Мать за сына отвечает

dadmin Газета, Статьи из газеты №27 (2019)

1 декабря 1935г. на совещании передовых комбайнеров Сталин, в ответ на одно из выступлений, обронил фразу, ставшую крылатой «Сын за отца не отвечаем». А мать за сына? Отвечает, еще и как. И на примере Каридад Меркадер конкретно докажем.  Другое дело, что не все поймут, о ком речь, но тогда скажем, что Она – мать убийцы Л. Троцкого, Героя Советского Союза Рамона Меркадера, а начинала свой материнский, да и вообще жизненный, став Личностью яркой, нестандартно радиальной – путь Эустасия Мария Каридад Меркадер дель Рио так.

Родилась 29 марта 1892г. в г. Сантьяго-де-Куба  в богатой и влиятельной семье: среди ее предков были вице-губернатор острова и испанский посол в России, а отец – местный губернатор. Именно он издал указ об освобождении черных рабов, обеспечив себе, величайшее уважение со стороны последних. Ему поставили за то даже памятник, после чего синьор дель Рио всю оставшуюся жизнь, окруженный почетом и в полном довольстве, мог провести на Кубе, но вместо этого, как испанец, с семьей решил вернуться на историческую родину. Его любимица Каридад получила прекрасное образование в аристократических учебных заведениях Парижа и Лондона, отличалась ловкостью и недюжинной силой характера, была красива и считалась одной из лучших амазонок Испании. Отбоя от женихов не было, однако, познакомившись на одной из конных прогулок с владельцем текстильных фабрик г. Бадалона Пабло Меркадером, в свои 18 предпочла его. Супруги любили друг друга, пошли дети: сыновья: Пабло (1911), родившийся 7 февраля 1913г. в Барселоне Хайме Рамон Меркадер дель Рио Эрнандес, Хорхе (1915), дочь Монсерат (1918), и в 1923г. Луис.

Однако счастливая безоблачная жизнь кончилась, как только многодетная, но с взрывным характером, мать Каридад увлеклась политикой. Примкнула к анархистам, участвовала в их акциях протеста против «эксплуататорских классов», в том числе, подготовке взрывов в Бадалоне. Попытки мужа как-то успокоить ни к чему не привели, более того, ее – такую, взрывную на 3 месяца поместили в психиатрическую больницу. Выйдя оттуда, она сразу развелась с Пабло, забрала детей и уехала во Францию. Получая от мужа довольно приличное содержание, приобрела ферму, но хозяйство наладить не сумела. Затем в Тулузе прихватила небольшой ресторан – тоже неудача, средств на жизнь не оставалось, мысли пошли тяжкие, вплоть до попытки самоубийства, но удержали дети.

И тогда еще раз – уже решительно и навсегда, Каридад втянулась в политику. В 1922 г. вступила в Компартию Франции, а когда бурные события в начале 1930-х годов стали разворачиваться в Испании – в Компартию и родной страны. И уже не одна. Твердо считая, что отстаивает дело свободы и справедливости, в этом же духе, как Мать, воспитывала и детей. Прежде всего, старших сыновей, и когда в июле 1936г. началась Гражданская война, с ними рванула на фронт. Была контужена, 11 пулевых и осколочных ранений, была между жизнью и смертью, но удалось спасти. Старший сын Пабло стал командиром бригады, но, обвязавшись гранатами, бросился под танк, и под Мадридом погиб. Мать гордилась Сыном. Один из лидеров комсомола Каталонии, а позже член Компартии Испании, Рамон был ранен, попал в госпиталь, а затем его направили комиссаром 17-го участка Арагонского фронта. Воевал и Хорхе, а юный Луис был просто при штабе.

С октября  1936г. Каридад находилась в Мексике, где ее стали хорошо знать, привезла оттуда оружие и деньги. А в 1937г. смуглой красавицей с абсолютно, белыми волосами, свободно владеющей французским и английским языками, заинтересовался зам. резидента  ИНО НКВД в Испании Н. Эйтингон («генерал Леонид Александрович Котов»). Согласие она, боготворящая Сталина, сотрудничать с советской разведкой дала, получила оперативные псевдонимы «Мать» и «Кира» и стала выполнять агентурные задания. Дала, в частности, определенную информацию на Михаила Кольцова и его жену Марию Остен.  Вовлекла Рамона, с февраля 1937г. он тоже стал агентом ИНО НКВД, и тут вот еще что. После подавления, во многом по вине анархистов и троцкистов, барселонского восстания, когда 500 человек погибло и свыше 5 тыс. было ранено, простить такое многие уже не могли, и родилась глубинная ненависть к анархистам и провокаторам – троцкистам, самому Троцкому. И потому, когда для реализации выработанного в Москве плана его ликвидации потребовалось найти надежного исполнителя, Каридад, не задумываясь, предложила на эту роль Рамона, и тот согласие дал.

В НКВД поддержали, ибо видели, что он, как убежденный коммунист (псевдоним «Раймонд»), мог стать очень полезным агентом советской разведки. Прекрасно стрелял и владел приемами рукопашного боя. Высокий, сильный и внешне привлекательный. Владел французским и английским языками. С быстрой реакцией, фотографической памятью и актерскими способностями, чем очень подходил для роли привлечь внимание одной из секретарш Троцкого, и с ее помощью проникнуть в дом. И 20 августа 1940г. все так и случилось. Под именем канадского гражданина Фрэнка Джексона попросил Троцкого прочитать его статью о троцкистском движении, тот пригласил в кабинет, и, когда углубился в изучение, «Раймонд» нанес ему удар ледорубом. Лезвие вошло в затылок на 7 см, однако Троцкий не умер, а, издав страшный крик, повернулся и схватился за ледоруб.

Во время покушения у виллы находился автомобиль с Эйтингоном и Каридад, чтобы сразу после убийства увезти Рамона, однако операция прошла не так гладко, как планировалось, и «Матери» осталось лишь смотреть, как полицейские уводят сына. Троцкого увезли в больницу, где он потерял сознание и 21 августа умер, а «Том» (Эйтингон) и «Мать» в тот же день вечером покинули Мексику, улетев на Кубу. Затем перебрались в США, где совместно с нью-йоркской резидентурой НКВД провели большую организационную работу по облегчению участи Р. Меркадера – обеспечили ему солидную юридическую поддержку и наладили связь с ним двух специально проинструктированных агентов, находившихся в Мехико. «Раймонд» вел себя мужественно, ни словом не обмолвившись, что является советским разведчиком, и ликвидировал Троцкого по заданию советского правительства, однако был осужден на 20 лет тюремного заключения.  А Каридад с Эйтингоном поездом Харбин – Москва в конце мая 1941г. вернулись в Москву, где  закрытым Указом были награждены Орденом Ленина. 17 июня, за 5 дней до войны, в Кремле на приеме их приветствовали Берия, Каганович, Ворошилов, а Сталин Каридад вручал орден лично.

С началом Войны, с некоторыми другими испанцами, она была эвакуирована в Уфу, но после успеха советских войск под Москвой, вернулась. Вместе с детьми, Хорхе, Луисом и Монсерат проживала по адресу:  Большая Садовая, 1/7, кв. 54, на них в НКВД были заведены учетные карточки, по которым выплачивалось  денежное содержание. Дальнейшая судьба детей такова, что Хорхе ушел воевать с фашистами, но попал в плен, был освобожден из концлагеря в 1945г. Очаровательная блондинка, начинающая артистка Монсерат в 1942г. выехала в Италию, где взяла сценическое имя Мария, стала известной итальянской и французской киноактрисой, а в конец войны вышла замуж за выдающегося итальянского кинорежиссера Витторио де Сика. Луис в Управлении по делам военнопленных, прежде всего, испанской «Голубой дивизии», работал в качестве переводчика, окончил Московский энергетический институт, стал профессором, в Испанию вернулся только в 1980- е годы.

А сама – такая энергичная и радикальная Каридад, не очень находила себя, чувствовала тяготящую неудовлетворенность без горячащих дел: «Я им (НКВД) больше не нужна… Меня знают за границей… Опасно использовать… Я больше не та женщина, какой была прежде…». Мучила и внутренняя тревога за Рамона, и 12 декабря 1943г. она пишет письмо Сталину. «Дорогой товарищ Сталин! Я уже 2 года и 9 месяцев в Советском Союзе, не получив за все это время  другого задания. Если здесь нет для меня работы, то могли бы мне дать возможность работать за освобождение моего сына. Дорогой Сталин, Вы только можете понимать сердце коммунистки – матери. Я прошу Вас ходатайствовать, чтобы могла ехать в Америку и заниматься этим, раз здесь в СССР не могу быть полезной. Надеясь, что после этого письма положение, в котором теперь нахожусь, не будет продолжаться».

Ответ от Сталина получила, летом 1944г. перебралась в Мексику на выручку, можно сказать, к сыну, но, как оказалось, неудачно, и дело вот в чем. «Группа поддержки» готовила побег, по которому планировалось перебросить Рамона в портовый Веракрус, и после отсидки на конспиративной квартире переправить на судне в Гавану – кубинский паспорт был уже заготовлен и находился у резидента советской разведки. Но, как показалось прибывшей в Мехико Каридад (Кире»), все шло медленно. Стремясь активизировать, стала, не советуясь с резидентурой, везде появляться, а в определенных кругах была хорошо известна – помнили, что еще в 1936г. приезжала за оружием.  Появление не прошло незамеченным, попала под постоянное наблюдение, начальник тюрьмы «Лукумберри», в которой находился Рамон, был предупрежден. Тюремный режим стал более жестким,  угроза увольнения повлияла на имевшиеся «договоренности» с рядом охранников и тюремных чинов, к Рамону приставили дополнительно надзирателей – и операция сорвалась. Осталась лишь незнакомая прежде артистка кабаре Рокелия Мендоса,  которая по заданию носила ему передачи и со временем стала женой.

Оставаясь в Мехико, Каридад была единственной из сотрудников советской разведки, которая, как «Кира» 9 мая 1945 г. получила персональную телеграмму от Берии за подписью «Павел», поздравлявшего с Победой и сообщавшего об освобождении из фашистского концлагеря сына Хорхе. Депешу вручил резидент советской разведки в Мексике Григорий Каспаров. В начале октября «Кира» обменялась прощальными письмами с сыном, а 24-го числа того же месяца в нью-йоркском порту поднялась на борт парохода, чтобы навсегда возвращаться во Францию. Как определенную вину несет она – Мать, и за то, что, находясь в 1941г. в эвакуации с другими испанцами, одному из них, которого хорошо, как ей казалось, знала – видный деятель компартии, – доверительно, тогда еще «по горячим следам»,  сказала, что убил Троцкого ее Рамон. Была  убеждена, что «под большим секретом» тот никому не выдаст.

Но, когда в Мексику из испанских полицейских архивов доставили досье Меркадера, личность «Франка Джексона» была установлена, отпираться стало бессмысленно. При неопровержимых уликах признал, что является Рамоном Меркадером, но не признал, что убил Троцкого по заданию советской разведки, подчеркивал личный мотив. Отсидел 20 лет, 6 мая 1960г. вышел на свободу, вылетел в Гавану, далее в Прагу, а потом ждала Москва, где стал гражданином СССР, а 31 мая еще и Героем Советского Союза Лопес Рамоном Ивановичем. В районе м. «Сокол» получил прекрасную четырехкомнатную квартиру, в Малаховке – летнюю дачу, и 400-рублевую пенсию. Перевез жену Рокелию – она начала работать диктором испанской редакции московского радио, а сам – в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, где испанские эмигранты писали историю своей Компартии и гражданской войны.  В 1963 г. они усыновили мальчика Артура 12 лет и девочку Лауру шести месяцев – родители были друзьями Меркадера. Отец, участник гражданской войны в Испании, бежал после поражения республиканцев в Москву, позднее вернулся на родину в качестве агента-нелегала, но был схвачен франкистами и расстрелян; мать умерла в Москве во время родов.

И, конечно, более чем через 20 лет, смог увидеться, наконец, с Матерью.  Каридад из Парижа приезжала, на фото с сыном и женой Рокелией. Однако московский климат был губителен, Рамона пригласили кубинские друзья. В конце 1973 г. на Кубу уехала Рокель с детьми, а Меркадер присоединился через год, где в звании генерала являлся советником при министерстве внутренних дел. В 1977г. последний раз приезжал в Москву на празднование 60-летия Октябрьской революции, а 18 октября 1978г. на Кубе скончался. Урну с прахом доставили в Москву, со всеми воинскими почестями похоронили на Кунцевском кладбище. А на 3 года раньше, в 1975г., в Париже из жизни ушла «железная испанка» Каридад Меркадер, в изголовье кровати которой висел портрет Сталина – им она всю жизнь восхищалась.

До последних дней и Сын, и Мать получали пенсию от КГБ. В иностранной валюте получали пенсии: и жена – пожизненную, и дети – до достижения совершеннолетия. За счет КГБ были установлены  надгробья: на могилае матери – на парижском кладбище Пантин, а сыну, с надписью «Лопес Рамон Иванович, Герой Советского Союза» – на Кунцевском, в Москве. Такой ответ, что мать за сына – Меркадеров, точно всю жизнь отвечала.

 

Геннадий ТУРЕЦКИЙ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!