Ф. Булгарин. «Пчела»

admin Газета, Статьи из газеты №33 (2017) 0 Comments

 

Перелистывая страницы истории, делать это надо всегда вдумчиво и внимательно, руководствуясь не какими-то мнениями и суждениями, от кого бы, они не исходили, а опираясь на конкретные факты и события. И это я к тому, допустим, что со школьной скамьи хорошо помню, что подлее, чем Булгарин, в русской литературе человека и не было. И исходила трактовка такая из того, что А. Пушкин — это «наше все», агнец, можно сказать, во плоти, а Булгарин, который как-то противостоял ему — подлец, следовательно, и мерзопакостник. «Солнце русской поэзии» травивший. Властям, коллег предавая, прислуживавший. К славе собственной, торгашеским духом русскую культуру извращая, пропитывая, рвавшийся. Однако сегодня, когда века прошли и улеглись страсти, понять, кто был Булгарин реальный и подл насколько — желательно объективно. По этапам биографии, которых у него было 3, и исходящим из них фактам. Что и рискую сделать.

Итак, этап 1, предательство России. Зиждущееся на том, что Фаддей Венедиктович Булгарин (урожденный Ян Тадеуш Кшиштоф) — поляк по национальности. Родился 24 июня (5 июля)1789г. в имении Перышево Минского воеводства Речи Посполитой, а имя отец дал ему в честь Тадеуша Костюшко. Участвовал в восстании 1794г., был сослан в Сибирь, а сын Фаддей, поскольку в 1792г. произошел первый раздел Речи, через 3 года после рождения лишился Отечества. Территория, на которой жили, отошла Российской империи, и мать, после того как отца сослали, отвезла Фаддея в С.-Петербург, где в 1798-1806г. он учился в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе. Русский язык знал плохо, учился с трудом, но под влиянием корпусных литературных традиций стал сочинять сатиры и басни. После обучения корнетом вышел в Уланский великого князя Константина Павловича полк; в сражении под Фридландом, где Россия в 1807г. потерпела поражение, был ранен, но за храбрость награжден орденом Святой Анны III степени. Затем Тильзитский (1807) мир, Эрфуртская союзническая с Наполеоном Конвенция (октябрь 1808), Булгарин участвует в шведской кампании, но, поскольку пишет и сатиры на князя Константина Павловича, несколько месяцев проводит под арестом в Кронштадтской крепости. Затем отправляется в Ямбургский драгунский полк, где тоже не очень уживается, и в 1811г. в чине поручика отправляется в отставку.

Оказывается без денег, некоторое время мытарствует, и, узнав, что Наполеон заявил, что, в случае его против России удачи, независимость Польши будет восстановлена, едет в Париж и вступает в созданные Наполеоном войска герцогства Варшавского. В полк польских улан, то есть в армию как бы французскую, а по законам Российской империи офицер русской армии (пусть даже и отставной) для вступления, пусть даже и в армию союзную, обязан испросить высочайшего соизволения. Получено оно, естественно, не было, законы страны, подданным которой был, Булгарин нарушил — и главное, союзные отношения были разорваны, и в 1812г. в составе полка польских улан он идет в поход на Россию. Получил чин капитана, в сражениях при Бауцене и под Кульмом в 1813г. участвовал, в 1814г. попал в плен к пруссакам, а затем в результате обмена был передан русским. И естествен вопрос: был он изменником? Однозначного ответа нет. С позиции русских, безусловно, да. А если представить себя поляком, у которого появилась возможность с оружием в руках, пусть даже и жизнью рискуя, выступить за независимость своей исторической родины, то поступать надо как? Полагаю, большинство знает как.

Этап 2. Подлость в конкурентной борьбе. Поляк Булгарин, вызов замечательным литераторам отечественным творчеством своим бездарным бросая, в литературу самым насильственным образом «лез», образом самым подлым ее извратить, пытаясь, и славу себе порочную на том сделать.

Реально же по окончании войны против Наполеона Булгарин вернулся в Варшаву, затем в Петербург, а потом переехал в Вильно, где потянулся к литературной деятельности и начал публиковаться. Анонимно и на польском языке. И тут важно учесть, что по российским законам он, как поляк, воевавший в составе наполеоновской армии против русских, мог, при необходимости, быть направлен на службу в казачьи войска. Чего ему, к литературе и ее изданию потянувшемуся, очень не хотелось, и потому, когда в 1819г. окончательно поселился в Петербурге, стал активно разворачивать свою литературную и издательскую деятельность. На первых порах пропагандировал польскую культуру, писал статьи по истории и литературе Польши, переводил польских авторов, анонимно или под псевдонимом публиковал на польском языке свои стихи, очерки.

Но в 1820г. появились первые публикации на языке уже русском, Булгарин издает статью «Краткое обозрение
польской словесности», знакомится с писателем Н. Гречем и начинает сотрудничать в газете «Русский инвалид». Знакомится с Н. Карамзиным, К. Рылеевым, А. Бестужевым и Н. Бестужевым, В. Кюхельбекером, А. Грибоедовым, А. Корниловичем; в 1822г. начинает издавать первый специализированный научно-популярный журнал по истории, географии и статистике «Северный архив» (с 1825г. совместно с Н. Гречем), а в 1823-24гг. качестве приложения к нему — «Литературные листки». Выпускает первый в России театральный альманах «Русская талия» (1825), где опубликовал отрывки «Горе от ума» Грибоедова, и именно он добился разрешения на публикацию драматических произведений до их постановки на императорской сцене. Участвовал в выпусках альманаха «Полярная звезда». Писал статьи, военные рассказы, путевые записки, очерки, сказки, исторические повести и романы, фельетоны, а наибольшую известность приобрел как редактор-издатель первой частной российской политической и литературной газеты «Северная пчела», которую (вместе с Н. Гречем) начал издавать в 1825г. На ее страницах под пером Булгарина расцвел новый для русской литературы жанр — фельетон, а не очень его любивший Кюхельбекер назвал автора лучшим русским журналистом.

А А. Бестужев-Марлинский в статье «Взгляд на старую и новую словесность в России» (1823) отозвался так: «Булгарин, литератор польский, пишет на языке нашем с особенной занимательностью. Он глядит на предметы с совершенно новой стороны, излагает мысли свои с какой-то военной искренностью и правдой, без пестроты, без игры слов. Обладая вкусом разборчивым и оригинальным, который не увлекается даже пылкой молодостью чувств, поражая незаимствованными формами слога, он, конечно, станет в ряд светских наших писателей». Булгарин впервые обратился к образу рядовых петербургских обывателей, причем рассказывал о них сочувственно, что было весьма необычно для литературы того времени. Одним из первых стал использовать разговорный язык, причем, беседуя с читателями, он словно говорил с ними на равных, а его полемические статьи были доступны пониманию большей части публики. Разработал абсолютно новый для русской литературы жанр — нравоописательные и бытоописательные очерки, а фантастически-утопический очерк «Правдоподобные небылицы, или Странствования по свету в двадцать девятом веке» (1824) считается первым в русской литературе описанием путешествия во времени. Поддерживал дружеские отношения с А. Грибоедовым, которого изобразил в образе Талантина на страницах фельетона «Литературные призраки» (1824), а А. Пушкин в феврале 1824г. писал ему, что «Вы принадлежите к малому числу тех литераторов, коих порицания или похвалы могут быть и должны быть уважаемы».

Был очень предприимчив Булгарин и в издательских делах: его «Северная пчела» выходила большими, до 9 — 10 тыс. экземпляров, тиражами, и была единственным в то время негосударственным периодическим изданием, в котором власти разрешали публиковать политическую информацию. Кроме того, в нем начала скрытно, поскольку в частных изданиях печататься не могла, появляться и скрытная реклама. Булгарин изобрел способ, как запрет обойти: вставлял между хвалебных строк точные адреса магазинов, цены на товары или услуги, взамен получая обговоренные суммы (или те же товары). И что здесь такого уж плохого, если, скажем, и А. Пушкин
свой «Бахчисарайский фонтан» отдал книгопродавцу Пономареву за 3 тыс. рублей. А «плохое», наверное, в том, что, как предприимчивый предприниматель, Булгарин добился в изданиях больших успехов, а на поприще литературном отношения бывают как близкие, солидарные, так и глубоко конкурентные. И Булгарин — поляк, конкурентом стал, можно сказать, изначально. Стал получать критику, что подобная практика изданий — прямое нарушение высокого, идейного назначения журналистики. Полетели обвинения в подражательстве французским писателям-сатирикам, хотя он не подражал, а переосмыслял, внося русский колорит. Появилась зависть из пушкинского окружения, а Рылеев, с которым был неплохо знаком, подшучивал: «Ты, Булгарин, не «Пчелу», а «Клопа» издаешь, и мы после победы отрубим на ней твою голову». Булгарин оскорбление сглотнул, в домах популярных писателей и блестящих офицеров бывать продолжал, и взаимоотношения такие продолжались до 14 декабря 1825г., до восстания декабристов. Причем за 2 дня до него на обеде у директора Российско-американской компании, на котором присутствовал и Рылеев, Булагрин произносил либеральные речи и отпускал иронические шуточки в адрес императора. Был и во время бунта на Сенатской площади, его видели в толпе кричащим: «Конституцию! Конституцию!»


И что, во всем конкурентная подлость? Весьма сомнительно. Просто деловой был Булгарин, активный и предприимчивый.

И потому перейдем к
этапу 3. Предательство декабристов, продажа властям и служба Третьему отделению ради вседозволенности в извращении
торгашеским духом русской культуры. А что реально? А реально после разгрома восстания, чтобы себя обезопасить, угрозы отвести и издательскую, литературную деятельность продолжать, Булгарин действительно с созданием Третьего отделения Канцелярии императора действительно стал с ним сотрудничать. Не стал платным агентом или тайным шпионом, а скорее выступал консультантом по широкому спектру тем: литературе, цензуре, делам Польши и Литвы, общественным настроениям. Свою первую записку в Отделение в конце мая 1826г. посвятил, например, цензуре в России и книгопечатанию; едва ли не впервые проанализировал состав читательской аудитории и сделал вывод: цензуру необходимо смягчить (как раз в это время был утвержден цензурный устав, за свою жесткость прозванный «чугунным»). Ему порой заказывали подготовить характеристики на конкретных личностей, а порою сам приносил в Отделение письма, которые получала редакция. Но при этом Рылеева не «закладывал», а спрятал его архив, и спас А. Грибоедова и многих других, на которых в том архиве имелись компрометирующие материалы. Хвалил «Героя нашего времени» Лермонтова, первым отметив сильные стороны романа, а опальному поляку А. Мицкевичу помог получить выездную визу.

И, как литератор и издатель, работал, работал и работал. Продолжал (совместно с Н. Гречем) издавать журнал «Северный архив» и альманах «Русская талия». До 1839гг. — соредактор и соиздатель Греча по журналу «Сын отечества»», с 1829г. объединенного с «Северным архивом» и ставшего выходить как «Сын отечества и Северный архив». В «Северной пчеле» стал публиковать политические новости, и, став, таким образом, как бы проправительственной, газета с 1830г. стала и ежедневной. А вершиной литературной карьеры Булгарина стал вышедший в 1829г. роман «Иван Выжигин», произведший необычайный фурор. Изданный тиражом 2 тыс. экземпляров, разлетелся за неделю и стал литературной сенсацией, изображая в сатирической форме «барство» и представляя простого человека в гораздо лучшем свете, чем его господ. Головокружительные перемены в судьбе главного героя, погони, разбойники, вольные степи и душные города сливались в один вихрь, не могли не привлечь, и «Ивана Выжигина» назвали первым русским романом «вальтер-скоттовского» типа. Продано было более 10 тыс. экземпляров и стал он настолько популярен, что по желанию читателей Булгарин в 1831г. написал его продолжение «Петр Иванович Выжигин» о войне 1812г. А власти облагодетельствовали так, что от государя получил брильянтовый перстень с письмом Бенкендорфа: «государь император изволил отозваться, что его величеству весьма приятны труды и усердие ваше к пользе общей и что его величество, будучи уверен в преданности вашей к его особе, всегда расположен оказывать вам милостивое свое покровительство».

И так, реально используя открывшиеся перед собой возможности, Булгарин действительно достиг в конкурентной борьбе больших вершин. И как литератор, и как издатель. И в этом плане он действительно талантливая и яркая личность, необычайно предприимчивая, и потому еще и невероятно плодовитая: его литературное наследие составило, по разным данным, от 59 до 173 томов. Булгарин стал основоположником авантюрного плутовского и фантастического романов в русской литературе, его романы были переведены на французский, немецкий, английский, испанский, итальянский, нидерландский, шведский, польский, чешский языки. Но при этом и перевел салонную книжную культуру, в которой авторитет автора зависел от мнения нескольких знатоков, на рельсы торговли, где успех определялся мнением публики и выражался рублем. И именно на фоне всего этого в конкурентной литераторской среде возникло серьезнейшее противостояние: читатель «голосовал» за Булгарина рублем, а литераторы пушкинского окружения нещадно критиковали. Обвиняли в исключительной корысти, погоне за деньгами, продажности, беспринципности. Хотя и авторы пушкинского круга точно так же пытались заработать на своих произведениях, и именно завистью к своему успеху Булгарин объяснял их враждебность.

Ну а уж когда стало известно о его сотрудничестве с Третьим отделением — противостояние достигло апогея, рекой полились эпиграммы, фельетоны, памфлеты. Появилось и, бьющее наповал, прозвище «Видок Фиглярин» (Эжен-Франсуа Видок — начальник парижской полиции, мастер политического сыска и доносов, а фиглярство — желание потешать публику). Первым его так нарек П. Вяземский, а Пушкин использовал в эпиграмме, заканчивавшейся словами: «Беда, что ты Видок Фиглярин (по созвучию с Булгарин». Есть и другая, приписываемая А. Пушкину эпиграмма: «Все говорят он — Вальтер Скотт, / Но я, поэт, не лицемерю, / Согласен я, он просто скот, / Но что он Вальтер Скотт, не верю». Ибо именно
Вальтер Скотт во многом повлиял на творчество Пушкина, и без него не было бы ни «Бориса Годунова», ни «Капитанской дочки», а по «Годунову» упрекал и что для романа «Дмитрий Самозванец» Булгарин украл у него идеи. Некрасов писал, что Булгарин, при необходимости, может предстать, притвориться кем угодно. После того как Булгарин выпустил книгу
«Россия в статистическом отношении», долбал уже Лермонтов: поскольку он «продает» Россию — продаст и что угодно. Гоголь считал, что все написанное Булгариным — пошлость, критиковал Баратынский и другие.

Но ответствовал и Булгарин. Корил Пушкина за поэму «Гаврилиада», отсутствие патриотизма, воспевание «воров» (казаков и разбойников) и «жидов» (поэма Пушкина «Цыганы»). Иронизировал, что среди предков Пушкина был негр, купленный за бочонок рома. Высказался, что литераторы дискриминируют его по национальности, что поляк. Действовал порой жестко, в донесениях прося обратить внимание на сторонников «социализма, коммунизма и пантеизма» — и сумел, и отодвинуть литераторов и журналистов Н. Полевого, М. Погодина, П. Вяземского: политическую газету в Москве так и не разрешили. Создал трудности и журналам «Московский телеграф» и «Отечественные записки», хотя, когда сам напечатал отрицательную рецензию на роман удобного властям М. Загоскина «Юрий Милославский», по личному распоряжению царя 30 января 1830 г. был посажен на гауптвахту. И вся такая, сложившаяся вокруг него, с обеих сторон, обстановка привела к тому, что в 1831г. он уехал в имение Карлово под Дерптом (ныне Тарту) и несколько лет жил там почти безвыездно. С конца 1830-х годов снова вернулся к сотрудничеству с Третьим отделением, хотя обзоров и характеристик писал уже гораздо меньше, а 1(13) сентября 1859г. скончался. Похоронен на кладбище Раади имения Карлова.

По совокупности всего, вышеприведенного, и возник, закрепился стереотип, что Булгарин — отъявленный злодей, позор русской литературы, имя стало ассоциироваться с изменой и доносами. Но сегодня, все просмотрев и просуммировав, характеристику можно дать и совсем иную — и название своей самой популярной газеты дал Булгарин, видимо, не случайно. Ибо «пчела», как известно, много трудится и постоянно несет, приносит в себе свой сладкий, вкусный и полезный продукт — мед (что Булгарин творчеством своим и делал). Но со стороны другой, не нападая, правда, первой, а когда улей могут разрушить и мед забрать, применяет и жало с ядом. И жалит (что со стороны Булгарина тоже бывало). Булгарин, безусловно, человек русской культуры, хоть по национальности и поляк. Яркий талантливый писатель, журналист, критик и издатель одновременно, борьбу за читателя своей эпохи, безусловно, выигравший. Но высокая литературная репутация того времени ассоциировалась с вольнодумством и критическим настроем к власти — и в этом он, даже иногда жаля, проиграл. Такая выпала ему судьба в памяти поколений.

 


Геннадий ТУРЕЦКИЙ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *