Два Имени. А отношение разное

dadmin Газета, Статьи из газеты №31 (2019)

Ольга Берггольц и Анна Ахматова. Два Имени, две Известности. Связанные, прежде всего, с городом на Неве – Ленинградом и его Советским периодом. Со сходными потому Судьбами, но и с отношением к ним совершенно разным.
Биография старшей началась еще за 28 лет до Советского периода, когда 23 июня 1889 в Одессе, в семье потомственного дворянина, инженера-механика флота Андрея Антоновича Горенко (1848 -1915) и Инны Эразмовны Стоговой (1856 -1930), третьей из шести детей, родилась Аня. В 1890 семья переехала сначала в Павловск, затем в Царское село – отец стал чиновником для особых поручений Госконтроля, а Аня, в 5 лет, слушая, как учительница занималась со старшими детьми, научилась говорить по-французски. В 1900, учась в Царскосельской гимназии, написала первое стихотворение, но, поскольку в 1905 родители развелись, мать с детьми переехала в Евпаторию, к семье брата отца – Владимира Горенко, где обучение Аня и продолжила.
В 1906 -1907 училась в Киевской гимназии, в 1908 -1910 – на Киевских высших женских курсах, стихи писала уже все более активно, а обучение заканчивала на Высших женских историко-литературных курсах в Петербурге. Выйдя, к тому же, в апреле 1910 замуж за Николая Гумилева, став Горенко-Гумилевой. Стихи с 1907 подписывала «Анна Г», а поскольку некоторые их них стали публиковаться, сменила по настоянию отца фамилию – просил, чтобы не срамила его имени, ибо были среди них и типа «Все мы бражники здесь, блудницы…» (март 1913). Взяла потому девичью фамилию прабабушки по женской линии, якобы от ордынского хана Ахмата – Прасковьи Ахматовой, став Ахматовой-Гумилевой. Стихи подписывала просто «Анна Ахматова», в марте 1911 вышла первая ее книга «Вечер», в октябре родился сын Лев Гумилев, в 1914 – вторая «Чётки», в 1917 – третья «Белая стая», и так мы приближаемся к Революции, Октябрю 1917.
Как все это восприняла выходец из дворянского рода, 28-летняя Анна Ахматова-Гумилева, какие события стали разворачиваться в ее жизни? В 1918 она развелась с Гумилевым и вышла замуж за ученого-ассириолога и поэта Владимира Шилейко, став уже Ах- матовой-Шилейко. В августе 1921, когда Гумилев был арестован и расстрелян, Анна без регистрации развода «разбежалась» и с Шилейко, но вышли две ее книги: четвертый сборник «Подорожник» и пятый «Anno Domini МСМХХІ» («В лето Господне 1921»). С 1923 стала «гражданской женой» искусствоведа, теоретика авангарда Николая Пунина, прямо поселившись к нему в один из бывших дворцов графов Шереметевых на набережной р. Фонтанки, 34, названный потому и «Фонтанным домом», где он жил с женой Анной Аренс и маленькой дочерью Ириной. В 1926 оформила, наконец, развод с В. Шилейко, после чего от фамилий своих мужей отказалась, став только Анной Ахматовой, но далее в период советский печатать ее, практически, перестали.
А теперь об Ольге Берггольц, биография которой пришлась, практически, на период только Советский. Родилась 16 мая 1910 в Петербурге, в несколько смешанной семье: мать Мария Тимофеевна (урожденная Грустилина, 1884 -1957) была русской, а отец, врач-хирург Федор Христофорович Берггольц (1885-1948) – происхождения немецкого, почему и фамилия у дочери такая. В 1912 родилась сестра – будущая актриса и режиссер Мария Берггольц, и прошли все детские годы на окраине Невской заставы. После Октября Ольга училась в трудовой школе, которую окончила в 1926, но еще в 1925 пришла в литературное объединение рабочей молодежи «Смена», и в том же году в газете «Красный ткач» было опубликовано первое ее стихотворение «Ленин», а в журнале «Красный галстук» – первый рассказ «Заколдованная тропинка».
Затем, творчество свое, продолжая, училась на Высших курсах при Институте истории искусств, с 1930 работала в детской литературе: печаталась в журнале «Чиж», издала свою первую книгу «Зима-лето-попугай». Далее поступила, на филологический факультет ЛГУ, стала освещать строительство народнохозяйственных объектов, в 1931-1934 работала редактором в газете з-да «Электросила». В 1933-1935 вышли ее очерки «Годы штурма», сборник рассказов «Ночь в Новом мире», первая «взрослая поэтическая книга» – сборник «Стихотворения». Началась, можно сказать, поэтическая известность, и в 1934 Ольга была принята в Союз Советских писателей.
А теперь о второй половине 1930-х годов, трагических, можно сказать, периодах в жизни Ахматовой и Берггольц. В 1935 были арестованы, а через неделю освобождены Николай Пунин и сын Лев Гумилев. В 1938 Лев вновь арестован, приговорен уже к 5 годам исправительно-трудовых лагерей, а что мама? В 1935 -1940 пишет, с одной стороны (пока для себя, «в стол»), связанную с трагизмом репрессий поэму «Реквием». Но, со стороны другой, в 1938 расстается с Н. Пуниным, в 1939 вступает в отношения, предполагающие очередной брак, с ученым паталогоанатомом Владимиром Гаршиным, посвящая ему «Городу и другу» и часть будущей «Поэмы без героя». Принимается в Союз советских писателей, а в 1940 выходит шестой ее сборник «Из шести книг».
А вот период Ольги Берггольц, хотя с «ахматовским» в чем-то и сходен – был куда трагичнее. Да, также, когда училась на Высших курсах, познакомилась (как и Ахматова с Гумилевым) с молодым поэтом Борисом Корниловым, и вышла за него замуж. Да, также, на следующий год, 13 октября 1928 у них родилась дочь Ирина. Да, также, в 1930 они разводятся, и Ольга выходит замуж уже за однокурсника, будущего литературоведа Николая Молчанова. Но дальше – все хуже. 14 марта 1936 в связи с осложнением на сердце Ирина умирает. В начале 1937 Берггольц была вовлечена в «дело Авербаха», по которому проходила свидетельницей, но из Союза писателей 16 мая 1937 была исключена. После допроса, будучи на большом сроке беременности, попала в больницу, где ребенка потеряла.
К лету 1938 все обвинения были сняты, в июне она была восстановлена в Союзе писателей, но еще 21 февраля 1938 Борис Корнилов был в Ленинграде расстрелян, а 13 декабря, находящуюся вновь на большом сроке беременности, Берггольц арестовывают по делу уже «Литературной группы», и из Союза опять исключают. Находясь в камере, после таких переживаний, рождает она ребенка уже мертвого, но держится стойко, виновной себя не признает, и 3 июля 1939, продержав в тюрьме 171 день, ее освобождают и полностью реабилитируют. Как видите, судьбы Берггольц и Ахматовой по трагизму действительно сходны, но что дальше? Ольге так же отторгнуть все Советское, затаить внутреннее неприятие всего, в стране происходящего? Но нет, Жизнь страны, Судьбу своего народа она смогла поставить Выше. В феврале 1940 мужественно вступает в ВКП (б), в Союзе писателей ее – реабилитированную, вновь восстанавливают, а дальше Рубиконом всему становится Блокадный Ленинград.
Итак, Страшная Война, Блокада Ленинграда, и как на все Анна Ахматова и Ольга Берггольц реагируют? В июле 1941 в «Ленинградской правде» появляются 4 крупно набранные строчки Ахматовой: «Вражье знамя/ Растает, как дым:/ Правда за нами/ И мы победим». Написала еще, но как тоскливо, «Первый дальнобойный в Ленинграде»: «Птицы смерти в зените стоят/ Кто идет выручать Ленинград/ Не шумите вокруг – он дышит/ Он живой еще, он все слышит» И все. В конце сентября была эвакуирована сначала в Москву, затем в Чистополь, недалеко от Казани, оттуда через Казань в Ташкент. В. Гаршин из Ленинграда никуда не выезжал, став Главным паталогоанатомом города, а у Ахматовой в Ташкенте выходит сборник стихотворений. В частности, ко Дню Красной армии 23 февраля 1942 в «Правде» было опубликовано ее «Мужество», но, обратите внимание, какая опять грустная риторика: «Не страшно под пулями мертвыми лечь,/Не горько остаться без крова».
И в таком же духе: «Копай, моя лопата, / Не пустим супостата». Или «Но только бы не страх, не страх,/Не страх, не страх… Бах, бах!» («И кружку пенили отцы», 1942). Все это не советские боевые стихи, в письме Л Чуковской она так честно и признается: «Я поняла, что к смерти пока не готова. Верно, жила я недостойно, потому и не готова еще». И, что ж, возможно, что «недостойно» – и права. И, тем не менее, как человека с Именем, в 1943, после прорыва Блокады, ее все-таки награждают медалью «За оборону Ленинграда». А, по возвращении 31 мая 1944, она, во-первых, сразу же рвет отношения с В. Гаршиным, называя его «психически больным». А во-вторых, пишет «Послесловие» с такими словами: «Разве не я тогда у креста,/ Разве не я утонула в море,/ Разве забыли мои уста/ Вкус твой, горе», и потому «Последнюю и высшую награду -/Мое молчанье – отдаю/ Великомученику Ленинграду».
Страны? Нет, Голосом сражающегося Ленинграда, его, можно сказать, даже Символом в борьбе стала именно Ольга Берггольц. Никуда не выезжая, с августа 1941 она работает на радио, почти ежедневно обращаясь к мужеству жителей. Муж Николай Молчанов, несмотря на свою инвалидность, копал укрепления на Лужском рубеже, но 29 января 1942, в самую страшную первую зиму умер. Однако Ольга не сломлена, борется и сражается, Голосом своим поднимает народ, создает лучшие поэмы «Февральский дневник» и «Ленинградскую поэму» (1942). В 1943 пишет пьесу «Они жили в Ленинграде» 3 июня 1943 получает медаль «За оборону Ленинграда». А 27 января 1945, в годовщину Снятия блокады, выходит радиофильм «900 дней», в котором она принимала активное участие и где использовались разные фрагменты звукозаписей (метроном, отрывки из Седьмой симфонии, объявления о тревоге, голоса людей), объединенные в одну запись.
А что после войны? Выходит книга Ольги «Говорит Ленинград», в 1948 г. – ее «Избранное». В 1950 в журнале «Знамя» было опубликовано главное ее произведение – поэма «Первороссийск», за которую в 1951 она награждается Сталинской премией III степени. В 1952 выходит цикл стихов о Сталинграде, а в дни прощания с И. Сталиным, несмотря на трагизм 1938-1939, в газете «Правда» 9 марта 1953 были опубликованы следующие ее строки: «Обливается сердце кровью…/_Наш любимый, наш дорогой!/Обхватив твое изголовье,/ Плачет Родина над Тобой». После командировки в Севастополь, создает трагедию «Верность» (1954), следующей ступенью в творчестве становится прозаическая книга «Дневные звезды» (1959), позволяющая понять и почувствовать «биографию века», судьбу поколения.
А когда в День Победы, 9 мая 1960, открывалось Пискаревское Мемориальное кладбище, все увидели, высеченные на гранитной стене Слова О. Берггольц, ставшие Вечными. «Здесь лежат ленинградцы. Здесь горожане – мужчины, женщины, дети. Рядом с ними солдаты-красноармейцы. Всею жизнью своею Они защищали тебя, Ленинград, Колыбель революции. Их имен благородных мы здесь перечислить не сможем, Так их много под вечной охраной гранита. Но знай, внимающий этим камням: Никто не забыт и ничто не забыто» В то же году ее награждают Орденом Трудового Красного Знамени, в 1967 – Орденом Ленина. А что касается жизни личной, то с 1949 состояла в браке, с профессором кафедры русской литературы ЛГУ Г. П. Макогоненко, 3 октября 1961 с которым рассталась.
И в 1960-е годы начался уже финальный, можно сказать, этап ее биографии. Последняя напечатанная новая книга – сборник стихотворений «Память», вышедший в 1972. Доживала Ольга Федоровна уже в одиночестве, д. 20, кв. 57, по набережной Черной речки, а 13 ноября 1975, в возрасте 65 лет, скончалась. Похоронена на Литераторских мостках Волкова кладбища. (Там же, кстати, и умершая в 2003, сестра Мария, а мать и отец – на кладбище Шуваловском, кто интересуется, может зайти, навестить). В Память о ней Мемориал при входе в Ленинградский Дом Радио и Мемориальная доска на доме 7, кв. 30 по ул. Рубинштейна, где она жила в 1932-1943 Именем Ольги Берггольц названа улица в Невском районе и сквер во дворе дома 20 по набережной Черной речки в Приморском районе. Памятники установлены во дворе Ленинградского областного колледжа культуры и искусства на Гороховой, 57-а, где в годы Великой Отечественной войны был госпиталь, и в Палевском саду Невской стороны. Наконец, в 1994 г. – пусть и посмертно, ей присвоено звание «Почетного гражданина».
А что Ахматова? А по ней, точнее по журналам «Звезда» и «Ленинград», 14 августа 1946г. вышло Постановление Оргбюро ЦК ВКП (б), в котором она характеризовалась «типичной представительницей чуждой нашему народу пустой безыдейной поэзии». А.Жданов в оценках был еще жестче: «у нее «поэзия взбесившейся барыньки, мечущейся между будуаром и молельной. Не то монахиня, не то блудница. А вернее, блудница и монахиня, у которой блуд смешан с молитвой. Такова Ахматова с ее маленькой, узкой личной жизнью, ничтожными переживаниями и религиозно-мистической эротикой» Что, оскорбительно? Но напомним, что в 1913 она и сама писала, что «Все мы бражники здесь, блудницы…», а в 1923 запросто могла вторгнуться на постоянное прожитие в квартиру к блуднику своему Н. Пунину, и жить, и с ним, и с ее неразведенной женой, и дочерью. Сыну своему единственному, Льву, времени, практически, не уделяя.
Из Союза советских писателей такая Ахматова, естественно, была исключена – и что дальше? 26 августа 1949 вновь арестовывается Н. Пунин (в 1953 в лагере погибает), а 6 ноября – Л. Гумилев со сроком на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Поскольку с сыном отношения, практически, изначально были напряженными, попыток как-то освободить его Ахматова не предпринимает, а, наоборот, чтобы продемонстрировать лояльность, в 1950 пишет цикл стихов «Слава миру!» Что, фактически, «Слава Сталину», и почему 19 января 1951, по предложению Александра Фадеева, в Союзе советских писателей ее восстанавливают. В декабре 1954 Ахматова участвует во Втором съезде Союза, в 1956 возвращается из заключения реабилитированный Лев Гумилев – так и считавший, что мать не принимала достаточно усилий для его освобождения, и отношения с ней не поддерживает. Во «времена хрущевские», в 1958, после долгого перерыва, выходит ее сборник «Стихотворения», в 1962 она заканчивает «Поэму без героя», отражающую взгляд на эпоху от Серебряного века до Великой Отечественной войны (относительно полный текст, впервые опубликован в СССР в 1976). А 5 марта – надо же, в тот самый день, что и Сталин, в санатории «Подмосковье» в Домодедово, в 1966, в возрасте 77 лет, умирает. 10 марта похоронена в поселке Комарово под Ленинградом.
А теперь, что называется, об определенных «минусах». Был ли «минус» в такой трагической биографии О. Берггольц? Был. После всего пережитого еще в 1952 она лечилась от алкогольной зависимости в психиатрической больнице. В последние годы жизни на Черной речке, от старости одиночества, тоже, порой, «злоупотребляла». Ну, так и что? Ольга Берггольц все равно навсегда останется Голосом сражающегося Ленинграда, и его Подвига. Она поймала, почувствовала Главный нерв своего Времени, поставила Страну, Народ Выше каких-то своих личных неурядиц и даже болей трагедий – за что всегда так ценна и уважаема.
А что с «минусами» Ахматовой? Можно ли и о ней сказать нечто подобное? Абсолютно нет. Наоборот, на закате «хрущевских времен» по «разоблачению» Сталина, да и вообще много чего Советского, «пиетет» к ней приходит как раз с Запада. В 1963 в Мюнхене издается ее «Реквием» (в СССР А. Яковлевым только в «перестройку», в 1987), в 1964 она едет в Италию получать премию «Этна-Таормина», а в 1965 в Англию – диплом почетного доктора Оксфордского университета, издается ее сборник «Бег времени». В 1965 Советскими организациями на Нобелевскую премию по литературе выдвигается М. Шолохов – и ее же и выигрывает, но параллельно Шведской Академией выдвигается и А. Ахматова. А, поскольку не выиграла, шведская профессура в 1966 выдвигает ее и вторично.
И еще о «минусах». Можно ли себе представить, чтобы кто-то из родных Ольги Берггольц «переметнулся» на Запад и стал работать на врагов Советского Союза? Да такое невозможно, хотя ее отец, как немецкого происхождения, в марте 1942 и был на полгода выслан в Минусинск Красноярского края. Но продолжил там работать врачом, через полгода переехал в дочери Марии в Чистополь (Татарстан), а в 1947 вернулся в Ленинград. А вот младший брат Ахматовой Виктор Горенко (1896) служил в Черноморском флоте – последний раз они виделись в 1916. В Гражданскую войну служил в Морской роте Штаба командующего колчаковской Сибирской флотилией во Владивостоке, после расстрела Колчака и падения Омского правительства, в 1929 оказался в Китае, в Шанхае. А после войны, в 1947, прибыл в долгожданные США, где стал «security guard» – сотрудником охраны личной безопасности, и с большой гордостью писал, что «какое счастье, что я гражданин Соединенных Штатов и умру под флагом полос и звезд». 4 февраля 1976, 80 лет от роду, в Нью-Йорке и скончался.
Скажете, «мелочи», Ахматовой не касаемые? Как сказать, «яблоко от яблоньки…». Еще при жизни ее окружила слава среди почитателей в эмиграции и на Западе. Да и у нас всегда найдется «определенная публика», которая будет считать ее «выдающейся поэтессой». Но не автор статьи, для меня О. Берггольц – это всегда Ольга Берггольц, а Ахматова – это «Ахматова».

Геннадий ТУРЕЦКИЙ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!