Кто пишет «русскую» историю?

admin 2018, Статьи из газеты №19 (2018)

Мнение

Получив заказ царицы Елизаветы Петровны на сочинение истории России (для европейцев), философ Ж.-М.Вольтер одобрительно, но неосторожно брякнул, что великий государь Иван 4-й Васильевич освободил Русь от ига (1552 г.), тремя веками ранее наложенного на Нее монгольской Ордой. Рукопись встретила критический отзыв первого русского академического историка – М.В.Ломоносова, в частности, упомянувшего, что окончательно отменил выплату дани азиатам ещё его дед, веком прежде, а благоверный царь Иван Грозный не «освобождал от ига» страну, а напротив, сам возложил иго на татар! Не Москва стала улусом, а, напротив, Казань превратилась в Казанское воеводство, а затем в губернию, а Сарай был стерт с лица земли в дни Астраханского похода Ивана Васильевича.

Знал об этом Ломоносов хорошо: среди его источников была утраченная впоследствии рукопись старшей редакции «Казанской истории» (черновой вариант коей, писавшийся в конце 1552 г., передан Буслаевским списком), принадлежавшая царице Евдокии Лопухиной, доставшаяся ей из царской библиотеки. Но и Вольтеру, и Ломоносову, равно показалось бы дичью и нелепостью, заявленное недавним идеологом (министром пропаганды) Кремля – начальником А.Дугина и И.Гиркина («Стрелкова») Вл.Сурковым-Дудаевым: будто была «вестернизация легкомысленно начата Лжедмитрием (которым?) и решительно продолжена Петром 1-м», после «400-летнего» (т.е. от 1205 года) азиатского плавания, когда «…Русь отломилась от Азии и начала движение к Европе». Столь же дикими они б сочли высказывание критика Суркова-Дудаева, Дм.Кручинина, будто «…действительно, Россия вышла из Орды в административном смысле, переняв у нее определенный опыт и фрагменты культуры», – но, де, увы, «она до монголов уже была европейской», – а вот у Советского Союза «…евразийское …появилось! Взяв из Европы коммунистическую идею, СССР …выстроил нечто абсолютно новое по своему содержанию и по форме»: так возникла наднациональная и внерелигиозная объединяющая идея и общая этическая система на Евразийском материке» (как пересказывает статью Кручинина инженер Трубицин) [НП 10.05.18, с.4].

Не более правдоподобным счел бы измышления Суркова и Кручинина монарший историограф следующего века, попович родом и либерал по убеждениям (как свойственно выходцам из семинарского сословия), С.М.Соловьев. Увы (для Суркова и Кручинина), тогдашние историки знали хронологию: школьника, отнесшего существование Золотой Орды к 1205 году, они удостоили бы неуда сразу, не слушая дальнейшей пурги неисправимого двоечника.

Посмеялись бы над ним и историки живописи: видя на московских царях и вел.князьях не тюркские халаты, и не китайские облачения, а одеяния, мод и фасонов, запечатленных итальянской живописью 14 века, зная имена строителей главных башен Кремля (включая Спасскую) и кремлевских соборов…

Откуда же произошла псевдоисторическая идеология, полюбившаяся в СССР (вопреки даже И.В.Сталину!), цитируемая выше Сурковым и «корректируемая» (под видом критики) Кручининым и прочими деятелями «изборского» направления? Ответ окажется неожиданным. Корни «евразийской» идеологии окажутся – насквозь западными, причем весьма поздними, возникнув лишь в 19 веке. Это запечатлел в своих стихах соратник Кирилло-Мефодиевского братства – разгромленного служившим лично Николаю Павловичу Гольштейн-Готторпу (в отличие от чиновников-русских) немецким полицейским аппаратом Российской империи, украинский националист, известный революционный поэт и живописец Тарас Григорьевич Шевченко:

Скажет немец: вы монголы, дети Тамерлана,

Славных прадедов великих – правнуки поганы

В переводной литературе этот труд выполнялся известным «путешественником», потомком перешедшего на сторону французских революционеров аристократа Астольфом де Кюстином. «Научную» форму ему придал польский националист, создатель эмигрантского швейцарского музея ликвидированной Русскими штыками Ржечи Посполитой Франтишек Духиньский. От него эту доктрину воспринял небезызвестный в нашей стране классик Марксизма-Ленинизма – потомок раввинов и доктор немецкой идеалистической философии Карл Маркс. В нач. ХХ века, разрабатывая уже, собственно, «историю России», этот миф откристаллизовал немецкий иезуит Амман, «биограф» (с позволения сказать) Александра Невского. Именно им, кстати, рождено утверждение, будто тевтонов от Новгородской земли отбивали татаро-монголы, охотно повторяемое современными публицистами, однако, не названное НИ ОДНИМ источником.

Отвергаемая даже академической наукой (известной своею проституированностью) – эта доктрина нашла прибежище в позвоночном столбе коммунистической системы СССР: комитете государственной безопасности. В его идеологических подразделениях весьма гордились доступом к самым экзотическим, «оппортунистическим» сочинениям зарубежного происхождения – семью и семьюдесятью семью печатями оберегаемым от обычных советских граждан (включая и специалистов в отечественной истории). Гордились, и пользовались этой своей привилегией – без критики (ибо с отечественными источниками эти большевики были незнакомы) воспринимая сии зарубежные «научные» труды, уровня газетных измышлений времен Крымской войны.

Так возникали и формировались исторические представления А.Г.Дугина и А.Г.Невзорова, и не только их… В т.наз. «Центре им. Мейерхольда» в Москве ставится трехчастный спектакль «Истории Европы» (ближ.представление 20 мая). «…Посвящен важным европейским эпическим сюжетам. Все спектакли созданы в жанре сторителлинг», – гласит сайт театра (режиссер Ксения Зорина). В сериал входят представления «Греки: «Эдип»; «Медея»; «История о Зигфриде и Брунгильде» (по «Эдде», сага о Вельсунгах, похоже, осталась постановщице неизвестна…) и «Спасти Британию!» («История про Мерлина, короля Артура и рыцарей Круглого Стола»). Видимо, билеты раскупались плохо, и в 09-часовой программе «Эха Москвы» 13.05 постановщица рекламировала творение у самого замглавреда Сергея Бунтмана (с 1980 г. сотрудника французской редакции «Голоса Москвы»). Состав сериала потребовал обоснований (Рязань, Нижний, Казань, Астрахань, Тамань – они как бы тоже входят в границу Европы), и сотрудник советского иновещания мотивировал его безапелляционно, сославшись на труды «забытого» советского культуролога Ольги Фрейденберг. Сейчас ее имя, назойливо рекламируемое в «культурных» кругах, мало что говорит, а прежде это была знаменитая марристка – ученица и последовательница 5-го классика марксизма-ленинизма Н.Я.Марра, создателя «марксистского учения о языке» (чья персона занимала до 1950 г. положение, сравнимое с положением М.Н.Покровского до 1936 г.). Тем, кто сейчас воспринимает титулатуру коммунистического академика с улыбкой, напомним, что расправу над Н.И.Вавиловым, вопреки распространенным заблуждениям, организовали не лысенковцы, а как раз историки-марристы [см.: А.Формозов «Русские археологи в период тоталитаризма», б/м, 2004, с.с. 221-226].

Бунтман сообщил слушателям о работе О.М. Фрейденберг об определении границы Европы по литературно-фольклористическим материалам (правда, в своем сборнике ее трудов, 1998 г. издания, я работы не обнаружил), совпавшей со старой (до 1939 г.) советской границей. За этой чертой не встречается имени «Трыщана» – т.е., бытования «Истории о Тристане и Изольде». С помощью такого своеобразного «доказательства» – с полнейшею серьезностью  «доказывается», будто Российская империя восточнее Белостока и Бреста – это уже Азия! Мотивы использования именно такого аргумента (помимо отсутствия иных) можно понять: «греховная» плотская страсть оказывается (в добуржуазном обществе) довольно-таки мощным субъективным фактором, противостоящим деспотизму власть имущих. И проблема не в личном невежестве (заблуждении) учеников давно забытого троцкистско-ленинского «научного» идеолога, а в том, что оно отражает уровень исторического мышления сотрудников советского КГБ – доныне пишущих «русскую историю» и вырабатывающих для Кремля рекомендации по политическому планированию. Процитированный «аргумент» мастера из конторы глубокого бурения (иных в советском иновещании не держали) – был нелеп уже фактически. Сборник коллекции графа Рачинского (список 1580-х гг. с источника 1548 г.), открывающийся «Повестью о Трыщаане и Изоте» (сербского перевода староитальянской редакции 13 в.), сопровождаясь повестями о крале Марко, храбром Гвидоне, о крале Атилле Угорском, а завершаясь Летописцем Вел.Кн.Литовского 3-й редакции (доведенным до 1548 г.), писан кириллицей на старо-белорусском языке. Маргиналии (пометки на полях) сборника сообщают, что он принадлежал белорусским шляхтичам Униховским, землякам митрополита Алексия Бяконтова: их род происходил из Черниговско-Брянского княжества. Век спустя сборник перешел князьям Радзивилл, а к польскому графу попал лишь в 1830-х годах из библиотеки Виленской академии (видимо, после русско-польской войны 1831 г.) Вот и «старая советская граница»..! Ведущему художественной (как бы…) редакции осталась неведома народная баллада «Василий и Софья» (ее очень близко цитирует Александр Кочетков в своей «Балладе…») – древнерусская переработка еще более древнего сюжета «Сестра и братья-разбойники», записывавшаяся фольклористами, как на Украине, так и в Новгородской земле, иными словами, созданная еще в общерусские времена (выдавая знакомство создателя с сюжетом)…

«Исторические» идеологемы – создаются невеждами, служащими на Лубянке, подкрепляясь своим служебным положением, утверждая требования современного РФ-ского «…рабства дикого» (Пушкин) – ссылками на псевдоисторические соображения.

Р.Жданович

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!