копию, а оригинал остался у губернатора. Пока я размышлял над загадками нашего бытия, ко мне после предварительного звонка пришли три дамы из Роснадзора, госпожа Ивановская (заведующая Роспотребнадзором), а с ней две сотрудницы. Они ознакомились с моими документами, прочитали ответ из Роснадзора, который был написан в конце 2015 года. Посовещавшись, пришли к выводу, что в моей заявке было слишком много написано дисциплин, решили сократить до трёх, и Ольга Дмитриевна предложила отправить мою секретаршу, которой она объяснит, что нужно сделать. Здесь я хотел бы сделать некоторое отступление, потому что у меня события развивались как в детективном романе. Примерно месяца за три — четыре до этого, по моей просьбе, один из довольно известных политиков попросил взять на работу её родственницу, приехавшую из периферии, я её взял. И это происходило в присутствии моих товарищей по РСД (Русское Социалистическое Движение) которые, однозначно мне сказали: «Александр Иванович, не бери, здесь подстава. Честно говоря, у меня тоже были сомнения и я сказал: « Давайте посмотрим, если человек специально подосланный, это откроется довольно быстро». А тут как раз такой случай представился, нужно было направить секретаря с документами к госпоже Ивановской О.Д.. Мы собрали снова пакет документов, положили ответ с отказом из Роснадзора, но я, на всякий случай придержал положительный акт написанный сотрудницей СЭС Буц. Моя новая секретарша пошла на встречу с госпожой Ивановской. Спустя два часа она вернулась и сообщила, что Ольга Дмитриевна требует написать заявление, собрать заново все документы, потому что они по её мнению устарели, т.е. нас уже не первый раз пустили по кругу. Когда я проверил, после визита к Ивановской, пакет с документами, то там не оказалось последнего отрицательного ответа Роснадзора, он исчез. На мой вопрос к секретарше: куда он делся, последовал ответ: «Его там не было». А потом с секретаршей начались чудеса. Стало понятно, что она подослана наблюдать, подслушивать и т.д.. Не буду описывать чудеса, которые происходили с этой девушкой, но в одно из воскресений она украдкой с каким-то молодым человеком прихватила ряд вещей, которые ей не принадлежали, и уехала с молодым человеком. Я позвонил её дяде, тот высказал своё удивление, и он наших собраниях РСД больше не появлялся. Я еще остановлюсь на ситуации вокруг патриотического движения Петербурга. Но у нас тема о другом. Как-то в разговоре по телефону Ольга Дмитриевна обмолвилась, что нестандартные методики не лицензируются. Когда я попытался вернуться к этому вопросу, она ушла от разговора и пояснила, что я должен нанять ряд еще специалистов чтобы работать по выбранным мною дисциплинам, поэтому я решил оставить разговор с ней отдельно, при подходящем случае. Но мне не удалось с ней встретиться.

(Продолжение следует)

А. И. СУХАНОВ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!