ГОРЕНИЕ ПАМЯТИ ИГОРЯ ГОРБАЧЕВА

admin Газета, Статьи из газеты №7 (2018)

Вот уже 15 лет нет с нами народного артиста Советского Союза
Игоря Олеговича Горбачева. Он закончил свой земной путь в феврале 2003 года. Ему было бы сейчас 90 лет…
Тогда, в феврале я сидел в зале Александринского театра вместе с коллегами Горбача (его так звали), его учениками, друзьями,
товарищами. А почитатели артиста все шли и шли на знаменитую
сцену, что бы поклониться яркому Мастеру, 50 лет творившему в
этом главном драматическом театре страны.
Художником он был широко-образованным, масштабным, с
высокой культурой и добрым русским сердцем. Многое вспомнилось тогда.
Мы познакомились на встрече работников искусства и культуры с чилийскими патриотами в Москве, весной 1974 года. Я там
присутствовал как заведующий литературной частью Брянского театра, а Игорь Олегович на этой встрече был представлен как представитель Советского Фонда Мира. Крупный, высокий, спортивный, контактный, приветливый…Таким он запомнился мне тогда.
Таким я помню его до сей поры. Узнав о начавшейся работе главного режиссера театра Ю.Терентьева с драматургом Ю. Чепуриным
над пьесой, посвященной отважному народному президенту Чили
доктору Сальвадоро Альенде, Игорь Олегович тут же познакомил
меня с группой чилийских писателей и политиков, полагая, что
мне, как завлиту театра, контакт с чилийцами пригодится. (И пригодился!). А когда Брянский театр, ранней весной 1975 года привез
премьеру в Москву, одним из первых её зрителей был Игорь Горбачев. Он несколько раз смотрел спектакль (а он прошел 34 раза
в течение месяца), он несколько раз встречался с исполнителем
роли Альендо, народным артистом РСФСР Г.Постниковым, сделавшим трагический образ чилийского президента на одном дыхании, взволнованно, и пронзительно достоверно. Им было о чем говорить. Постников был актером его масштаба, его мировоззрения,
его страстей, чувств и мыслей.
Десять лет спустя, уже работая в Александринском театре, заместителем директора я несколько раз вспоминал первую встречу
с Игорем Олеговичем Горбачевым. Его готовность откликнуться на
любое важное событие страны, способность услышать отчаянье попавшего в беду человека. Я видел его горящие глаза в конце 80-х годов. Тогда он размышлял с Писателем Василием Беловым и Художником Ильей Глазуновым, над своей давней мечтой – постановке
на Александринский сцене исторического спектакля «Александр
Невский». Перестройка помешала… Но я убежден, уйдя в вечность
он так или иначе будет еще долго вызывать к себе уважение и желание понять чем питались души и сердца таких уникальных художников, как Игорь Горбачев.
ПУТЬ И ВОСХОЖДЕНИЕ НА ОЛИМП
Стало хрестоматийным вести отсчет начала творческого взлета Игоря Горбачева с роли Хлестакова, блестяще и остроумно сыгранной им в кинофильме «Ревизор». Но это не совсем так. Шумный актерский успех пришел к нему раньше, когда он ещё учился
в Ленинградском Государственном университете и играл на сцене
студенческого театра. Спектакли с его участием проходили при
полном аншлаге,–посмотреть на его игру приходили тысячи ленинградских ценителей искусства.
И, подчеркнем, во время съемок фильма «Ревизор», Игорь Горбачев уже успешно работал как актер и как режиссер в БДТ им.
А.М. Горького. Готовился к съемкам кинофильма «Любовь Яровая».
А спустя два года, приглашенный в академический театр им. А.С.
Пушкина на сложную роль врача Ведерникова в драме А. Арбузова
«Годы странствий», размышлял вместе с постановщиком будущего легендарного спектакля «Оптимистическая трагедия» Георгием
Александровичем Товстоноговым над образом Алексея…
Каких-то три-пять лет зажгли звезду Горбачева так, что она до
сих пор светит и греет истинных поклонников театра, покоряет
историков и исследователей. В том числе и за рубежом. Вот один
лишь факт, мало кому нынче известный.
В 1959 году Ленинградский академический театр им. А.С. Пушкина на гастролях в Париже со спектаклем «Оптимистическая трагедия». В зале театра Нации собралась разная публика: были здесь
и друзья и враги. Актеров встретила напряженная, выжидательная
тишина.
Главный режиссер театра Леонид Сергеевич Вивьен рассказывал корреспонденту ленинградской «Вечёрки», что уже
в первом акте после выхода на сцену Алексея-Горбачева раздались аплодисменты. А когда Сиплый предавал морской отряд,
разноликий и молчаливый зал огласился выкриками презрения
в адрес Сиплого.
История матросского полка, отдавшего жизнь за советскую власть,
потрясла французов. Все парижские газеты поместили восторженные
отзывы о Вожаке – Ю. Толубееве, Сиплом – А. Соколове, Комиссаре – О. Лебзак, Алексее – И. Горбачеве, восхищаясь игрой каждого
из актеров прославленной труппы. Парижскую публику поразили не
только сильные, образные режиссерские приемы и средства, какими
постановщик «Оптимистической трагедии» Георгий Александрович
Товстоногов решал спектакль, но, прежде всего, беспредельная вера
артистов в необходимость совершённой революции…
А позже, когда спектакль закончился, на сцену поднялся Президент Франции генерал Шарль де Голль и, восхищенный и взволнованный игрой советских артистов, под бурные овации зала обнял и расцеловал исполнителя роли русского матроса Алексея – Игоря Горбачева.
…Игорь Олегович Горбачев ушел от нас в 75 лет. Но если вспомним, что Гете завершил создание «Фауста» в 82 года; Бернард Шоу
в 90 лет писал блестящие статьи; неповторимый Народный артист
СССР Владимир Зельдин в свой 100-летний юбилей танцевал на
сцене своего родного театра Советской армии; а давний друг Горбачева, Федор Григорьевич Углов в 95 лет был занесен в книгу Рекордов Гиннеса, как оперирующий хирург, а в 103 года (!) выпустил
новое дополненное издание своей книги «Сердце хирурга», то у
Горбачева тоже могло быть еще лет 20-30 творческий, деятельной,
очень нужной людям жизни.
У него были крепкие корни. Он был человеком высочайшей
культуры и покоряющей доброты. Государственником, Патриотом,
Учителем. Он в совершенстве владел даром убеждения. Его голос
наверняка был бы востребован в Общественной палате при президенте России, в только что созданных общественных советах при
министерствах образования, культуры, обороны…
Но он ушел от нас раньше времени. Неправедная перестройка
ломала души многих. Вот и Горбачев – нервничал, страдал, отчаянно курил. Я видел, как посерело его лицо, когда он узнал, как
старый защитник Брестской крепости татарин Тамерлан Зенятов
приехал в Брест и лег вместо Ельцина на рельсы. А когда прекрасная поэтесса Юлия Друнина ушла из жизни, оставив кричащие трагические строки…
«Как летит под откос Россия –
Не хочу, не могу смотреть…»,
Игорь Олегович не мог говорить несколько дней. О чем думал
он в те минуты? Не будем домысливать. Но он, Горбачев, сгорал
внутри себя. Будучи широко образованным человеком, философом, он раньше многих «партагеноссе» понял, что в страну ввезли
микроб разложения и протолкнули в высшие эшелоны власти.
Тогда, в конце 80-х годов, мало кто мог предположить, что реформы в России задуманы для уничтожения мощного государства с
его неповторимым этносом и культурой. Но с трибуны XXVII съезда КПСС Игорь Горбачёв уже говорил о своём тревожном предчувствии: …«Понимание культуры только как развлечения, как примитивной службы быта не просто наивное заблуждение, это – трагическая ошибка. Мы… утратили широту взгляда на жизнь, скатились на
позиции абстрактного гуманизма, пацифизма, на позиции внеклассных понятий добра и зла. Смещаются ориентиры, зажигаются и ярко
горят ложные маяки…».
На этом же съезде И. О. Горбачёв упрекнул театральных деятелей:
«На современной сцене практически полностью отсутствуют героико-патриотические пьесы… исторические события и славные времена. Их образы, их истинно народные характеры – вот живая нить,
связывающая нас с нашей историей. Обрывая ее, мы тем самым неизбежно отсекаем от себя основные источники нашей духовной жизни».
…Этому пророческому предупреждению, сказанному с волнением и болью, не придали значения. В союзе с «перестройщиками» так
называемые «мастера культуры» всё-таки оборвали эту святую нить.
Результат очевиден. Теперь мы больны. До выздоровления не скоро…
«Я С ВАМИ, ЛЮДИ»
Так И. Горбачёв говорил всегда, когда приезжал на творческие
встречи в отдалённый колхоз или на завод, работающий в круглосуточном режиме, в научно – исследовательский институт, в зону
катастрофы. Потребность идти к людям, быть с ними он почувствовал в блокадном Ленинграде, когда 14-летним мальчиком тушил
зажигательные бомбы. Помогал, как мог, старикам, читал в госпиталях стихи раненым солдатам. Бредущая по улицам города смерть
научила Игоря понимать цену жизни и людям. Опалённый блокадой, он всю дальнейшую жизнь свои поступки будет проверять
совестью. Как художник, как руководитель, как зам. председателя
Советского комитета защиты мира, как Гражданин.
20 лет я был рядом с Игорем Олеговичем, и я не знаю человека,
который бы обратившись к нему за помощью, и не получил бы её.
Вот один пример. 1986 год. Взрыв Чернобыльской АЭС прогремел на весь мир. И. Горбачёв знал о предстоящих катастрофических
последствиях радиационного облучения, но когда к нему обратились с просьбой приехать в Брянскую область хотя бы на один день,
он согласился. На момент звонка я был у него в кабинете.
Мне показалось, что Горбачёв поспешил дать согласие на поездку, я попытался помешать ему, напоминал о многочисленных делах в
театре, о его собственном здоровье, о радиационной опасности, наконец. А Горбачев как будто не слышал, думал о своем. Через минуту
взглянул на меня каким-то новым, изучающим взглядом: «Может
быть, поедем вместе? К нам обратились люди из зоны беды…».
Через день мы были в Брянске. В обкоме партии И.О. Горбачева
назвали драгоценным гостем и спросили, где ему интереснее выступить: на телевидении, в театре или в филармонии, а он предложил отправить его к людям, живущим ближе к эпицентру взрыва…
Больше двух недель мы ездили по дорогам Ученского, Клинцевского, Новозыбковского районов, 35 творческих встреч по полтора-два часа провел мастер в красных уголках, общежитиях, крупных залах, играл фрагменты ролей Кутузова и Экзюпери. Он читал
прекрасные стихи, отвечал на вопросы, рассказывал о своей работе
в Комитете защиты мира, о той благодарности, которую выражали
Советскому Союзу во всех странах за помощь, за мирные инициативы, понимание других народов…
После встреч с И. Горбачевым люди обычно не расходились. Он
прощается, а его просят просто посидеть с ними. И если бывала такая возможность, он садился среди своих зрителей и улыбаясь произносил: «А теперь рассказывать ваша очередь».
Через паузу, довольные, что их будет слушать дорогой гость,
люди говорили и говорили. О себе, о товарищах, о делах и проблемах. На одной из таких встреч вышел коренастый, спортивного
вида мужчина с крупным лицом, поседевшей головой. Он долго
молчал. Зал не острил. Не бросал колких реплик – было видно: человек волнуется. Минута прошла, другая.
«Мы ведь знакомы более тридцати лет, Игорь Олегович, – седой
человек начал говорить, сдерживая волнение. – Нет, не напрягайте
память. Вы меня не знаете, да и тех моряков, которые вас боготворят так же, как я, вы тоже наверняка не знаете. Но в 1955 году вы,
не подозревая этого, спасли жизнь экипажу корабля, где я служил.
Да, да. Вот как это было…».
И человек рассказал, как много лет назад он, молодой матрос,
оказался на корабле, терпящем бедствие. Вышла из строя система
управления и связи. Корабль лег в дрейф. Какое-то время экипаж
держался. Заканчивались вода и продукты. Норма питания сокращалась каждый день. Команда нуждалась в моральной поддержке.
В этой обстановке помощник капитана по политчасти предложил
посмотреть недавно полученный кинофильм «Любовь Яровая».
После окончания картины моряки взбодрились. Долго обсуждали
увиденное событие. Особенно их увлек матрос Швандя. Пять дней
вместо обеда и после ужина по просьбе команды «крутили» фильм
про их «кореша». Моряки свыклись с ним настолько, что когда
после перенесенного испытания вернулись на базу, то единодушно попросили командира перед выходом на берег показать еще раз
полюбившийся им «фильм с матросом», которого так узнаваемо,
правдиво, озорно сыграл молодой артист Игорь Горбачев.
Надо было видеть, как взволнованный рассказом старого матроса, широко известный и любимый в народе артист обнимал своего сверстника, свою юность. Слов не было. Они как будто слились
воедино – два разных человека, две судьбы, объединенные русским
духом, советским искусством, общностью чувств и мыслей.
В эти минуты присутствующие на встрече с Мастером люди забыли о радиации, о постигшей их беде. К ним, в отравленную зону,
не боясь облучения, приехал большой художник, авторитетный общественный деятель, добрый человек!
35 встреч, 35! – провел Горбачев за 15 дней в зоне «чернобыльской катастрофы». Это были удивительные, радостные встречи с
народом, которым я был свидетель. А за свою творческую жизнь
Игорь Олегович провел подобных встреч тысячи – в каждой своей
поездке по стране он шел к людям.
БЕСЕДЫ С ГОРБАЧЕВЫМ
Мне, журналисту, пришлось встречаться с многими крупными
государственными, политическими и общественными деятелями,
видными писателями, композиторами, артистами… Встречи эти
были настолько значимыми для меня, что невольно врезались в память, помечались в дневниковых записях.
Горбач (так коротко называли его друзья) – один из них, но он
занимает особое место в моей душе.
Мы одногодки, обоих коснулось голодное военное детство, нас,
как и тысячи других детей, спасли и помогли встать на ноги чужие
люди. В многочисленных беседах после спектаклей, концертов,
особенно после творческих встреч в различных городах и поселках,
нам было о чем говорить и что с благодарностью вспоминать. Но
он больше знал и больше умел. Я слушал его с упоением, пытаясь
запомнить образное горбачевское слово, емкую фразу, важную
мысль. Он бережно и точно пользовался многогранной палитрой
самого красивого в мире русского языка. И в личных беседах и на
творческих встречах. До сих пор печалюсь, что не записал на диктофон его выступления. Могла бы наверняка выйти необычная
книжка «Говорит Игорь Горбачев».
К сожалению, у меня есть только одно интервью с ним, прекрасным Гражданином России, записанное после его 75-летия.
Игорь Олегович был уже тяжело болен в тот момент. Он мужественно готовился оставить земную жизнь. Потому его последняя
беседа со мной была наполнена грустью и звучала как завещание
соотечественникам. Вот его слова. Мне думается, они не потеряли
смысла и сегодня в дни его памяти.
АНДРЕЙ БОБЫЛЬКОВ
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!