Богатство, деньги и капитал

adminnewspb 2018, Статьи из газеты №13 (2018) 0 Comments

Резюме многочисленных рецептов «быстрого счастья» сводятся к сакраментальному утверждению: «Существуют законы богатства. И они не менее реальны, чем закон земного притяжения. И здесь – как на суде: незнание закона не освобождает от ответственности. Непонимание законов богатства не является оправданием бедности. Денег в мире много. Весь вопрос в том, как сделать, чтобы они были именно у вас».

В наиболее «продвинутых» пособиях по «философии успеха» и богатства утверждается, что богатство – отметина Бога и является неотъемлемой частью человека. Можно ли допустить, что Бог беден? Вероятно, нет. А все мы БОГИ по своей сути. Вопрос только в том, что мешает нам проявить себя Богом, раскрыть свое богатство в жизни. Надо «переписать» мысли в голове и «заставить работать Бога, который внутри нас».

Бог, согласно общепринятому определению, является сакральной персонификацией Абсолюта, наделяемой высшим разумом и сверхъестественным могуществом. Вся ветхозаветная история предстает как суровая и жестокая война поклонников единого Бога и золотого тельца, которого люди превращают в идола, превышающего достоинство самого Бога.

Изгоняя торгующих из храма, Христос* указывал на менял, которые под предлогом «нечистоты» римских монет предлагали обменять их на «священные шекели» по грабительскому курсу. Однако Христос выгонял менял из храма, но не из жизни вообще, ибо понимал необходимость товарно-денежных отношений. Нельзя только путать храм с обменным пунктом валюты.

Христианство не случайно в I веке н. э. пришло на смену идеологии атомизированного общества Древнего Рима и показало выход из искаженного состояния общественного сознания. Развращенная Римская империя нуждалась в спасении. В христианстве совмещалось преклонение перед власть предержащими, сочувствие маленькому человеку и вера в чудо.

Новая интернациональная религия угнетенных привлекала простотой восприятия и ритуала. Она сопровождала человека от рождения до последнего вздоха и осуждала богатство. Требуя милосердия и любви к ближнему, христианство вселяло в души несчастных надежду на лучшую жизнь по ту сторону бытия. Преследование христиан было непродуктивным, ибо принятие страданий за Господа считалось блаженством‒ мученики пользовались всеобщим почитанием и были в фаворе.

Великий объективный идеалист Г.В.Ф. Гегель полагал, что в христианстве произошло, наконец, примирение бога и человека, религия достигла самосознания. «Конечное сознание знает бог лишь постольку,

поскольку бог знает в нем себя; таким образом, бог есть дух, и именно дух своей общины, то есть тех, кто его почитает. Это – совершенная религия, понятие, ставшее для себя объективным. Здесь открылось, что такое бог; он больше не является чем-то потусторонним, неизвестным, ибо он возвестил людям, что он есть, и не просто во внешней истории, а в сознании. Итак, здесь мы имеем религию явления бога, поскольку бог знает себя в конечном духе. Бог совершенно открыт»©.

Однако Бог, создавая мир, не создал денег. Деньги придумал человек.

На протяжении веков и тысячелетий денежный вопрос привлекал «живой» интерес и возбуждал острые разногласия. К сожалению, в современной популярной и «околонаучной» литературе трудно найти что-нибудь членораздельное не только об общественном идеале, но и о денежной проблеме.

Эволюция денег синкретически связана с товарным производством и обращением. Особое место среди товарных денег занимали, прежде всего, такие «продовольственные» субстанции, как зерно и скот. В поэзии Гомера содержится упоминание о быках как мере стоимости в Древней Трое. Название «скот» достаточно долго носили деньги и в Древней Руси. Со скотом связано происхождение слова «капитал», первоначально означавшее в старогерманском языке богатство.

В исследованиях отца философии и воспитателя А. Македонского Аристотеля содержится анализ возникновения денег как всеобщего средства обмена. После своего рождения деньги быстро становятся самоцелью, порождая бесконечную, неудовлетворенную страсть к накоплению. Эту пагубную страсть Аристотель называет хрематистикой (от «сhremata»- деньги) и считает, что новая хозяйственная форма далека от собственно «экономики» (от греч. «ойкономия»– домоуправление) и нацелена на «получение прибыли». Она делает людей ненасытными.

Какова же объективная основа субъективных устремлений к бесконечному накоплению денег? Кто или что поддерживает эту страсть вопреки ее практической целесообразности? Ведь людям в конечном итоге нужны радости жизни за деньги, а не деньги сами по себе. В «Политике» Аристотель дает следующий ответ: «В основе этого направления лежит стремление к жизни вообще, но не к благой жизни; и так как эта жажда беспредельна, то и стремление к тем средствам, которые служат утолению этой жажды, также безгранично»©.

Особенно гипертрофированные формы накопление денег принимает в ростовщичестве. Величайший реформатор науки и большой взяточник- интриган Ф. Бэкон отмечал: «С одной стороны, следует подпилить зубы ростовщику, дабы ослабить его хватку; с другой– побудить денежных людей ссужать свои деньги купцам ради оживления торговли»©.

Ростовщичество появилось среди иудеев во время царствования Соломона – сына царя Давида. Разрастаясь, оно ослабляло государство– бедные евреи, попадая в долги, часто не могли из них выпутаться и согласно закону после шести лет неуплаты становились рабами взаимодавцев. В конечном

итоге жестокость и ростовщичество погубили иудейское государство и евреи превратились в диаспору. И побрели они по белу свету.

Какую бы форму деньги не принимали, их присутствие в конечном итоге необходимо в любой экономической системе. Без денег не было бы всеобщего эквивалента, необходимого для сравнения относительных затрат. Куски золота и серебра, округлившись в монеты, становятся самым важным из всех обмениваемых на рынке товаров, поскольку их легче всего обменять. С деньгами в культуру проникает интеллект, ибо человек научился сводить качество к количеству. Деньги воздают должное человеческому труду, делая возможным его измерение.

Как и почти все в этом мире, деньги сами по себе не нравственны и не безнравственны. Все зависит от того, какое применение найдет им человек и какие стороны и струны души в них отразятся.

Опираясь на труды своих великих предшественников (А. Смита и Д. Рикардо), К. Маркс обобщил большой объем эмпирического материала и показал, что «деньги пахнут»* ложью и кровью человеческой. Представляя собой всеобщий товар, деньги выдвигаются из мира «единичных» товаров и выражают их стоимость. Именно этот товар становится всеобщим эквивалентом.

Деньги – это специфический товар, в котором «снято» противоречие между обособленностью производителя и системой общественного разделения труда. Понятие «снятия» восходит к диалектической логике Гегеля. Для него «снятие» было одновременно отрицанием и удержанием положительного, сохранением в новом виде предшествующего противоречия.

Капитал (нем. «кapital», франц. «capital», первоначально – главное имущество, главная сумма, от лат. «capitalis»– главный) возникает на такой ступени развития товарного производства, когда рабочая сила пролетариата становится товаром. Пролетариат – слово латинское; им в античном Риме называли неимущих граждан, не владеющих никакими «активами», кроме «proles» –потомства. Точный перевод с латыни – «бедные размножающиеся».

Наемные рабочие безвозвратно меняют время на деньги. Капитал как совокупная отчужденная сила устанавливает свое господство над всеми сферами общественной жизни. Капитал становится субъектом, а люди объектом его власти. Капиталисты и богачи прекрасно понимают источники и рычаги своего благополучия, но тщательно их скрывают, поэтому их власть– «сила без славы». Добрая слава– сестра героизма, талантов и гениев.

Понятия «капитал» и «капитализм» относятся к числу явлений, динамизм и текучесть которых почти беспрецедентны. Ключевым доказательством «кровного» родства между всеми формами капитала– торгово- ростовщической, промышленной и глобальной– является частная собственность и «Я- центричное» мировоззрение. В главном труде своей жизни К. Маркс анализирует преимущественно промышленную форму данного понятия.

Каждый экземпляр рода Homo humanus становится просто товаром и счастье для него, если ему удается найти покупателя. Результат эксплуатации выступает в форме денег. Деньги в капиталистическом обществе всегда первичны и олицетворяют любую потребность. Они заключают в себе все многообразие мира и легко могут трансмутировать.

Особенность современных денег как «общей шлюхи человечества» (У. Шекспир) состоит в том, что они подчиняются собственным законам и заняты в конечном итоге только сами собой. Деньги меняют свою сущность и из средства становятся конечной целью.

В стране многостаночников и мешочников деньги из средства обмена превратились в абсолютную ценность. Все проплаченное становится разумным. Деньгами измеряется сила государств, правильность идеологии, степень успеха и важность человека как «меры всех вещей». Деньги как высшая ценность и есть БОГ современного общества и материализованная «американская мечта». В настоящее время эта «мечта» принимает форму глобального капитала.

Емельянов Сергей Алексеевич
доктор философских наук,
член Петровской Академии наук и искусств,
руководитель рабочей группы по культуре Координационного совета по Евразийской интеграции,
эксперт культурного фонда им. В.С. Суслова

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *