«Highly likely» Сталина-39

dadmin Газета, Статьи из газеты №42 (2019)

К 80-летию

   30 ноября 1939 Советские войска перешли границу, началась трудная, сложная, и не очень удачная для СССР Зимняя война с Финляндией, 80-летие начала которой отметим. Однако прежде коснемся совсем другого. Введенного сейчас на Западе политического  оборота «Highly likely» – весьма вероятно», что означает реально, что если когда-то кому-то что-то в политическом мире остро нужно, а раскрывать что конкретно нельзя – не так может понять «передовая общественность, тогда и «придумывается» это самое «highly likely». Чтобы «списать» все тотчас – «как бы в ответ» содеянное, на политического своего противника. Без всяких фактов и доказательств. «Весьма вероятно» это и есть Факт, механизм запуска которого с выгодой для себя запущен.

И примеров тому предостаточно. Вот скажем, по окончании Второй Мировой войны прошли десятилетия, и многим, ох как многим «цивилизованным европейцам» от трусливости своей тогда, и совершенно даже откровенного пособничеству фашизму очень хочется отмежеваться. Только вот как? И по инициативе Польши и поддержавших прибалтов и «придумывается» антироссийское «highly likely», Резолюцию по которому, что «вторая мировая война стала  непосредственным следствием нацистско-советского Договора 23 августа 1939»,  19 сентября 2019 поддержали депутаты «цивилизованного» Европарламента. 535 – «за», 66 – «против» и 52 – «воздержались». И это депутаты тех, в том числе, стран, представители и добровольцы которых – около 2 (!) миллионов, воевали в той Страшной Войне именно против Советского Союза.  В союзе с фашистами были тогда Румыния (более 500 тыс.), Венгрия (около 400 тыс.), Италия (более 200 тыс.), Хорватия, Словакия, Болгария, Финляндия, Испания – всего 59 дивизий и 23 бригады.  И полки, легионы и батальоны добровольцев были из Франции, Голландии, Бельгии, Дании, Норвегии, Латвии, Эстонии, Швеции. И что, «цивилизованной» Европе надо все это признавать? Зачем, если по их «highly likely» виноват во всем вместе с нацистской Германией Советский Союз.

Или вот хочется «западникам» «впаять» России за «нацистскую Украину» санкции и всячески политически изолировать? Ох, как хочется. И «придумывается» британской стороной «highly likely», что отравление в Солсбери 4 марта 2018 абсолютно никому не нужных и неизвестных отца и дочери Скрипалей – которых так до сих пор никто и не увидел – российских, естественно, дело спецслужб. И процесс политической изоляции, неприятия России тотчас пошел, все, «кому надо, поверили».

А каково США, если им всегда ох как хочется «влезть», вмешаться, в своих, естественно, интересах, в происходящее на Ближнем Востоке. Но как, например, можно было в свое время в Афганистане? И, пожалуйста, «highly likely» «мировому сообществу» готово. 11 сентября 2001 «вылезшие из пещер» исламисты Аль-Каиды во главе с Бен Ладеном на современных самолетах «врезаются» в здания Всемирного торгового центра и Всемирного торгового центра 7 в Нью-Йорке. С обрушением, правда, их, в результате контролируемого разрушения. И уже 12 сентября 2001 резолюция Совета Безопасности ООН становится основанием для введения войск США и Великобритании в Афганистан с целью поимки якобы главарей «Аль-Каиды», и  свержения контролировавшего тогда большую часть страны антиамериканского движения «Талибан». 7 октября – «Несокрушимая свобода», войска США вводятся, и в Афганистане война, унесшая 21 тысячу жизней мирных жителей.

Но с Афганистаном покончили, а как тогда с ненавистным Ираком, и его еще более ненавистным антиамериканским президентом Саддамом Хусейном? Опять во что-то «врезаться»? Нет, «highly likely» будет уже совершенно другим, и 5 февраля 2003 госсекретарь США Колин Пауэлл потрясает, пугая всех на специальном заседании Совета Безопасности ООН, пробиркой – возможно, с зубным порошком, выдавая за ту самую «Сибирскую язву», которой Хусейн всех и везде травит. «Оружия массового поражения» в Ираке вообще никогда не было, но так ли уж это важно, если  20 марта – 1 мая 2003 с операцией «Шок и трепет» можно туда – пусть и с нарушением Устава ООН, «влезть», и Хусейна ненавистного повесить. И пусть при этом и будет число жертв мирного населения – по разным данным, от 100 до 300 тысяч, но янки своим «highly likely» опять добились, чего хотели.

И действовали приемы «highly likely» политически всегда и во всем – перенесемся для чего в 1939-й год, и продемонстрируем как. Вот Гитлер хотел напасть на не очень сговорчивую, со своими амбициями, Польшу? Хотел. Но как, в чем «highly likely», чтоб не прослыть агрессором? А вот как. Гитлер направляет в приграничный Глейвиц эсэсовца А. Науйокса с подручными, и заключенными немецкими уголовниками. 31 августа, в 20 часов, одетые в польскую военную форму подручные изображают со стрельбой «нападение» на радиостанцию в Глейвице, «жертвами» которой становятся переодетые в военную польскую форму уголовники. Тела их располагают в помещениях и на окружающей территории с целью инсценировки ожесточенного боя, а Науйокс, имея перед собой текст на польском языке,  в течение 4 минут «сообщает миру» об этом «вероломном нападении поляков». На что Гитлер уже в 5:40 1 сентября по радио обращается к армии о начале военных действий против Польши – и начинается операция «Вайс», начинается Вторая мировая война.

Вот такое вот «highly likely» в исполнении фюрера для начала Войны, а что Сталин? А он в 1939-м году выдал их сразу 4. Первый, из которых был обусловлен тем, что после того, как Великобритания и Франция в Мюнхенском сговоре 30 сентября 1938 с Гитлером «сдали» к разделу Чехословакию, стало ясно, что СССР против фашизма придется рассчитывать только на себя. И потому 23 августа 1939 с Германией заключается Пакт о ненападении, с условием – «highly likely», весьма вероятно – на ближайшие 10 лет. И не просто так, а еще и с Договором о разделе сфер влияния. Благодаря чему, этому «highly likely», война от границ Советского Союза была действительно отодвинута (как потом окажется на 2 года). Гитлер переадресовал ее в «цивилизованную демократическую», но трусливую Европу, с 1938 по 1941, оккупировав там – практически, без сопротивления и в кратчайшие сроки – 12 стран. Что «простить» Сталину – такой его «highly likely», что СССР не принял тогда вместо них удар на себя – там до сих пор не могут.

А Сталин тогда, на основании того, что 1 сентября Гитлер напал на Польшу, которая «highly likely» – весьма вероятно, в результате чего распалась и прекратила свое существование – отдал приказ, и части Красной армии 17 сентября переходят границу. И, дойдя до «линии Керзона», возвращают в состав СССР отторгнутые земли Западной Украины (включая Львов, который в составе государства Российского не был никогда) и Западной Белоруссии. После чего 28 сентября с Германией был подписан еще и Договор, который официально назывался «О дружбе и границе», а реально был именно о «новой», после раздела Польши, границе, о чем и было сказано в первых 4-х Статьях. И только в пятой, последней фиксировалось, что стороны «рассматривают вышеприведенное переустройство как надежный фундамент для дальнейшего развития дружественных отношений между своими народами».

И что на основе этих договоров для Сталина дальше? А дальше, в условиях, когда Германия развязала Вторую Мировую войну, архи важно было с ее возможными союзниками на Северо-Западе, у наших границ добиться каких-то изменившихся условий. Или границы эти как-то отодвинуть. Или в пределах самих этих стран как-то обезопаситься. В связи с чем, с государствами прибалтийскими  малыми, СССР почти сразу заключил Договора о взаимопомощи. 5 октября – с Латвией и Эстонией, 10 октября – с Литвой. Что позволило и разместить там свои некоторые военные базы. Так, на всякий случай, если что «highly likely»? С возвратом Литве еще и отторгнутого в 1920 Виленского края вместе с г. Вильнюс (Вильно).

Предвиденное Сталиным «highly likely» случилось, руководство балтийских стран продолжало занимать откровенно антисоветскую, профашистскую позицию, скоординировавшись в Балтийскую Антанту, чем Договора о взаимопомощи нарушив. На что Советское руководство потребовало смены властей на просоветские, численность частей Красной Армии для этого, увеличив. И на выборах в сеймы Литвы и Латвии и Государственную думу Эстонии 14-15 июля 1940 новые власти одержали победу. 21 июля подготовили Заявления о приеме в состав СССР, сессия Верховного Совета СССР Заявления эти удовлетворила. И республики вошли в состав как Советские социалистические, в статусе их, обретя государственности: 3 августа – Литовская ССР, 5-ого – Латвийская ССР, 6-ого – Эстонская ССР.

Так закончилось «highly likely» Сталина в Прибалтике, а вопрос с Финляндией, границы которой находились в 32 км от Ленинграда, был сложнее. Еще в 1935 генерал Маннергейм провел с высшим германским руководством переговоры, итогом которых стала договоренность о предоставлении Германии права в случае войны разместить свои войска на финской территории, а взамен  Финляндии была обещана Советская Карелия. Почему еще в апреле 1938 и начались попытки организации и проведения на самом высоком уровне секретных переговоров, в чем заинтересовать финнов предлагалось и пактом о взаимопомощи; и арендой, покупкой или обменом на советскую территорию островов в восточной части Финского залива; и обменом финской территории на Карельском перешейке на значительно, большую часть советской территории в Восточной Карелии возле Реболы и Поросозера (5529 кв. км против 2761кв. км)

Но все тщетно, финская сторона склонялось в сторону тесного сотрудничества с фашистской Германией. И потому Сталин – уже после двух этих Договоров с Германией и началом в Польше Мировой войны, 12 октября 1939 в Кремле, в уже резкой форме потребовал от Финляндии выполнения предложенных ранее условий, и, прежде всего, переноса границы от Ленинграда в обмен на другую территорию. Так прямо и заявил: «Мы просим, чтобы расстояние от Ленинграда до линии границы было бы 70 км. Таковы наши минимальные требования, и вы не должны думать, что мы уменьшим их. Мы не можем передвинуть Ленинград, поэтому линия границы должна быть перенесена». (территориальные воды Финляндии достигали чуть ли не внешнего рейда ленинградского

порта).

Финское же руководство, уповая на помощь Германии, предложения никакие принимать, не стало, переговоры 13 ноября прервало и выехало. После чего Сталин на военном совете так прямо и заявил: «Нам придется воевать с Финляндией», и к границе в спешном порядке стали стягиваться советские войска. И Сталин не был бы Сталиным, если бы не придумал свое, очередное в 1939-ом году «highly likely» близ деревеньки Майнила на Карельском перешейке. И появился «Доклад командующего войсками Ленинградского военного округа народному комиссару обороны», что «26 ноября в 15 часов 45 минут наши войска, расположенные в километре северо-западнее Майнилы (68-й стрелковый полк) были неожиданно обстреляны с финской территории артогнем. Всего финнами произведено семь орудийных выстрелов. Убиты 3 красноармейца и 1 младший командир, ранено 7 красноармейцев, 1 младший командир и 1 младший лейтенант. Провокация вызвала огромное возмущение в частях, расположенных в районе артналета финнов».

Вопросы есть? Вопросов нет. И потому в тот же день, 26 ноября, наркомат иностранных дел СССР направил правительству Финляндии ноту протеста с требованием в целях предотвращения в дальнейшем подобных инцидентов отвести свои войска от линии границы на 20 – 25 км. В ответной ноте правительство Финляндии отрицало причастность финских войск к обстрелу Майнилы и высказало «highly likely» уже свое, что, возможно, «дело идет о несчастном случае, происшедшем при учебных упражнениях на советской стороне». А что касалось отвода войск, в ноте предлагалось «приступить к переговорам по вопросу об обоюдном отводе на известное расстояние (до 25 км)  от границы». Что было неприемлемо, ибо тогда советские войска пришлось бы вывести из Ленинграда.  28 ноября руководство СССР советско-финляндский пакт о ненападении (1932) денонсировало, 29 ноября посланнику Финляндии в Москве была вручена нота о разрыве дипломатических отношений.

И 80 лет назад, 30 ноября 1939, в 8:30 утра войска Ленинградского фронта получили приказ, перешли границу с Финляндией на Карельском перешейке и в ряде других районов; в тот же день Финляндия объявила войну СССР. И Война Зимняя началась, которая, правда, из-за недооценки противника, собственной недостаточной боевой готовности и излишних иллюзий на «классовую солидарность финских трудящихся», которые чуть не с цветами выйдут встречать воинов РККА – продолжалась 105 дней. Она вряд ли может быть признана полностью удачной для советской стороны: потери финской стороны: 21 396 убитых и 1434 пропавших без вести, а наши – существенно больше: погибло, умерло и пропало без вести 126 875 военнослужащих Красной Армии. И закончилась только 12 марта 1940 подписанием Московского мирного договора.

Однако в результате этой войны Советский Союз не «highly likely», а безвозмездно приобрел все же около 40 тысяч кв. км финских территорий (а предлагалось отдать 5529 кв. км взамен  всего 2761 кв. км), в том числе военно-морскую базу на полуострове Ханко. И главное: советские войска приобрели бесценный боевой опыт, а командование РККА получило повод задуматься о недостатках в подготовке войск и неотложных мерах по повышению боеспособности армии и флота. До 22 июня 1941г оставалось уже чуть более года.

Геннадий ТУРЕЦКИЙ

 

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!