ИОСИФ СТАЛИН – «МУЖИЦКИЙ ЦАРЬ»?

dadmin Газета, Статьи из газеты №36 (2019)

Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным,

ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не

обнаружилось бы…

(Евангелие от Марка гл.4 ст.22 и от Луки гл.8 ст.17)

 

  1. ОТЕЦ НАРОДОВ

В истории российской государственности, на всем протяжении ее существования с момента возникновения таковой и до наших дней было, есть и еще долго будет оставаться немало тайн, которым суждено будоражить умы историков, писателей, публицистов и просто обычных людей, не равнодушных к подлинной истории своего отечества (упорно продирающихся к истине сквозь завалы откровенной лжи, всевозможных мифов, легенд и прочих небылиц, нередко нагроможденных не без злого умысла). Однако, из всего этого обилия, остановимся на двух наиболее значимых, а главное – близких нам по времени, что архиважно для шагнувшего в ХХI век молодого поколения, коему предстоит поставить в них окончательную точку. А именно: РАССТРЕЛЕ царского семейства и их слуг в июле 1918 года, в подвале особняка инженера

Ипатьева в Екатеринбурге, и «тайне происхождения Иосифа Виссарионовича Сталина – «ГЕНЕРАЛЬНОГО ПО ДОЛЖНОСТИ И ВЕЛИКОГО ПО СУЩЕСТВУ» («Минуты века», № 3, 30 марта, 2017 года).

 

ВЫСКАЗЫВАНИЯ ЗНАМЕНИТЫХ ЛЮДЕЙ О И.В.СТАЛИНЕ:

«Сталин имел колоссальный авторитет. И не только в России. Он умел «приручать» своих врагов не паниковать при проигрыше и не наслаждаться победами».

Шарль де Голль

«Весь его облик был таков, что вызывал уважение к государству».

Перо Паливода – народный герой Югославии.

     «Сталин поднял Россию из пепла, сделал великой державой, разгромил Гитлера, спас Россию и человечество».

Александр Керенский

     «Его влияние на людей было неотразимо. Когда он входил в зал на Ялтинской конференции, все мы, словно по команде вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам».

Уинстон Черчилль

     «Наш главный и самый опасный противник – Советский Союз, а Сталин обладает большими способностями

как стратег и государственный деятель, чем Черчилль и Рузвельт вместе взятые».

Фридрих Вильгельм Канарис – «гений военной разведки и контрразведки Третьего рейха…»

«Он был человеком из стали, который превратил Россию, ослабленную неудачами в Первой мировой войне,

в промышленную и военную державу».

Из рассекреченного доклада ЦРУ

     «Самая большая по охвату земли была большая Россия Сталина. Самая мощная армия была при Сталине. Лучшие дома для людей были выстроены при Сталине. И никто не смел издеваться над русским народом при Сталине».

Из книги Ю. Власова «Временщики».

 

«Я знаю, что когда умру, людская молва много мусора нанесет на мою могилу. Но я уверен, что ветер Истории все это развеет».

И.В.Сталин

 

С т а л и н  владел скорочтением. Он мог за 2 часа прочитать 500 страниц текста, осмыслив при этом его содержание. До конца жизни Сталин сам готовил и писал свои выступления, доклады и статьи, а не пользовался чужими шпаргалками;

С т а л и н  окончил курсы бухгалтеров, что позволяет утверждать: он в достаточной мере хорошо представлял разницу между реальным производством продукции и его стоимостным сопровождением в денежном выражении;

С т а л и н  относительно свободно читал по-немецки, знал латынь, хорошо древнегреческий, разбирался в фарси (персидский), понимал по-армянски;

С т а л и н  знал Коран, что позволяло ему сравнивать между собой различные положения

«священных писаний»… Родной язык Сталина  –  грузинский.  Это обстоятельство означает, что

С т а л и н  был  вынужден  более  глубоко  разбираться  в понятийном и словарном лексиконе русского

 

2

языка. То есть: что для русского как бы «само собой разумеется», для не знающих  русского языка, потребно

было бы более глубокое проникновение в смысл сказанного, которого не всегда сумел бы даже постигнуть и сам русский… Следовательно, Сосо Джугашвили был высокообразованным человеком.

 

Можно привести и еще множество других, не менее восторженных, отзывов о Сталине, как из уст тех, кого ныне принято называть  «сталинистами», так и со стороны целой когорты его прежних и нынешних недоброжелателей и явных врагов…   Отсюда вопрос: откуда же он взялся такой? Где и когда появился на свет?  Наконец, кто его родители?

 

«ВНЕБРАЧНЫЙ СЫН ПРЖЕВАЛЬСКОГО?»*

Из краткого содержания книги «СЕЛЕКЦИЯВОЖДЯ» Николая Федоровича Шахмагонова (члена писателей России с 1994 года, полковника запаса): «Мог ли Сталин быть прапраправнуком Екатерины Великой? А если мог, то каким образом?

 

Удивительно, но теперь уже малоизвестное событие, о котором пойдет речь, произошло в печальный для России год, когда от рук наймита тёмных сил Запада пал Русский гений и духовный вождь Русского народа Александр Сергеевич Пушкин. Но недаром говорят: неисповедимы пути Господни, и  столетие спустя события этого года праведным громом отозвались в России, напомнив, как преступно, да и небезопасно предавать забвению заповеданное Всевысшним…». Но это слишком обширная тема в истории государства российского, поэтому автором книги избрана только малая часть имевших место событий. Но зато – какая?

 

«Главными фигурантами событий печально знаменитого 1837 года оказались люди, до того времени друг другу малознакомые: Наследник Престола Российского Великий князь Александр Николаевич – сын Государя Императора Николая I, и смоленская красавица Елена Алексеевна Каретникова – дочь помещика Алексея Степановича Каретникова, награжденного за службу Государеву личным дворянством и купившего имение в Кимборове Смоленского уезда, после выгодной женитьбы на купеческой дочери Ксении Ефимовне Демидовой, с богатым приданным.

 

КАРЕТНИКОВЫ

«2 мая 1837 года кортеж Великого князя, отправленного отцом Императором Николаем I, выехал  из  столицы.   Наследника  престола  сопровождал  поэт  Василий  Андреевич  Жуковский. Император хотел, чтобы сын познакомился с Великой Державой, в управление которой ему предстояло рано или поздно вступить. Маршрут путешествия был составлен самим Государем и пролегал по огромному пространству от Санкт-Петербурга через Новгород, Тверь, Ярославль и Кострому на Урал. Намечалось посетить Екатеринбург, Тюмень, Тобольск, а затем возвратиться в Поволжье. Оттуда – через Воронеж, Тулу, Рязань, Смоленск и Бородино прибыть в Москву. Из Москвы через Владимир, Нижний Новгород и Муром предполагалось проехать на юг. А уже затем вернуться в Петербург. За полгода предстояло объехать всю Россию и даже побывать в Сибири. «Ты первый из нас в сём отдалённом крае! – писал сыну Император, – Какая даль!.. Но какое и тебе на всю жизнь удовольствие, что там был, где ещё никто из Русских Царей не бывал…».

 

В путешествии соблюдались указанные Государем строгости и ограничения – никаких балов, никаких торжественных приемов, никаких увеселений. Жуковский строго соблюдал инструкции. Но во время пребывания в Туле, он отпросился повидать родственников, живших в одном из уездных городков… Увы, как оказалось, отставание всего не несколько дней имело чрезвычайные последствия, без которых не о чем было бы говорить.

Путь в Смоленск пролегал через уже упомянутое нами село Кимборово, достиг которого Великий Князь Александр Николаевич со свитою тёплым июльским вечером. Было решено заночевать у хлебосольного помещика Каретникова, чтобы в губернском городе появиться утром следующего дня. Поскольку не было рядом сурового наставника Жуковского, все строгости тут же забылись, и в Смоленск Великий князь Александр Николаевич отправился уже в сопровождении красавицы Елены Каретниковой, увлечённый ею явно не без взаимности.

Роман продолжался всего несколько дней, а затем в Смоленск прибыл Жуковский, последовала разлука. Строгий наставник усадил Цесаревича в карету, а Елену Алексеевну отправил домой, в Кимборово. Путешествие продолжалось. Лишь 12 декабря Наследник Престола переступил порог Зимнего Дворца. Жуковский впоследствии писал, что путешествие можно сравнить с чтением книги, имя которой – Россия. Но ведь и венчанием с Россией он назвал это путешествие неспроста…».

 

3

ПРЖЕВАЛЬСКИЕ

«Род Пржевальских восходил к запорожскому казаку Корнилу Анисимовичу Паровальскому, в середине XVI века поступившему на службу к ляхам, угнетавшим окраинные или, как их именовали, украйные земли Малороссии, постепенно получившие не без участия алчных сил Запада название Украйны, а затем и Украины. Паровальский успел  уже отличиться  не только в боях с малороссами, но за «доблести» при разорении Полоцка и Великих Лук польский король Стефан Баторий в ноябре 1581 года возвёл его  в шляхетство и пожаловал гербом «Лук», а фамилию повелел изменить на Пржевальский. В переводе с польского означает: «идущий на пролом». Этот, «идущий на пролом», был осыпан множественными милостынями. Вплоть до того, что В 1581 году ему даже было пожаловано «пять служб людей»  в Сурожской и Велижской волостях. Однако его потомки не пожелали «ходить напролом» против России.

 

У Казимира Фомича Пржевальского, отца будущего претендента на роль жениха Елены Каретниковой, что-то не сложилось с ляхами. Он начал обучение в Полоцкой иезуитской школе, но неожиданно бросил учёбу и бежал в Россию, воевать с которой в то время становилось год от года все опаснее и опаснее, да и всё менее прибыльно. Безвозвратно минули те времена, когда зверополяки бесчинствовали в Русских пределах, Брат Казимира Франц Фомич поступил на службу в Русскую армию, в чине майора воевал против Наполеона. За отличие при Тарутине получил в награду орденом св. Анны 4-го  класса. В боях был дважды ранен, но неизменно возвращался в строй. Очевидно, не без его влияния перешёл Казимир на сторону России и при крещении в Православную веру стал Кузьмой Фомичом. Дослужился до штаб-капитанского чина и сын его Михаил. В 1835 году он вышел в отставку по болезни и поселился в Ельнинском уезде, где отец его Кузьма Фомич служил управляющим у помещика Пилибина… И вот в 1837 году Михаил Пржевальский дерзнул просить руки Елены Алексеевны. Отец оной Алексей Степанович был этим так возмущён, что не только отверг это предложение, но и вообще отказал Пржевальскому от дома…  И не только  потому, что претендент  на брак

с его дочерью был небогат, а потому что он просто не нравился невесте: угловатый, тощий как жердь, бледный и некрасивый…»*

Отгорело лето, отпылала золотая осень, отметелила зима, и вдруг… «по весне Елена Каретникова неожиданно была выдана замуж за Михаила Пржевальского. Ларчик открывался просто. Выяснилось, что она ждала ребёнка, и как-то надо было прикрыть грех. Кто отец ребёнка? Документы об этом молчат, зато свидетельствуют они о других удивительных фактах. Едва Елена Алексеевна Каретникова  была  обвенчана с  Михаилом Кузьмичом Пржевальским, как у неё родился сын, которого назвали Николаем. Случилось это 31 марта1838 года.

 

Так появился на свет Николай Михайлович Пржевальский, в будущем знаменитый учёный, что достаточно хорошо известно, и генерал-майор Русской разведки, что известно в меньшей степени. Когда маленькому Николаю исполнилось пять  лет, произошло событие удивительное. Михаил Кузьмич Пржевальский согласно Своду Законов Российской Империи, подал прошение в Смоленскую Духовную Консисторию на получение Свидетельства о рождении. А через некоторое время было выдано свидетельство… Да какое! Судите сами.

 

СВИДЕТЕЛЬСТВО

 

По Указу Его Императорского Величества из Смоленской Духовной Консистории

 

Дано сие за надлежащим подписанием с приложением казённой печати штабс-капитану Михаилу Кузьмичу Пржевальскому во следствие его прошения и на основании состоявшейся в Консистории резолюции для представления при определении сына Николая в какое-либо казённое учебное заведение в том, что рождение и крещение Николая по метрическим книгам Смоленского уезда села Лабкова записано следующею статьёю 1839 года апреля 1-го числа Смоленского уезда сельца Кимборова отставной штабс-капитан Михаил Кузьмич     и законная его жена Елена Алексеевна Пржевальские, оба православного вероисповедования, у них родился сын Николай, молитвами имя нарек и крещение совершил 3-го числа села Лабкова Священник Иван Афанасьевич Праников с причтом, а при крещении его восприемниками были Смоленского уезда сельца Кимборова коллежский асессор кавалер Алексей Степанов Каретников и Черноморского казачьего полка генерал-майора и кавалера Николая Степанова Завадовского жена Елисавета Алексеевна Завадовская.

Города Смоленска сентября 18 дня 1843 года». (ЦГИА, ф. 1343, oп. 27, д. 6459, л. 6.)

 

Не случайно дата рождения установлена Указом самого Государя Императора, и этим же Указом поставлен  вместо 1838, 1839 год рождения. Нужно было увести дату рождения подальше от года пребывания в Смоленске

цесаревича  Александра Николаевича   –  будущего  Императора  Александра Второго,  дабы избежать лишних

4

пересудов и сплетен. Ведь если бы это было просто ошибкой, Михаил Кузьмич Пржевальский и Елена Алексеевна сразу бы её заметили и попросили бы поправить. С другой стороны, не стали бы родители маленького Николая подавать прошение на получение свидетельства на четырёхлетнего ребёнка, ибо, по существовавшим правилам, документы выдавались на детей пятилетних. И никто бы их прошения рассматривать не стал. Интересно также, что к книге, хранящейся в церкви села Лабкова, где была первичная запись по поводу рождения, доступ был ограничен специальным распоряжением. Её нельзя было взять, чтобы ознакомиться с записями. Музейные работники свидетельствуют, что подлинник этой метрической книги никогда, нигде и никому публично не был представлен. В Музее Пржевальского в Смоленской области была лишь рисованная  копия листа метрической книги с упомянутой записью о рождении. Но, таковая, естественно, служить документальным свидетельством не может, так как в ней не указан год заполнения, не читается месяц рождения и не понятно какое поставлено число рождения. Подобные ограничения просто так не делаются. Следовательно, следы запутывались умышленно Если же к этому добавить еще и что сам Николай Михайлович Пржевальский в письмах матери, когда это приходилось к слову, указывал годом своего рождения именно 1838-й, то все становится на свои места.

 

«Это было в начале 60-х годов прошлого века, – говорил одному из своих приятелей некто Н.В.Саняшин, –  мой отец работал директором школы. В школу приехал заведующий облоно (кажется, фамилия его была Вербицкий) и, указывая на портрет Николая Михайловича, сделал замечание: «Почему у вас не снят портрет Сталина? Двадцатый съезд КПСС прошел еще в 1956 году, культ личности развенчан!»

 

«Это портрет путешественника Пржевальского», – ответила учительница географии. «Поразительное сходство», – с извинениями ответил заведующий… А вот другая история («Мой мир», Людмила Елизарова. «Поговорим о том, о сём»). Туристы, посещающие Санкт – Петербург, возле одного из городских памятников частенько спрашивают: «Скажите, а почему у ног Сталина лежит верблюд?» На что экскурсоводы отвечают: «Потому что это не Сталин, а Пржевальский». И действительно, когда видишь фотографию Николая Михайловича Пржевальского, невольно возникает ощущение», что смотришь на Иосифа Виссарионовича Сталина».

«Октябрьская революция 1917 года положила конец царской династии. Сторонники монархической идеи частенько упрекают большевиков в том, что они сломали историческую преемственность  самодержавия. А зря: по мнению некоторых историков, Иосиф Сталин не был сыном горийского сапожника, а являлся отпрыском выдающегося русского путешественника Николая Пржевальского. Более того, они полагают, что «вождь народов» – законный наследник российского престола, поскольку являлся внуком императора Александра Второго… На первый взгляд это предположение действительно кажется совершенно фантастическим. Ведь где Смоленск, откуда родом Николай Пржевальский, и где Гори, в котором родился будущий «отец народов»?*

 

Однако вся «фишка» в том, что поскольку Михаил Кузьмич Пржевальский не был биологическим отцом Николая Михайловича, то и передать ему «по наследству» фактически ничего решительно не мог. Это, во – первых. Во – вторых, что касается семьи Каретниковых, то и тут картина, приблизительно, такая же. А отсюда следует именно то, что следует…  «И давайте не будем!»: как любил говаривать один из персонажей в известном советском кинофильме 30-х годов «Моя любовь». Ну а если будем, тогда – вперед, и с песней: «Смело, товарищи, в ногу, духом окрепнем в борьбе…»

 

САПОЖНИК И ДОМОХОЗЯЙКА*

 

Итак, если исходить из официоза, имеющего место быть и по сию пору, Иосиф Джугашвили родился в захолустном горном местечке г. Гори Тифлисской губернии 21 декабря 1879 году. Его отец Виссарион Джугашвили, сапожник, в 1874 году женился на Екатерине Геладзе, родившейся в 1856 году… Отец будущего «вождя народов» был человеком пьющим, никем не уважаемым и закончил свою жизнь бесславно. Может быть,  именно поэтому  из трех детей в семье, о которой речь остался в живых только третий, тогда как двое предыдущих умерли почти сразу после родов…  Почему? Как знать, не от того ли, что у них были разные отцы! И еще один небольшой «штрих к портрету». Есть сведения, что глава семьи «плохо относился к сыну, был груб и частенько занимался рукоприкладством. Мать не могла его защитить, так как ей тоже перепадало от мужа. Когда Иосифу было 10 лет, отец бросил их. Позднее он встречался с сыном, но Иосиф его так и не простил…»

 

По существующей версии, в весеннюю пору 1878 года Николай Михайлович «поправлял свое здоровье в гостях у своего знакомого князя Миминошвили в  Гори. Екатерина Георгиевна  была  дальней  родственницей  князя и помогала  ему  по хозяйству.  Тут – то и случилась роковая встреча.  Пржевальскому с первых же минут

5

приглянулась 22 – летняя красивая девушка, настоящая «принцесса гор». Да и Екатерине, которая к этому времени фактически не жила в браке  с мужем – пропойцей, статный 40 – летний русский офицер пришелся по душе. В результате нескольких встреч Екатерина Георгиевна забеременела и спустя девять месяцев родила сына нареченного Иосифом…

 

ВЕРСИЯ (с позднелат. Versio) – «предположение о существовании факта, который считается истиной до тех пор, пока его ложность не будет доказана в предусмотренном законом порядке» («Уголовное право. Криминалистика…». Из-во Госюриздат. Москва. 1958).

Примечание. В переводе на общедоступное: «в предусмотренном законом порядке», означает – в судебном процессе, с участием всех заинтересованных сторон»

 

«Противники этой версии утверждают, что Пржевальский в тот период не мог находиться в Гори, поскольку был в другом месте…»,* ссылаясь на дату его рождения в декабре (21) 1879 года. Хотя в «БРЭС – Большом российском энциклопедическом словаре» (Москва.2009) записано иное, более полно отраженное в ВИКИПЕДИИ: «Российский революционер, советский политический, государственный, военный и партийный деятель. С 21 января 1924 по 5 марта 1953 – руководитель Советского государства. Маршал Советского Союза. Генералиссимус Советского Союза… Родился 18 декабря 1878 в г. Гори, Тифлисская губерния, Кавказское наместничество, Российская империя. Умер 5 марта 1953 г. (74 года), Ближняя дача, Волынское, Кунцевский район, Московская область, РСФСР, СССР…»

 

«… Сталин организовал бескризисное развитие народного хозяйства СССР на основе отказа от ссудного ростовщического процента, что позволило не только дважды восстановить страну после войн, но и устойчиво снижать цены. Ведь снижение цен без увеличения заработной платы – забота о благосостоянии народа. И это не идет ни в какое сравнение с нынешним повышением зарплаты и одновременным ростом цен, что создает возможность ростовщическим структурам наживаться на труде людей за счет увеличения инфляции» (Из-во “Концептуал” (2018) ISBN: 978-5-905756-87-9, 9785906756879…»  Однако, поехали дальше.

 

То есть, к тем самым фактам, о которых именно сам Сталин говорил, что: «Факты – упрямая вещь». Так что же это за факты? «Во-первых, существуют выписки из почтовых ведомостей за 1880-1881 годы, согласно которым Николай Михайлович высылал деньги на Кавказ неустановленному лицу. Этим адресатом могла быть Екатерина Георгиевна. Во-вторых, известно, что Сталин никогда не бедствовал. Откуда средства? Можно предположить, что он шиковал на деньги партии. Но почему тогда другие революционеры, даже более заслуженные, чем Джугашвили, жили намного скромней? В-третьих, оба наших героя обладали неординарными характерами: ведь Пржевальский, будучи мелкопоместным дворянином, дослужился до генерал-майора Генерального штаба и, как путешественник, стал известен всему миру. А Сталин и вовсе, будучи никем, стал основателем одной из самых крупных мировых империй!.. И как, при этом, не вспомнить бывшего начальника пресс-службы великого князя Николая Алексеевича Романова-Дальского, который, в беседе с журналистами, как-то сказал, что его всегда поражало в Сталине умение достойно держаться на встречах  и переговорах самого высокого уровня. «Впрочем, чему же тут удивляться, – добавлял он. – Как не крути, а у него были веские права на русский престол. Его отцом был Пржевальский. «Каким образом, – спросите вы, – соотносятся Пржевальский и русский престол?». Да самым обыкновенным: «Николай Пржевальский – внебрачный сын императора Александра Второго!..»

 

Скажу больше. Есть и еще один факт, из ряда вон выходящий: «Яков Свердлов как-то вспомнил, что в 1913 году Сталин, по случаю  300-летия царского дома Романовых, послал в Петербург поздравительную телеграмму. Интересно, с какой стати? Хотя и нет в том ничего удивительного, ведь он был их родственником, и тоже мог иметь виды на престол… Впрочем, спустя годы он все равно, по факту, его занял и царствовал дольше , чем другие русские цари»*

*** (Игорь Родионов. «ПРОИСХОЖДЕНИЕ» «ОТЦА НАРОДОВ» ОКУТАНО ТАЙНОЙ», журнал № 13/С 2018, «ЗАГАДКИ ИСТОРИИ»).

 

«КАК ЗАКАЛЯЛСЯ СТАЛИН»

Из  статьи Александра Анина, опубликованной в журнале «Профиль» № 50 от 27.12.1999 года: «Сталин слыл очень остроглазым человеком.  Он умел  видеть людей  так глубоко и столь подробно, что скрыть от него что-либо было нельзя. Ленин это знал и боялся, а потому всегда ловчился держать от себя  Сталина подальше. Но даже с расстояния Сталин сумел  разглядеть  в  Ленине  то,  чего не увидели  особо приближенные Бухарин Рыков, Пятаков, Зиновьев, Каменев и прочие. Сталин увидел, что к концу жизни Ленин растерялся. Растеряться

6

было от чего. Ленин верил Марксу как богу. Маркс же учил, что после коммунистической революции революционное творчество  освобожденных масс  приведет, кроме прочих частностей,  к двум  главным вещам,

без  которых  дальнейшее  построение коммунального общества невозможно: отмиранию государства и уничтожению социального неравенства.

 

Году к 1922 – 1923-му выяснилось, что революционное творчество масс вылилось в обыкновенное революционное хамство, что социальное неравенство и не думает уничтожаться, а государство, вместо того, чтобы отмереть, вынуждено укрепляться как никогда раньше, чтобы противостоять революционному хамству жителей и нешуточной внешней контрреволюционной угрозе. Таким  образом,  круг замкнулся,  и  как  его  разомкнуть, чтобы хоть как-то приблизить получившийся результат к тому, что изображено  на  марксовых  скрижалях, было непонятно. И все эти метания: то ВОЕННЫЙ КОММУНИЗМ, то НЭП, то попытки реорганизовать РАБКРИН – всё это было лишь сущностным отображением ленинской душевной сумятицы. При всём при том Ленин догматиком не был, нос держал по ветру, и не исключено, что вся эта коммунизация Руси кончилась бы довольно скоро. Тем более, что ленинские любимчики, все эти бухарины и рыковы, ортодоксальными коммунистами никогда не были и после смерти Ленина вполне могли бы повести страну к так называемому общественному социализму по нынешнему скандинавскому образцу… А теперь давайте попробуем предположить, чем бы, при таком положении вещей, закончилось, общественная социализация России первой половины двадцатого века, если бы не Сталин.

 

      Как известно, в потерпевшей сокрушительное поражение в ходе Первой мировой войны Германии, немецкая буржуазия, спровоцировав в ноябре 1918 года берлинский пролетариат на неподготовленное выступление в защиту своих классовых интересов, разгромила не успевшее набрать необходимую силу революционное движение трудового люда и, в принятой Германским учредительным национальным собранием июльской 1919 года Веймарской конституции, сумела оформить замену полуабсолютистской монархии Гогенцоллернов на демократическую республику буржуазного толка… Да вот только век ей выпал недолгий.

 

Зверское убийство контрреволюционерами в январе 1919 года двух видных деятелей германского и международного коммунистического движения Карла Либкнехта и Розы Люксембург, этих двух страстных борцов против милитаризма и империализма, привели  в условиях обострения левого и правого политического радикализма, к галопирующей инфляции, как результата на фоне нарастающего экономического кризиса мирового масштаба, кризиса государственного и общественного, положив начало ускоренному попаданию  Германии в лапы национал-социализма  и ее дальнейшей откровенной фашизации.

 

Как известно, на выборах в рейхстаг в июле, а затем в ноябре 1932 года, большинство голосов, в сравнении с другими партиями, получила партия национал – социалистов,  созданная  в 1921 году мало кому еще в то время известном в европейских политических кругах Шикльгрубером, коему 30 января 1933 года престарелый президент Германии Гинденбург передал власть, поручив сформировать правительство:  «Целью  всей  нашей  внешней  политики, – напишет за девять лет до своего прихода к власти будущий фюрер Германии Адольф Гитлер в своей книге «Mein Kampf» («Моя борьба»), – должно являться приобретение новых земель, и когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены».

 

ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1941-1945гг.

 

«Хотя к началу Великой Отечественной войны Сталин уступал Гитлеру и как полководец, и как армиеводец, но его превосходство над Гитлером, как главы страны, уравняло военное преимущество Германии. Оказалось, что и как стратег Сталин не сильно уступал Гитлеру даже на 22 июня 1941 года. План «Барбаросса» – план нападения на СССР – с самого начала стал у Гитлера «не вытанцовываться» на флангах. Все же Сталин 20 лет назад, в Гражданскую войну, участвовал в управлении фронтами. Опыт у него был. Поэтому, уже будучи  с мая 1941 года и официальным главой СССР, он накануне войны провел частичную мобилизацию и расположил войска прикрытий границы на 400 км. в глубину страны, что и не дало немцам окружить Красную Армию сразу и у границ.

Итак, Сталин вручил советским генералам армию, практически равную по численности немецкой, с превосходящим количеством артиллерии, танков и самолетов, обеспечил советских генералов противником всего на одном фронте, позаботился о потенциально мощных союзниках и отошел в сторону, ожидая, что теперь советские генералы и маршалы исполнят свой долг перед Советским Союзом. Но не тут-то было!

На второй  день войны,  23 июня 1941 года  Советская власть  –  Верховный Совет –   учредил высший орган

7

стратегического   командования   –  Ставку   Главного   Командования.   Первоначально  в  нее  вошли  маршалы

Ворошилов и Буденный от Наркомата обороны, генерал армии Жуков  – от Генштаба, адмирал Кузнецов – от Военно-морского флота, Сталин и Молотов (нарком иностранных дел) – от правительства СССР. Возглавил Ставку  нарком  обороны   маршал  Тимошенко. Он  и  был  первым Главнокомандующим Красной Армии

в Великой Отечественной войне, но был недолго. Не прошло и недели, как выяснилось, что наши маршалы и генералы не только не способны  командовать Красной Армией, но даже и не представляют себе, что происходит на фронтах.

29 июня 1941 года Советская власть вдруг узнала, что войска советского Западного фронта сдали немцам столицу Белоруссии город Минск. Узнала не от своего  Верховного Главнокомандующего Тимошенко и не от начальника Генерального штаба Жукова, а из передач европейских радиостанций. А.И. Микоян вспоминал,     что собравшиеся у Сталина – он, Молотов, Маленков и Берия, который и доложил, что Минск немцев, – забеспокоились. Микоян далее пишет: Сталин позвонил в Наркомат обороны Тимошенко. Однако тот ничего конкретного о положении на западном направлении сказать не смог. Встревоженный таким ходом дела, Сталин предложил всем нам ехать в Наркомат и на месте разобраться с обстановкой. В кабинете наркома были Тимошенко, Жуков и Ватутин. Сталин держался спокойно, спрашивал, где командование фронта, какая имеется с ним связь. Жуков докладывал, что связь потеряна и за весь день восстановить ее не удалось».

 

Поясню, что в армии за связь отвечают начальники штабов, начальники войск связи подчинялись непосредственно им, за связь с Красной Армией отвечал начальник Генштаба Жуков. Причем, ответственность шла сверху вниз, т.е. вышестоящие штабы обязаны были удерживать связь с нижестоящими. Жуков  с этой своей элементарной задачей справиться был неспособен даже через неделю после начала войны.. Микоян продолжает: «И все же около получаса поговорили довольно спокойно. Потом Сталин взорвался: что за Генеральный штаб, что за начальник Генштаба, который так растерялся, что не имеет связи с войсками, никого не представляет и никем не командует. Раз нет связи, Генштаб бессилен руководит. Жуков, конечно, не меньше Сталина переживал за состояние дел, и такой окрик  Сталина был для него оскорбительным. Этот мужественный человек не выдержал, разрыдался, как баба, и быстро вышел в другую комнату. Молотов пошел за ним. Мы все были в удрученном состоянии».

 

Итак, до войны у нас каждый маршал и генерал мнил себя Суворовым и Наполеоном, но как только началась война, то оказалось, что наркому обороны срочно захотелось в отставку, а начальник Генштаба от вопроса о положении на фронтах впал ва истерику. Ну и что оставалось делать Советской власти? Ждать, пока эти генералы армию и страну немцам сдадут, так и не поняв, что произошло?

 

В результате 10 июля Верховный Совет (чтобы было не так обидно Тимошенко) Ставку Главного командования реорганизовал в Ставку Верховного Командования, назначив ее председателем Сталина. Но поскольку Ставка была коллегиальным органом, которому в полном составе почти никогда не приходилось собираться, 8 августа 1941 года должность Сталина была изменена в названии, и с этого момента он стал называться не Председателем Ставки, а Верховным Главнокомандующим. Таким образом, не предполагая, не собираясь и не готовясь, Сталин неожиданно для себя вынужден был стать военным вождем СССР.  И как бы, кстати,  после его смерти не клеветали на Сталина, но никому и в голову не приходило, что в то время из всех имеющихся деятелей СССР не было ни одного, кто бы смог занять эту должность.

 

Не потому ль, глядя на судьбу Сталина, так и хочется сказать: не надо искать в государстве должностей для себя, а надо служить Родине не жалея себя и работать не покладая рук, и тогда вы от этих должностей не будете успевать отказываться. Но теперь перед Сталиным стояла одна из самых важных проблем: нужно было с ходу осваивать профессию стратега, армиеводца и полководца. Начинать их осваивать, разумеется, приходилось сверху вниз поскольку шла война и ждать, пока Сталин постигнет все воинские премудрости, необходимые для противостояния немецко-фашистским ордам, никто не собирался.

 

Судя по всему, около года Сталин все еще пытался опереться на «профессионализм» своих генералов и маршалов, а не на свое собственное понимание обстановки, и этот «профессионализм» всякий раз выходил стране «боком»… Сталин не хотел быть военным вождем СССР, но бездарность советского генералитета заставила его стать стратегом. А насколько блестящим, можно судить по боям под Курском… Гитлер, конечно, был великим полководцем, но Сталин ему не Чемберлен с Деладье.

 

Гитлер имел перед Сталиным преимущество в том, что всю Первую мировую он провоевал солдатом, т.е. участвовал в боях непосредственно. Он видел и чувствовал бой. Сталин же воевал в Гражданскую войну сразу

                                                                                  8

на должности, равной должности командующего фронтом. Такого опыта непосредственного боя, как у Гитлера, у Сталина просто не было, а его, в целом, мирная настроенность, гражданская специализация и занятость не давали ему воспроизвести этот опыт в своем воображении и не позволили получить его в войсковых учениях.

 

Гитлер был нацелен на войну, он думал о ней, думал о тактике боев. Он нацелил на эту работу талантливых капитанов Первой мировой войны: Гудериана, Манштейна, Роммеля. И они, преодолевая косное сопротивление

Старых немецких генералов, изменили тактику боя, его принципы, философию. Если до немцев во всех войнах, включая и Первую мировую, активная сторона сближала свою пехоту с обороняющимся противником до расстояния штыкового удара, то немцы от этого решительно отказались… По новой немецкой тактике противник должен был уничтожаться только с расстояния, с первой же позиции, с которой, при сближении к нему, его можно поразить. Под эту тактику шло и вооружение немецкой армии. Для поражения противника      с расстояния его необходимо увидеть. Поэтому немцы исключительное внимание уделяли всем видам разведки поля боя, точности стрельбы оружия и безопасности выхода своей пехоты на рубежи, с которых она может уничтожить противника. Эту безопасность при сближении пехоты с хорошо укрепившимся противником обеспечивал танк, который перед пехотой должен был въехать в опорный пункт врага и своим огнем и гусеницами не дать противнику поднять головы, не дать тому вести огонь по приближающейся немецкой пехоте. Эту безопасность обеспечивал бронетранспортер, который подвозил пехоту к рубежу атаки… Это была главная тактико-оперативная идея немцев, с которой они покорили всю Европу и нанесли огромные потери нам…» (Юрий Мухин. «Убийство Сталина и Берии». Из-во «КРЫМСКИЙ МОСТ-9Д ФОРУМ. Москва. 2003).

 

ОТ АВТОРА:

«О том, что Сталина убили в лучшем случае неоказанием срочной медицинской помощи, а Берия заманили в засаду и убили безо всякого суда, известно давно. Хрущев, по сути, от Запада этого никогда и не скрывал. «За

дураков держали» и «держат» только советский народ. Но в этом деле и историкам Запада был неясен мотив убийств. Стандартное объяснение – «они боролись за власть» – объясняет все и ничего. У непосредственных убийц Сталина и Берия власти было больше, чем достаточно. Более того, накануне убийства в глазах страны и мира, они вообще были приподняты на высот еще большую, чем имели. Маленков, а не Сталин читал доклад на

XIX съезде КПСС, а Хрущев читал главный доклад Съезда – доклад об изменении Устава КПСС. Почему же они, тем не менее, пошли на убийство? Почему вся партийная и государственная номенклатура СССР эти убийства покрывала? В чем был ее коллективный интерес в этих убийствах?

В книге вскрыты не только мотив убийств и конкретные убийцы, но показаны и все этапы заговора номенклатуры против советского народа: сплочение и поражение заговорщиков в 30-х годах, новое сплочение после Отечественной войны, прикрытие заговора еврейской версией («дело врачей»), убийство вождей советского народа и, наконец, полная победа заговорщиков  над народов в 1991 году…» (Ю.И.Мухин).

 

Однако, давайте вернемся к тому, на чем остановились. А именно: к тому, что  немецкие танки ни с какими вражескими танками не обязаны были сражаться. «Для уничтожения танков противника у немцев была артиллерия всех видов: буксируемая и самоходная. Танковые бои немцам навязали танкисты Красной Армии     от безысходности, поскольку танки у них просто ни на что другое не годились… Что же касается указанных выше немецких «революционных» идей, то внедрить их фрицам удалось  исключительно лишь потому, что за ними стоял Гитлер. Тогда как в СССР вся тактика и оперативное искусство, до самой войны, было отдано на откуп генералам, которые все свое основное время (как и сегодня) посвящали войне за кресло, за дачи, за баб.

 

В результате у нас тактика ко Второй мировой войне осталась от Первой.  Генеральская мысль хоть и била ключом, но лишь черт знает куда. Тухачевский заказал такие танки, которые даже при своем огромном количестве не оказали в реальных боях почти никакого эффекта и были беспощадно выбиты немцами. По многим параметрам прекрасный танк Т-34 имел маленькие, вроде бы совсем незначительные недостатки: плохую оптику, отсутствие командирской башенки и радиостанции, необходимость командира самому стрелять из пушки. Но эти недостатки, исправленные уже в ходе войны, предопределили низкую эффективность в боях 1941 года. Судя по всему, ни один из генералов, выдававших конструкторам задание на этот танк, сам в танке не сидел, и на учениях в нем «воевать» не пробовал.

 

В ходе войны исправлялись недостатки и в авиации, но до эффективности люфтваффе в вопросах оказания помощи наземным войскам мы так и не дошли.  При прекрасных характеристиках орудийных систем и снарядов, сообразительности командиров (офицеров с осени 1943 года, – Ю.С.) и мужестве расчетов, до конца войны крайне убогой выглядела наша артиллерия. Немецкие пушки стреляли в цель, а наши – по площади, на которой, возможно цель находится. У нашей артиллерии  почти  до самого  конца войны  не  было средств

9

обнаружения целей даже в ближайшем расстоянии от переднего края. Никого до войны это не волновало. Самолетов – корректировщиков, и тех не было. Вот и маршал Конев в своих воспоминаниях описывает дни последней декады апреля 1945 года, когда до конца войны оставалось всего две недели.

 

«Вражеская авиация не могла действовать большими группами, но одиночные разведывательные самолеты все время летали над полем боя, в их числе летал и наш старый враг – разведчик «Фокке-Вульф», или как мы его называли «рама». Так что возможности наблюдения, хоть и ограниченные, у немцев были. В то время «рама» доживала свои последние дни. Но те, кто видел ее, так и не могли забыть, сколько неприятностей она доставила нам на войне. Я не раз наблюдал на разных фронтах действия этих самолетов –

они разведчиками , и корректировщиками артиллерийского огня – и, скажу откровенно, очень жалело, что на всем протяжении войны мы так и не завели у себя  ничего подобного этой «раме». А как нам нужен был хороший специальный самолет для выполнения аналогичных задач».

 

А за 5 лет до этого, 23-31 декабря 1940 года генерал-лейтенант Конев выступал на Совещании высшего руководящего состава РККА, на котором обсуждалось, что еще нужно Красной Армии, чтобы выиграть войну        и не понести больших потерь. Командующий Забайкальским военным округом генерал-лейтенант Конев не скрыл этого от присутствующих; более того,  не пожалел слов о том, что для победы главное – это точно исполнять приказы нашего мудрого наркома обороны т. Тимошенко, который руководствуется указаниями еще более мудрой Ленинско – Сталинской партии. В промежутках между обоснованием этой тонкой мысли он также пояснил, что все, кто еще не успел получить звание генерал-лейтенанта, обязаны учиться, в том числе: «Я ставлю вопрос об обязательном изучении истории партии, об изучении марксизма-ленинизма, об изучении военной истории, изучении географии как обязательного предмета для командного состава. А у нас еще существует такое положение, когда изучение марксизма – ленинизма поставлено в зависимость от настроения. Мы не можем позволить, чтобы наши командиры были бы политически неграмотными, в таком случае они не могут воспитывать бойцов Красной Армии. Изучение истории партии, изучение марксизма-ленинизма является государственной доктриной и обязательно для всех нас».

 

Вот при помощи этой доктрины наши генералы огонь артиллерии и вели. И на Совещании никто, ни один генерал не озаботился тем, что советская артиллерия накануне войны не имеет практически никаких средств разведки и корректирования огня, кроме оставшихся с Первой мировой биноклей и стереотруб. А ведь упомянутый самолет-разведчик, прозванный нашими войсками «рамой», Красная Армия могла бы иметь с первых дней войны, заикнись Конев на Совещании об этом, а не об изучении истории партии. Дело в том, что на взятые у немцев в 1939 году кредиты мы закупили у них чертежи и технологию постройки  целого ряда боевых самолетов, в том числе и этого FW-189, а к июню 1940 года получили и образцы самолетов… Но и что с того?»

«Терпя сокрушительные поражения от Сталина в стратегическом и оперативном искусстве, Гитлер и его генералы, несмотря ни на что, до конца войны все-таки оставались лучшими в  мире и наносили нашим войскам при равных условиях тяжелейшие потери. Это и предопределило, что войну выиграли мы, но и самые тяжелейшие потери понесли тоже мы. Думаю, что этот парадокс требует более детального рассмотрения…» (Ю.И.Мухин)

Кем именно, Юрий Игнатьевич? – вот в чем вопрос, ответ на который, при той обстановке, что складывается ныне в Российской Федерации, вполне может оказаться куда хуже пережитого советской Россией в первой половины ХХ-го века. Впрочем, может кто-то и найдется, а пока: «Штурм Зееловских высот – великая оболганная битва…»

16 апреля 1945 года, начался знаменитый штурм Зееловских высот – естественных возвышенностей примерно в 90 км к востоку от Берлина. И эта великая битва, явившая массовые примеры героизма и самопожертвования наших солдат и офицеров (и это тогда, когда до Победы, как все уже чувствовали, оставались считаные дни), стала в то же время одной из самых оболганных страниц Великой Отечественной войны. В нашей постперестроечной литературе и в современной либеральной публицистике принято утверждать, что лобовой штурм Зееловских высот был ненужной с военной точки зрения кровавой бойней, устроенной «мясником» – маршалом Жуковым. Тот, дескать, затеял ее лишь для того, чтобы опередить в овладении лаврами победителя Берлина другого своего коллегу – «мясника», маршала

Конева, наступавшего на столицу Третьего рейха южнее.

 

«Лучи прожекторов упираются в дым, ничего не видно, впереди – яростно огрызающиеся огнем Зееловские высоты, а сзади погоняют борющиеся за право первыми оказаться в Берлине генералы. Когда большой кровью оборону все же прорвали, последовала кровавая баня на улицах города, в которой танки горели один за другим

10

от метких выстрелов «фаустников». Такой неприглядный образ последнего штурма сложился за послевоенные десятилетия в массовом сознании», – пишет известный российский историк Алексей Исаев, и с привлечением архивных материалов опровергает эту русофобскую чушь…»  Ну а о том, как развивались дальнейшие события в «битве за Берлин», в достаточной мере обстоятельно изложено в статье Ивана Гладилина: «ШТУРМ ЗЕЕЛОВСКИХ ВЫСОТ …» (Википедия)

 

«АЗ ВОЗДАМ!»

И сказал Господь… «Аз воздам!»  (Рим.12:19)

 

То, что империям свойственно разрушаться, известно еще со времен Римской империи. Но в истории развития мирового сообщества, с момента возникновения государства как основного орудия политической власти в классовом обществе, возникшего в результате разделения общественного труда, появления частной собственности и образования антагонистических классов, не было еще примера, чтобы какая-либо из империй уходила в небытие в столь короткий срок, а главное, с таким шумом и треском, как это имело место с развалом СССР. А поскольку у каждого конца имеется начало, с него и начнем.

 

Первую попытку отсечь партократию от власти, от руководства государством, Сталин предпринял в 1937 году посредством крайне необходимой ротации правящей элиты, в виде проведения прямых и тайных выборов на альтернативной основе, окончившейся провалом и вакханалией репрессий. Вторая же попытка, предпринятая Сталиным после победы Союза ССР над гитлеровской Германией, дорого ему обошлась. Когда партократия поняла, что Сталин вновь решил оторвать ее от власти  в государстве, то, вспомнив 1937 год, она буквально озверела. И хотя это, пожалуй, главный мотив убийства вождя, но он всего лишь одна из четырех  имеющихся причин внутреннего порядка. Кстати сказать, к нему вплотную примыкает и еще одна причина, очень близко стоящая к такому определению. Дело в том, что  после  войны  Сталин  возобновил  расследование  причин  невероятной  трагедии  22 июня 1941 года,  которой  он,  в  глубокой тайне,  начал   заниматься еще в дебюте войны,  и которая, в принципе, никогда и не прекращалось; просто на некоторое время активность разбирательства была снижена. Однако к концу 1952 года Сталин практически завершил это расследование. Уже был закончен опрос оставшихся в живых генералов, командовавших частями в западных приграничных округах накануне войны, и это очень сильно встревожило высший генералитет и маршалитет. Особенно того же Жукова… Сталин прекрасно видел и понимал, что за годы войны партократия и высший генералитет так сцементировались на базе общих интересов, что уже как военно – партийный комплекс представляли колоссальную угрозу самому существованию СССР.  Делу всей жизни Сталина.

 

Судя по всему, Берия в тот момент был единственным человеком в тогдашней верхушке, который после смерти Сталина сумел не только сконцентрировать в своих руках все материалы завершенного Сталиным расследования по причинности «трагедии 22 июня», но и фактически за предельно короткий срок расследовал дело об убийстве самого Сталина. Таким образом, на повестку дня вышел вопрос об аресте главных виновников данного «мероприятия»: бывшего министра госбезопасности Игнатьева и Никиты Хрущева, курировавшего органы госбезопасности по линии ЦК. 25 июня 1953 года Берия официально запросил санкцию ЦК и Политбюро на арест Игнатьева. Вслед за Игнатьевым такая же санкция готовилась и на Хрущева. Но 26 июня Лаврентий Павлович Берия был убит в собственном доме…» (Источник: не полностью опубликованные материалы издания ВИЖ. «Военно-исторического журнала». Москва.1989 год).

 

ГАРРИСОН ЭВАНС СОЛСБЕРИ (1908-1993), американский историк, писатель и журналист, с 1949 по 1954

годы – руководитель московского бюро газеты «Нью-Йорк таймс»; автор мемуаров «Сквозь бури нашего времени» и книги «900 дней. Блокада Ленинграда».

 

 – Медленно сходили с листка календаря февральские дни. Трижды в феврале Сталин выходил из своего уединения, чтобы встретиться с иностранцами: аргентинским послом Браво, индийским послом Меноном и лидером движения за мир в Индии доктором Кичлу. Все говорили о «прекрасном здоровье» Сталина, его живом уме, его умении быстро схватывать суть явлений. Правда, Менон* рассказывал мне позже,  что  во  время  беседы  Сталин  что-то  рассеянно  рисовал  в  блокноте красным карандашом. Это были изображения волков.    О волках Сталин говорил и в беседе. Он сказал, что русские крестьяне знали, что делать с волками – они их уничтожали. Менону показалось странным это замечание, а мне зловещим…

 

КРИШНА МЕНОН (1896-1982)*

«Менон в душе поражался тому, насколько не походил живой Сталин на его многочисленные черно – белые

11

или цветные портреты, которые доводилось видеть послу. В облике Сталина не было ничего величественного или сверхъестественного. Перед Меноном сидел старый, утомленный человек с землистого цвета лицом, усыпанным мелкими оспинами. Седые, редкие, аккуратно зачесанные назад волосы. Худые, морщинистые руки, на которых проступали желто-коричневые пигментные пятна. Тонкие нервные пальцы, медленно вертевшие спичечный коробок или карандаш…»

 

– Середина февраля, последнего месяца русской зимы, – продолжает свое повествование американский журналист, – время вроде бы совершенно не подходящее для гроз. Однако февраль 1953 года, похожестью происходящего вокруг, явно попытался наглядно опровергнуть подобного рода умозаключение. И прежде всего, той гнетущей тишиной, которая обычно возникает перед первой ослепительной вспышкой молнии с последующими раскатами грома. Полумрак серого февральского дня, расплескавшегося по коридорам гостиницы «Метрополь», с почти бесшумным мельканием обслуживающего персонала, старавшегося как можно меньше попадаться на глаза своим клиентам, вселял в меня какую-то непонятную мне тревогу, все больше  и больше напоминая отдельные эпизоды из «Божественной комедии» Данте…

– Уехать (по примеру своих коллег из английской, французской и испанской пресс служб) или же все-таки, несмотря ни на что, остаться? Остаться,  чтобы не оказаться в стороне от чего-то очень важного… Но, от чего именно? Как знать! (Ежемесячный журнал – газета «Совершенно секретно». 1992 год. Гаррисон Солсбери. «Сквозь бури нашего времени»)

 

А В ЭТО ВРЕМЯ…

А в это время, на запасных путях московской окружной железной дороги шла беспрерывная работа. Формировалось сразу два эшелона из старых, повидавших виды «теплушек» военной поры, порождая разного рода слухи. В числе которых был и такой: мол, товарищ Сталин, по доброте свой душевной, решил спасти так называемых жидов* от гнева русского народа, за все те пакости, каковые жиды эти годами безнаказанно позволяли себе творить в отношении означенного государствообразующего этноса. Отправляя последних вглубь России, как говорится, «от греха подальше». Однако, выражаясь фигурально, «висело в воздухе» и нечто иное. К примеру, насколько широко на этот раз надумал раскинуть свои сети кремлевский «рыболов», рассеяно (в ходе беседы с послом из Индии Кришна Меноном), рисовавший в своем блокноте серых лесных «разбойников» красным карандашом?..  Но – НЕ УСПЕЛ!  «Каста» опередила…

 

* «Жиды – не нация. Это одна из разновидностей человекообразных» (Эжен Сю. Роман «Агасфер – вечный жид»)

6 марта 1953 года, пятница, газета «ПРАВДА» – орган ЦК КПСС: «Вчера, 5 марта, в 9:50, после тяжелой болезни, скончался Председатель Совета Министров Союза ССР, Секретарь Центрального Комитета КПСС Иосиф Виссарионович Сталин…»

 

Итак, 5 марта 1953 года, вследствие «поразившего его воскресным вечером 1-го марта «мозгового удара», ушел из жизни (по всей вероятности, не без помощи извне. – Ю.С.) Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Совета Министров СССР, Верховный главнокомандующий Вооруженными Силами Союза ССР, генералиссимус Иосиф Виссарионович Сталин… И только лишь утром 4 марта советскому народу, который о многом происходящем в стране вообще ничего не знал, либо узнавал в последнюю очередь, сообщили «о болезни вождя». Когда же со всей очевидностью стало ясно, что кремлевские эскулапы, несмотря на самые сильнодействующие медикаментозные препараты и новейшие достижения отечественной и зарубежной медицины, не сумеют уже вдохнуть жизнь в то, что, по меньшей мере, сутки фактически являлось трупом, наступила финальная часть.

 

«Собрались все…», – вспоминает  в своих мемуарах Н.С.Хрущев. «Приехала Светланка. Я ее встретил, и когда встретил, то очень сильно разволновался и заплакал. Я не мог сдержаться, искренне мне было жалко Сталина. Искренне я оплакивал его смерть…». Что это? Типичный образчик придворного лицемерия вельможи, где-то подспудно уже готового обрушить целый град самых нелицеприятных эпитетов в адрес того, кого ему было «искренне жаль» и чью смерть он так «искренне оплакивал»? Или же налицо стремление  показать, сколь велико было заблуждение высокопоставленного лизоблюда, шута и подхалима, относительно истинного положения дел в большевистской России, и его  неуклюжей попытки спасти свою собственную драгоценную шкуру посредством известного житейского: «Я – не я, и хата не моя» (хотя куда денешься от не менее известного сталинского» «Уймись, дурак»!)

 

И В ЗАКЛЮЧЕНИЕ

12

«После смерти Сталина глава правительства СССР Маленков, один из самых близких его соратников, отменил все льготы для партийной номенклатуры. Например, ежемесячную выдачу денег («конверты»), сумма

 

которых в два-три, а то и в пять раз превышала зарплату и не учитывалась даже при уплате партийных взносов, Лечсанупр, санатории, персональные машины, «вертушки». И поднял зарплату сотрудникам госорганов в 2–3 раза. Партработники по общепринятой шкале ценностей (и в собственных глазах) стали намного ниже работников государственных. Наступление на скрытые от посторонних глаз права партийной номенклатуры продлилось лишь три месяца. Партийные кадры объединились, стали жаловаться на ущемление «прав» секретарю ЦК Хрущёву». Дальше – известно. Хрущёв «навесил» на Сталина всю вину за репрессии 37-го года. А партийным боссам не только вернули все привилегии, но и вообще фактически вывели из-под действия Уголовного Кодекса, что уже само по себе начало стремительно разлагать партию. Именно разложившаяся вконец партийная верхушка и угробила, в конце концов, Советский Союз…»

 

Впрочем, это уже совсем другая история…

 

Юрий Соловьев

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!