Я КРИЗИС-МЕНЕДЖЕР

admin Статьи из газеты №7 (2016) 0 Comments

16.02.2016

Беседовал А. Голубев
А. Голубев: Созданное вами движение «Новороссия» ещё существует?
И. Стрелков: Конечно, существует. Оно продолжает работать ни шатко ни валко, к сожалению, потому как экономический кризис и потеря медийного интереса к Донбассу отражаются на наших сборах и на активности людей. Но одну-две машины в месяц мы отправляем.

«В СЛУЧАЕ ПОПЫТКИ ПЕРЕВОРОТА НАШИ ВЛАСТИ САМОУСТРАНЯТСЯ»

А. Голубев: Для каких целей был создан «Комитет 25 января»?
И. Стрелков: Поскольку цели «Комитета 25 января» отличаются от целей движения «Новороссия», то это два совершенно разных проекта. При этом ОД «Новороссия» входит в Комитет, сохраняя свое лицо. Как курфюрст Ганновера одновременно являлся королем Великобритании, такая личная уния. Задачи «Комитета 25 января» достаточно просты. Мы создаем пожарную или авральную команду, поскольку все члены Комитета дают примерно одинаковый прогноз: в России возможно повторение украинской «революции гидности», причём в довольно короткие сроки — или уже в этом году или в 2017-м. Мы подозреваем, что в случае попытки переворота, в первую очередь дворцового, наши официальные власти самоустранятся, либо даже частично перейдут на другую сторону. Мы получим те же последствия, что на Украине, только в квадрате или в кубе. Отсюда простой вывод — если нам не нравится сценарий, который нас ждет при победе, условно, компаний Навального или Ходорковского, то мы должны предложить альтернативу. И не предложить, а именно создать, и начинать надо уже прямо сейчас, потому что у ультралибералов практически все готово, мобилизовано, есть свой постоянный актив, средства массовой информации, свои связи, свое финансирование, которого у нас нет и в помине. Нам все это надо создавать с нуля, и мы срочно кинулись этим заниматься.
«У НАС ЕСТЬ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СТАРТОВАЯ БАЗА»
А. Голубев: Есть поддержка бизнеса?

И. Стрелков: Никакой. На данный момент вообще ничего. В условной кассе «Комитета 25 января» нет ни копейки.
А. Голубев: Без ресурсов сложно создавать альтернативу.
И. Стрелков: Совсем без денег, наверно, ничего сделать невозможно, но без денег можно начать. У нас есть индивидуальный капитал, к нам пришли очень разные люди, популярные блогеры, лидеры общественных групп и движений, многие из которых пользуются значительным авторитетом как аналитики. Многие входят в топы «Живого журнала» или являются популярными в патриотической среде. У нас есть интеллектуальная стартовая база. Если сможем привлечь под неё ресурсы, значит, потенциал очень большой, не сможем — тогда некого будет винить, кроме самих себя.
А. Голубев: Ресурсы в вашем понимании — это условный Малофеев (Константин Малофеев, российский предприниматель — А.Г.), который будет давать деньги?

И. Стрелков: Вопреки всем домыслам, Малофеев никак не поддерживает и движение «Новороссия» с ноября 2014 года. Если он знает о существовании «Комитета 25 января», то только из того же Интернета или СМИ. Сейчас таких людей у нас нет, но мы надеемся, что они будут. К примеру, на Украине далеко не все состоятельные люди и высшие чиновники выиграли «революцию гидности». Значительная часть промышленности, ориентированной на Россию, просто оказалась обречена на уничтожение. Так же и в России — далеко не все чиновники, состоятельные или влиятельные люди выиграют от того, что страна окончательно превратится в сырьевой придаток Запада, причем уже на вполне идеологической основе. На них мы и рассчитываем. Надо же спасаться как-то: спасение утопающих — дело рук самих утопающих.
«Говорить о том, что мы формируем альтернативное правительство – это нескромно»
А. Голубев: «Комитет 25 января» — это какое-то альтернативное теневое правительство, временная власть на случай переходного периода или политическая партия?
И. Стрелков: Конечно же, не партия, потому что мы не ставим себе задачу бороться за политическую власть. Мы не собираемся участвовать ни в каких выборах. Говорить о том, что мы формируем какое-то альтернативное правительство – это, я считаю, сейчас просто нескромно с нашей стороны, потому что пока мы не вышли за рамки средней маргинальности, о нас практически никто не знает, у нас нет необходимых структур. Пока мы просто пытаемся создать некую площадку. На ней могут собраться те представители патриотического сообщества, которых не устраивает ни тупое охранительство и консервация всего, что есть сейчас, ни альтернатива условных Ходорковского, Навального и компании. Мы пытаемся сформировать третий путь. Единственное, что я точно могу сказать, — конечно, мы создаёмся для борьбы. Для того чтобы у нас не повторилась смена одной группы олигархов на другую.


«НЕ ДУМАЮ, ЧТО СМОГУ УСПЕШНО РУЛИТЬ ГОСУДАРСТВОМ»
А. Голубев: Как в этой системе себя позиционирует лично Игорь Стрелков?
И. Стрелков: Он намерен действовать так, как будут складываться обстоятельства. Единственное, что я могу сказать, что не готов возглавить ни правительство, ни страну по одной простой причине: я не обладаю такими амбициями и не думаю, что смогу успешно рулить такого рода структурой. Скорее я рассматриваю себя как технического исполнителя, цель которого — решать определенную задачу.

А. Голубев: Появление Комитета вызвало ассоциации с «Координационным советом оппозиции». В чем отличие?
И. Стрелков: Мы пытаемся сформировать совершенно другую повестку дня. Координационный совет оппозиции, как я понимаю, собирал всех вообще оппозиционеров действующей власти. Мы сознательно формируем команду, которая не противопоставляет себя действующей власти, подчеркивает холодный, прохладный нейтралитет к ней. Но не объединяется с теми, кто против этой власти сейчас открыто борется, пытается ее свергать. Я скажу так: мы точно не будем выступать против этой власти, если она не попытается передать власть, саму себя, в руки ультралибералам. И мы точно не войдем ни в какой союз с ультралибералами, ни при каких условиях, потому что у нас принципиально разные задачи. Нам нужна суверенная страна, суверенная Россия, а им нужен сырьевой придаток, управляемый теми людьми, от которых они зависят на Западе.
А. Голубев: Если власть окажется в руках Ходорковского, какими будут ваши действия?
И. Стрелков: Не готов сейчас ответить за нашу структуру. Будем надеяться, что это не произойдет. Собственно говоря, мы для этого и формируемся, чтобы не допустить такого сценария. Но за себя могу сказать, что при таком сценарии, если еще буду жив, то мне придется переходить на нелегальное положение. Поскольку в лучшем случае меня ожидает депортация в Гаагу, а в худшем – в Киев. Помните, как в анекдоте про пессимиста, оптимиста и реалиста. В реальности меня, скорее всего, никуда и не довезут, поэтому иллюзий у меня нет.
А. Голубев: Скоро парламентские выборы, и внесистемная оппозиция к ним готовится. Ваши действия осенью?
И. Стрелков: Мы ожидаем, что осенью либералы могут попытаться предпринять первую попытку захватить власть. С высокой вероятностью выборы у нас, в очередной раз, будут проведены по 146%-й схеме. Естественно, это вызовет обоснованное недовольство тех, кто в них будет участвовать. На фоне жесткого экономического кризиса, который будет выливаться в кризис социальный, протесты могут приобрести совершенно другой масштаб. К этому моменту, как мы считаем, наш Комитет, наша третья сила уже должна из себя что-то представлять. Тактика зависит от обстановки.
А. Голубев: Деятельность ваших структур не могла не заинтересовать компетентные органы. Не опасаетесь, что вас скоро пересажают?
И. Стрелков: Мне нечего бояться по одной простой причине: камикадзе, вылетевший в полет, не может вернуться на аэродром, он уже взлетел. С тех пор, как я перешел украинскую границу с отрядом 12 апреля 2014 года, у меня обратного хода нет, я свое отбоялся. Я иду в списке нон-грата Европейского союза, и в случае моей попытки выехать за пределы России я немедленно буду арестован по обвинению в терроризме. Бояться банального применения 282-й статьи просто смешно, согласитесь.
А. Голубев: Как вы сейчас относитесь к Владимиру Путину?
И. Стрелков: Путин сейчас идет по тому же пути, который до него прошли Николай II, Милошевич и Янукович. Он очень похож в своих действиях на каждого из перечисленных лиц. В этом смысле мое отношение к Путину не как к человеку, а как к государственному деятелю, очень критическое. Именно потому, что он губит не только самого себя, он губит страну, которая его выбрала. Я критикую в данном случае его политику, его действия, а не его самого. Другой легитимной фигуры у нас нет на данный момент, для всей страны он является единственной легитимной властью: для народа, для чиновничества, для армии, для Вооруженных Сил. Но это не значит, что надо бездумно смотреть на голого короля и расхваливать его одежду. В данном случае я, действительно, поступаю, как классический персонаж сказки Андерсена: я утверждаю, что король голый. Конечно, можно на этом основании объявлять меня врагом.
«УКРАИНА БУДЕТ ВОЕВАТЬ
В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ»
А. Голубев: Что сейчас происходит в самопровозглашённых республиках?
И. Стрелков: Иначе как бардак, я это охарактеризовать не могу. Два года они находились в подвешенном состоянии, являясь разменной монетой, которую очень хотели вернуть в обмен на некие преференции, в обмен на некий товар. Это привело к тому, что у власти оказались временщики, выбранные не по деловым или моральным качествам, а по принципу послушности. В результате у власти находятся самые низкие и морально нечистоплотные люди. Если во главе республики поставлены люди с явными криминальными наклонностями, все будет плохо. Если во главе республики стоят владельцы ларьков и мелкие торговцы куриным мясом, то вокруг будут одни мелкие торговцы и гопники. И атмосфера будет такая же.
А. Голубев: Что дальше?
И. Стрелков: Республики целиком и полностью зависят от Москвы, что, по-моему, уже просто является аксиомой. Если Москва решит поменять ситуацию в лучшую сторону, она может сделать это достаточно быстро. Если она менять ничего не будет, там все будет так же или еще хуже.
А. Голубев: Если вам сейчас позвонит Путин и спросит: как надо менять, Игорь Иванович?
И. Стрелков: Во-первых, не позвонит. Во-вторых, это настолько сложная проблема, что она не может рассматриваться отдельно от Украины. Пока Россия не решила, что она будет делать с Украиной в целом, пока она думает, как помириться с ней (что невозможно), нельзя и решить проблему республик. Надо смотреть правде в глаза, а правда такова, что Украина будет воевать в любом случае, не сегодня, так завтра. Мы будем скакать с одних грабель на другие. Мы будем менять «мински» как перчатки, мы будем получать обстрелы, будут гибнуть наши люди, будут тратиться огромные деньги, и все совершенно бесполезно, и больше того, во вред. То, что Порошенко не будет мириться, я знал еще 26 мая. Сейчас, спустя два года, мы наконец поняли, что он не собирается брать себе эти республики обратно в качестве троянского коня. Это — какие же государственные умы у нас занимаются Украиной… Я бы предложил Владимиру Владимировичу вспомнить слова Сталина: кадры решают все. Поставив во главе ситуации в республиках махинаторов и жуликов типа Суркова, вы получите махинаторов и жуликов до последнего дворника во власти. И они провалят все самые лучшие инициативы, разворуют любые деньги, которые вы выделите. Поменяйте кадры, и у вас будут нормальные, реализуемые предложения, вменяемая политика.
А. Голубев: Реализуемые предложения – это русский флаг над Киевом?
И. Стрелков: А другого варианта теперь уже нет. Любые другие варианты были возможны до официального воссоединения с Крымом. Либо русский флаг над Киевом, либо какой-то другой флаг, либо целиком дружественная Украина, с дружественным правительством, которое должно быть посажено любым способом. Или — бесконечная бодяга, война с бесполезной пустой тратой ресурсов и с постоянным усилением наших врагов.


«ДОНБАСС ДВА ГОДА СОБОЙ ЗАКРЫВАЕТ КРЫМ»
А. Голубев: В идеале крымскую историю надо было провернуть наподобие абхазской?
И. Стрелков: Нет, в идеале — над Киевом находится русский флаг, а Украина либо в составе России, либо союзное государство. А Крым в качестве очередного лимитрофа, что-то типа Приднестровья или Абхазии – это просто была бы возможность оставить открытой дверцу, не сжечь мосты через Непрядву на Куликовом поле. Этот вариант уже полностью отыгран, он никогда не может быть реализован повторно. Воссоединив Крым, Россия перешла Рубикон. Теперь надо или идти полностью до конца, до победы, до восстановления реального суверенитета, до восстановления большой России, либо рано или поздно все закончится позорной капитуляцией, полным разгромом.
А. Голубев: В своем обращении Комитет призвал российские власти выдать русские паспорта гражданам самопровозглашенных республик. Для чего?
И. Стрелков: Во-первых, люди, которые сейчас дезориентированы и деморализованы, поймут, что Россия их не бросит. Сейчас люди находятся в очень сложном психологическом положении, они не понимают, какое у них будущее, и не живут, а выживают. Когда люди поймут, что Россия их все равно защитит, хотя бы как своих граждан, они будут вести себя по-другому, и социальная, и экономическая обстановка сразу улучшится. Люди поймут, какие, в конце концов, у них будут законы, какие у них будут перспективы. Это поможет спокойно работать на территории России, не будучи в непонятном статусе гастарбайтеров. Это сразу принесет колоссальный эффект. В конце концов, мы просто обязаны так сделать, это наш моральный долг. Донбасс два года собой закрывает, извините, Крым и несет все издержки, люди гибнут, получают ранения, разрушается промышленность, разрушается быт. Я не знаю, есть ли у наших руководителей совесть, все со свечками стоят, крестятся, а с совестью, по-моему, там совсем плохо. Просто из соображений совести надо раздать российские паспорта, причем, не разбирая, кто за что выступал. А уже тем более это необходимо для ополченцев и их семей, которые сражаются, фактически, за Россию. Многие из них не только из Донбасса, а приехали в Донбасс сражаться из других регионов Украины, оставшись без всего. Наша славянская бригада на ¾ состояла из местных, в результате они не имеют никаких льгот на территории России. Они лишились домов, они лишились заработка, они лишились вообще всего. Я уж не говорю о тех, кто был искалечен и получил ранения. Это поразительно, но люди, которые сражались за Россию, в результате вынуждены ходить с трезубыми паспортами и не могут получить ни нормального медицинского обслуживания, ни обеспечения, ни социальной помощи. Нельзя одновременно молиться Богу и тут же плевать в лицо ближнему. Еще есть один аспект, который я хотел бы отметить. Если говорить о пророссийской Украине, выдача российских паспортов покажет, что Россия будет готова защищать своих, по крайне мере юридически.
А. Голубев: Этим людям придется платить деньги, пенсии.

И. Стрелков: Люди – это самое дорогое, что сейчас есть в России. У нас почему-то одновременно кричат о демографической проблеме и отбрыкиваются от тех же самых русских людей, таких же, как мы с вами, которые хотят работать в России. Люди, которые будут работать и платить налоги, они окупят все затраты на них. Я уже не говорю про то, что это верх цинизма — объяснять отказ от соотечественников экономическими причинами. Это как брата не пускать в дверь, голодного и избитого, только потому, что его надо кормить.
«ДИКТАТУРА НЕ ЯВЛЯЕТСЯ НОРМАЛЬНЫМ ИНСТРУМЕНТОМ ДЛЯ УПРАВЛЕНИЯ СТРАНОЙ»
А. Голубев: Вы известны как человек консервативных взглядов, христианских, однако в «Комитете 25 января» есть открытые сталинисты…
И. Стрелков: Я сразу вас перебью. Скажите, пожалуйста, когда вам надо откачивать воду из трюма, вы станете спрашивать вашего напарника за ручной помпой, он за большевиков или за коммунистов? Если он согласен качать вместе и не сачкует, а качает в полную силу, то до тех пор, пока мы не выкачаем воду до конца, я готов вообще не поднимать вопрос, кто он по своим взглядам и убеждениям.
А. Голубев: Разбираться потом будете?
И. Стрелков: Это естественно и нормально. Так же, как и в ополчении. Монархист, казак, коммунист, лимоновец, сутьвременец — их просто не спрашивали. Готов сражаться за Россию? Готов. Бери оружие, вставай в строй.
А. Голубев: Вы не общаетесь со СМИ, которые принято называть либеральными. Ваше отношение к свободе слова? Если вы будете у власти, что будет с «Дождём», «Новой газетой», «Эхом Москвы»?
И. Стрелков: Может быть, я с ними ничего не сделаю, но с некоторых товарищей очень хотелось бы спросить за заслуги по 1991 году, по поливанию грязью наших солдат во время Первой чеченской войны. Там же много работает таких ребят, которые прославляли Шамиля Басаева и остальных. Статьи Елены Масюк я читал еще там, когда находился на фронте. Думаю, с каждым надо разбираться индивидуально. В целом свобода слова должна, конечно, существовать. Но, пожалуй, не в переходный период, когда очень велика вероятность, что свобода слова будет использована в подрывных целях. Такое мое мнение. Диктатура не является нормальным инструментом для постоянного управления страной. Но в кризисной ситуации она необходима. Поэтому я полагаю, что свобода слова, как нормальное явление, в кризисной ситуации может подвергаться определенной цензуре и ограничению. Дальше я просто не заглядываю по одной простой причине: я человек кризисной ситуации, кризис-менеджер, если так можно выразиться на современном языке, и себя, честно сказать, на каких-то руководящих ролях за пределами этой кризисной ситуации просто не вижу. Это надо будет уже не меня спрашивать в случае чего.

ИГОРЬ СТРЕЛКОВ
http://novorossia.pro/

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *