Время Смуты

admin Газета, Статьи из газеты №37 (2017) 0 Comments

 

1598-1618

Время окончания, начавшегося 6 января 1598г. смертью слабоумного сына царя Ивана Грозного Федора, Смутного Времени имеет две разные, но разными Властями и в разное время удобно назначенные ими трактовки. Властями нынешними, чтобы избавиться от празднования 7 ноября и попраздновать что-то другое, но по соседству, было выбрано 4 ноября
1612г. И пусть дата и рядовая, но крайне выгодная верхам РПЦ, ибо — хотя прежде от календаря юлианского они не отказывались и Казанскую Божию Матерь праздновали 22 октября — сейчас, в угоду Властям светским, попраздновать они ее вместе с ними готовы и по календарю григорианскому 4 ноября. А что до даты другой, то удобна она в свое время, чтобы попраздновать, была Дому Романовых, ибо 6 марта 1613г. царем стал, основав их династию, Романов Михаил. Однако ни та, ни другая даты к концу того страшного — чудовищных и разнообразных форм, с использованием еще и призванных на подмогу «чужеземцев» Смутного Времени отношения не имеют, и закончилось оно только в конце 1618г.

А началось с того, что 6 января 1598г. умер царь Федор Иоаннович, и правящий 7 веков на Руси княжеско-царский род Рюриковичей оборвался. И что делать? На престол надо кого-то избирать, и 17 февраля 1598г. Земский собор сделал это, избрав, как наиболее влиятельную к тому времени фигуру, брата жены Федора — дворянского царя Бориса Годунова (1598-1605). Он стал первым «неприрожденным» царем, что народу было диковинно, а тщеславный боярин Федор Романов — племянник Грозного, проиграв, стал составлять против него заговоры. Но Борис заговорщиков упредил и Федора постриг в монахи под именем Филарет. Годунов, в принципе, был не самым плохим царем, и даже вернул крестьянам отмененный в 1597г. Юрьев день их переходов. Но время ему выпало, как назло, тяжкое, с огромными в 1601- 1603гг. неурожаями — и голод, мор, от которых вымерло не менее трети населения, породили волнения, переросшие в войну всех против всех — Время стало действительно Смутным.

Чем Романовы, воспользовавшись, вбросили слух, что младший сын Грозного — Дмитрий не зарезался в Угличе в 1591г., играя ножиком, а чудодейственно спасся и скоро придет. И «он» — объявился! В Польше, у дальних родственников Грозного. Это был талантливый авантюрист, бывший слуга Романовых Григорий Отрепьев — он же «царь» Лжедмитрий I, который против Годуновых оказался нужен всем. Боярам, чтобы устранить царствующего конкурента. Казакам и холопам, чтобы посадить на трон «доброго», в смысле, настоящего царя. А польскому королю Сигизмунду Ш, чтобы в Кремле сидел «свой человек», принявший католичество для полонения и католизации Руси. И потому в него все «поверили» и «признали». И хотя он и привел с собой в Москву поляков — но зато Годуновых свергли! Борис 13 апреля умер сам; едва вступившего на престол 16-летнего Федора Годунова и его мать убили — и венчали Лжедмитрия I (1605 — 1606) на царство. Но Лжедмитрий, еще раз повторимся, авантюристом был весьма талантливым, считавшим, по уму, что высшей власти он именно — и достоин, и потому планы имел в ней свои, хитроумные: шляхтичам особо не угождал, Русь не католизировал, а не слишком умным, но к властвованию рвущимся боярам сильно «мешал». И его по наущению боярина Василия Шуйского убили, чтобы самому сесть на трон и стать боярским (1606 — 1610) царем.

Однако народ отказываться от своей мечты, «доброго царя Дмитрия» не пожелал, к тому же Шуйский даже увеличил срок поимки беглых крестьян с 5 до 15 лет — и появился Лжедмитрий II (1608-1610). Некто Богданко Шкловский, крещеный еврей, заурядный человек, бедствовавший учитель, тщедушной фигурой, походивший на Отрепьева. В «цари» он не хотел, но подневольно заставили, и он, объединив повстанцев и дождавшись наемных отрядов из Польши, двинулся со всеми ними в январе 1608г. на Москву. В Тушино разбил лагерь, создал Боярскую думу и Правительство, но под руководством кого? Правильно, все того же, желающего всем отмстить Филарета. И что же на это удумал Шуйский? А ренегатски решил — в обмен на огромные на Севере, прежде всего, велико новгородские территории, и надежду возвести на московский трон шведского королевича Карла Филиппа — обратиться за помощью к королю шведскому Карлу IX. Поддержку получил, русско-шведские войска перелома добились, и основная масса польских наемников из-под Тушино вынуждена была уйти в лагерь под Смоленск. А Лжедмитрий II в декабре 1609г. бежал в Калугу и «воровская столица» в Тушине прекратила свое существование — Москва избавилась от осады. И что в такой ситуации оставалось делать Филарету? Да только — в ответ усилить свое ренегатство польское. И, как глава тушинского правительства, никого больше не представлявшего, в январе 1610г. он вступил в переговоры с польскими интервентами, достигнув соглашения о передаче русского трона королевичу уже какому? Правильно, сыну Сигизмунда III Владиславу. После чего двинулся в польский лагерь к Смоленску, но по дороге был взят в плен и доставлен в Москву. Однако Шуйский судить его не решился, чем совершил ошибку, и Филарет вскоре нашел общий язык с теми, кто свергнуть царя Василия рассчитывал.

А поляки тем временем под Смоленском атаковали русско-шведские отряды: силы русской армии рассеялись и были вынуждены отойти, а шведские наемники перешли к шляхтичам. И, узнав об этом, Лжедмитрий II вновь поспешил из Калуги к Москве. И тщетно Шуйский пытался собрать новую армию — 17 июля 1610г. на Красной площади собралась внушительная толпа, потребовавшая его, принесшего стране нескончаемые беды, свергнуть. Собрался Земский собор, Шуйский от престола отрекся, насильственно пострижен в монахи, и, как их пленник — ведь был же за шведов, выдан полякам (И в польском заточении 12 сентября 1612г. умер) Чем Смута с обоими царями: и дворянским, и боярским — закончилась, и Власть перешла к Семибоярщине — боярской комиссии из 7 человек. Куда церковный сан Филарету войти не позволил, но он ввел взамен своего младшего брата — Ивана Романова. И поскольку казаки Лжедмитрия II и польская армия гетмана Жолкевского вновь подошли к Москве, бояре в страхе решили затеять с ним переговоры: гетман обещал покончить с Лжедмитрием II при условии, что на московский трон будет возведен королевич Владислав.

Весть о переговорах вызвала негодование городских низов; бояре видели, что восстание может вспыхнуть в любой момент, и Лжедмитрию II обеспечена была бы победа — и в страхе перед чернью Семибоярщина условие Жолкевского приняла, и договор об избрании на трон Владислава ренегатски подписала. И хотя Сигизмунд возражал против перехода сына в православие — а это было условие, бояре, полагаясь на его «милость» собрали население у стен Новодевичьего монастыря, и 17 августа 1610г. провели церемонию присяги 15-летнему «царю» Владиславу, которого не видели в глаза. После чего снарядили посольство к Сигизмунду III, чтобы в его лагере под Смоленском завершить переговоры — и взял на себя миссию, хотя надежду видеть на троне своего сына Михаила и не утратил, опять Филарет. Однако переговоры зашли в тупик, послы, в том числе, Филарет, оказались на положении пленников, а войска Сигизмунда III продолжили грабить и жечь русские села и деревни. И тогда, поскольку чернь, грозя ненавистным боярам расправой, взволновалась, члены Семибоярщины в ренегатстве ради своей защиты пошли еще дальше, вступив с поляками в переговоры о расквартировании в Кремле польских рот. Особенно усердствовал брат Филарета — Иван Романов, и 21 сентября 1610г. наемные роты под покровом ночи, со свернутыми знаменами в крепость вошли. И это при том, что Сигизмунд III и слышать не хотел о возвращении России захваченных земель, отдал приказ о штурме Смоленска, а самого Филарета, уже оказавшегося на положении пленника, под стражей увезли в Польшу.

А войска боярского правительства, воспользовавшись кремлевской польской подмогой, предприняли из Москвы наступление, изгнали казаков из Серпухова и Тулы, создали угрозу Калуге, и в окружении Самозванца зрела измена — 11декабря 1610г. он был в упор расстрелян. Что вызвало ликование в московских верхах, ибо в Русском государстве остался один «царь» — Владислав, но легче им от этого не стало. Страна нового «царя» так и не видела — Сигизмунд III отпускать его не рисковал, а ненависть населения к присутствию иноземных сил накладывалась на все более растущее возмущение внутренней политикой бояр. И в июне 1611г. в результате восстания москвичей против польско-литовского гарнизона возникло Первое ополчение, которое, правда, изгнать шляхтичей из Кремля не смогло и встало лагерем под Москвой. И что же в такой ситуации оставалось делать боярам — только уже не московским, а новгородским? Правильно, переговоры о продолжении военной помощи шведами активизировать — пусть даже и с избранием на царство принца Карла Филиппа. Однако переговоры затянулись, и в середине июля 1611г. шведы Великий Новгород и все огромные русские северо-западные земли просто захватили, оккупировали. И с взявшим их генералом Якобом Делагарди оставалось заключать Договор о каком-то временном управлении Новгородом и новгородской землей, по которому Карл Филипп еще и
признавался «новгородским великим князем и русским царем». В Москве ренегатски присягнули 15-летнему Владиславу, а в Великом Новгороде — 10-летнему Карлу Филиппу.

Первое ополчение, тем временем, боярами и поляками было частично подавлено, а частично распалось, после чего в 1612г. в Нижнем Новгороде было организовано ополчение Второе, летом к Москве выступившее и ее осадившее. (Заметим, что в июне в Ярославль к Д. Пожарскому прибыла делегация из Новгорода, сообщившая о «призвании» на Русь Карла Филиппа. Князь был сторонником такого «приглашения», и когда избирали М. Романова — его от принятия решений просто отстранили). В осажденную столицу пришел голод, к началу сентября обретший масштабы катастрофические, и 22 октября (4 ноября) наемники начали переговоры о сдаче Кремля. Но затянули, и рассвирепевшие казаки и ратные люди бросились на штурм Китай-города. Наемники дрогнули: и одни из них были тут же убиты на месте, а другие успели укрыться в Кремле. Китай-город был взят, но это, скорее, даже взятие не его, а физически моральное смятие подавленных и давно утративших свою боевую спесь польских вояк.

Далее 25 октября (7 ноября) те из наемников, кто уцелел, выслали из Кремля членов Семибоярщины, которых казаки чуть не растерзали — ведь за измену же! — причем среди вышедших были и Романовы: брат Филарета Иван и сын Михаил, но вмешательство ополченцев-дворян Д. Пожарского предотвратило это. А на другой день, 8 ноября, земские воеводы приняли капитуляцию остатков в Кремле жалкого польского гарнизона из полутора тысяч деградировавших и от голода опустившихся людей. Но это никакое не окончание Смутного времени, хотя 6 марта 1613г. и состоялось избрание на царский престол, все-таки, 16-летнего Михаила Романова, ибо он — по мнению казаков, единственный, кто «родовитый» и «от доброго корня». Хотя Великий Новгород, присягавший как своему государю Карлу Филиппу, участия в Земском соборе по выборам не принимал, а М. Романова воспринял как какого-то из «казацких царей». После чего собранная 12-тысячная армия двинула освобождать от поляков Смоленск, в июне 1613г. заняв Вязьму и Дорогобуж, но когда подошли ближе, то Смоленск осадили и встали. Как выяснилось, на года.

А на Севере 9 июля 1613г. в Выборг привезли Карла Филиппа и торжественно 3 дня встречали: гремели пушечные салюты, служили молебны и звонили колокола. Но дальше он не поехал — шведы ждали, когда получат вести, что с Новгородом относительно его царства согласна вся Русь. Но осенью 1613 г. восстали против шведов жители Тихвинского посада, изгнали гарнизон и заняли оборону, причем поддержали их еще и посланные из Москвы дружины Пожарского. Такое самоуправство шведов возмутило, Новгород перешел под прямое управление шведской военной власти, Карлуша Филипп 16 января 1614г. Выборг покинул, и с лета 1614 г. со Швецией началась реальная война. Конец, которой положил только Столбовский (д. Столбово близ Тихвина) 9
марта 1617г.
мир,
по итогам которого новгородские земли разделялись. Русскому царству возвращали Великий Новгород и всю Новгородскую вотчину: Старую Руссу, Ладогу, Порхов, Гдов с уездами, а также Сумерскую волость (район озера Самро, ныне Сланцевский район Ленинградской области). А Шведскому королевству отходили русские города с православным населением: Ивангород, Ям, Копорье, крепости Корела (Кексгольм) и Орешек (Нотебург) со своими уездами, и вся Нева. И, кроме того, Москва отказывалась от претензий на Ливонию (на территории Латвии и Эстонии), Карельскую землю, и на 100 лет, до Петра I, теряла выход к Балтийскому морю.

Сигизмунд же после долгой осады русскими Смоленска, осенью 1616 г. решил переломить ситуацию и двинулся на Москву с целью водворения на престол против «узурпировавшего» его Романова прибывшего сюда в сентябре «законного царя» царства Русского Владислава IV. 8 октября была сдана Вязьма, и поляки с литовцами вплотную подошли к столице. В чем им немало способствовали и запорожские (чему на Украине «порошенки» очень порадовались бы) казаки во главе с гетманом Петром Сагайдачным, к Москве, захватив Ливны, Елец и ряд небольших крепостей, продвинувшиеся с юго-запада. В конце сентября 1618г. польско-литовское и запорожское войско у стен Москвы встретились, но, не имея времени на длительную осаду, 1 октября предприняли штурм, который был отбит. После чего поляки и литовцы разместились в районе Троице-Сергиевской лавры, а казаки в районе Калуги.

И вот в ситуации присутствия польско-литовской и шведской армий, истощенности от многолетней Смуты и войн, и внутренней нестабильности, русское правительство было вынуждено, чтобы хоть как-то передохнуть, согласиться с поляками хоть на какие-то, но мирные переговоры. Закончившиеся на крайне невыгодных для России условиях Деулинским (с. Деулино близ Троице-Сергиевского монастыря) 3 января 1619г. перемирием на 14,5 лет. Россия уступала Речи Посполитой все Смоленскую, Черниговскую и Северскую области с городами (всего около 30): Смоленск, Рославль, Дорогобуж, Белая, Серпейск, Путивль, Трубчевск, Новгорол-Северский, Чернигов, Монастырский с окрестными землями. А Речь Посполитая возвращала Руси только города Козельск, Вязьма, Мещовск, Мосальск взамен городов Почепа, Стародуб, Невель, Себеж, Красный и Поповая Гора с окрестными землями. Граница отодвигалась далеко на восток, проходя уже у Вязьмы, Ржева и Калуги, недалеко от Москвы; русский царь лишался титулов правителя ливонского, смоленского и черниговского, а Владислав IV сохранял право именоваться царем русским в официальных бумагах польско-литовского государства.

Так Столбовским миром со Швецией без выхода к Балтийскому морю и утратой огромных территорий на северо-западе, и Деулинским перемирием с Речью Посполитой, по которому Русь в границах возвращалась почти на 150 лет назад к временам Ивана III — со Временем Смуты в государстве Русском было закончено. Только такой ценой. И тем, что вернувшийся в июне 1619г. из Польши из «плена» в Москву ренегат Филарет цели своей, наконец, достиг. Занял патриарший престол с титулом великого государя и патриарха, тем самым как бы объединив в своих руках посты главы церкви и правителя государства. Верховная власть в буквальном смысле стала двуглавой даже юридически: в официальных документах упоминались сразу два государя: Михаил и Филарет, а фактически это была власть одного человека. Цель всей жизни Филарета сбылась, а Время Смуты кончилось.

Геннадий ТУРЕЦКИЙ

 

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *