ВЕРНУТЬСЯ К ПРЕЖНЕЙ СИСТЕМЕ ДЕЛЕНИЯ МУНИЦИПАЛИТЕТОВ ПО ЧИСЛУ РАЙОНОВ

admin Статьи из газеты №28 (2015) 0 Comments

Муниципальная власть в Петербурге не работает, и виной тому – изначально неправильное деление города на муниципалитеты. Так считает Михаил Горный, член партии «Яблоко», создатель политологического центра «Стратегия», преподаватель Высшей школы экономики и автор закона о территориальном делении, легшего в основу нынешней системы местного самоуправления в Петербурге. В интервью ЗАКС.Ру Горный рассказал, как закон был изменен до неузнаваемости и почему в такой ситуации муниципальная коррупция не является основной проблемой.

– Историю местного самоуправления в Петербурге обычно отсчитывают с 1998 года, когда состоялись первые выборы в муниципальные советы. Насколько это справедливо?

– Закон о местном самоуправлении в Петербурге действительно был принят в конце 1997 года, выборы состоялись в 1998-м, сформировалось 111 муниципалитетов. Вообще-то местное самоуправление – это о том, чтобы самостоятельно решать местные вопросы. Жители той территории, на которой эти вопросы возникают, самостоятельно или через избранные органы решают вопросы местного значения: здравоохранения, образования, социальной инфраструктуры, благоустройства. Но ведь ничего этого вообще нет в Санкт-Петербурге. Так что я не знаю, далеко или недалеко мы ушли от «идеалов» 1998 года. Я сейчас преподаю студентам муниципальную политику. И рассказываю им, что в российских городах федерального значения местного самоуправления нет.

– В чем основная проблема местного самоуправления в Петербурге?

– В делении территорий муниципалитетов. Здесь есть, конечно, политический аспект, но в основном это функциональное деление. Территория должна быть такая, чтобы хватало ресурсов на решение местных вопросов. А у нас так поделены эти территории, что никаких ресурсов там нет, нет инфраструктуры. Они слишком маленькие. Раньше управление было на уровне районов: по образованию было РОНО, по здравоохранению – райздрав, по соцобеспечению – райсобес. А на этих территориях ничего нет. Ну а если ничего нет – значит, они не могут исполнять свои функции. Если не могут исполнять свои функции – незачем им давать денег, незачем давать недвижимость.

– Это та самая ошибка, которая изначально была допущена при формировании МСУ в Петербурге?

– Ваш покорный слуга в 1996 году был автором закона о территориальном делении. Согласно тому закону, город был поделен на двадцать районов. А потом к этому закону внесли такие «легкие» поправки. И вместо двадцати районов стало 111 муниципалитетов.

– Почему так кардинально изменился закон?

– Отгадайте с трех раз, почему так получилось. Цель власти – власть! Никто просто так властью делиться не хочет. Созданные по такому принципу и в таком количестве муниципалитеты не являются угрозой и не составляют конкуренцию городской власти.

В 1995 году у нас был принят первый закон об общих принципах (ФЗ-131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ». – Прим. ЗАКС.Ру), и в этом законе было все правильно написано. Но Санкт-Петербург и Москва под него не подпадали, потому что иначе нарушалось бы единство управления городского хозяйства. Для Петербурга была принята поправка, согласно которой территории, предметы ведения, источники бюджета и объекты недвижимости определяются не федеральным законом, а законом города. С тех пор все и пошло.

– Вы как автор закона не смогли настоять на том, чтобы территория была поделена целесообразно?

– Я уже тогда не был депутатом (в 1990-1993 годах Михаил Горный был депутатом Ленсовета, председателем комиссии по местному самоуправлению, членом президиума, членом малого совета. – Прим. ЗАКС.Ру), мне тяжело было настоять.

– Что могло бы сделать петербургское местное самоуправление эффективным?

– На мой взгляд, надо возвращаться к районному территориальному устройству. Есть территории, на которых есть вся инфраструктура: это административные районы. Там имеются администрации, но нет представительных органов. Их надо избрать, вот и все. Но это вовсе не вопрос муниципалитетов. Это вопрос государственной политики на уровне региона. И он, в свою очередь, упирается в очень большие интересы всяческих элит. Так что я не думаю, что в ближайшее время что-то поменяется. Но есть и вторая проблема. Вы, наверно, не замечали на улицах демонстраций, где бы народ требовал: «Верните нам самоуправление!». Не было такого никогда. Людям совершенно все равно, к сожалению, кто им обеспечивает порядок на улицах, крышу над головой и колбасу в магазине.

– Может быть, у людей в России просто нет опыта самоуправления, они не в курсе, каким эффективным оно может быть?

– А зачем им быть в курсе? Я уже грубо обрисовал, что им нужно. Обеспечиваются эти потребности? Более или менее обеспечиваются. То, что местные власти сделали бы это более эффективно, – я глубоко убежден. Но городские власти это тоже обеспечивают.

– Насколько серьезной является проблема коррупции на муниципальном уровне?

– Коррупция, конечно, есть – как и везде. Но весь совокупный бюджет всех 111 муниципальных образований составляет примерно один процент консолидированного бюджета Санкт-Петербурга. Имеет ли смысл дальше продолжать говорить об объеме коррупции на местном уровне? Обращаю внимание, что в мое время этот бюджет составлял 17-20 процентов.

– Значит ли это, что деятельность таких организаций, как, например, «Муниципальная пила», не имеет большого смысла?

– Мы с ними как раз плотно сотрудничаем. Помимо всего прочего, я занимаюсь еще и проблемами противодействия коррупции силами гражданского общества. Пусть делают свое дело, они молодцы. Они ребята очень толковые. Но как только они замахиваются на городские проблемы, им сразу «перекрывают кислород», не дают информации. А там – больше 99 процентов бюджета.

– Было возбуждено несколько уголовных дел, касающихся коррупционных преступлений в муниципалитетах: в Острове Декабристов, в Георгиевском. Но обычно наказания по таким делам никто не несет. Почему так происходит?

– А надо, чтобы уголовных дел было много? Мне кажется, надо смотреть немножко повыше, на уровне города. Там тоже есть достаточно громкие дела, например, «трубное дело». Почему-то они все быстро глохнут.

Но я еще раз говорю: проблема не в этом. Проблема в том, что местное самоуправление не востребовано. Мне кажется, что оно нужно. А тем, кто принимает решения, так не кажется.

– Имеет ли смысл вести просветительскую работу среди жителей, чтобы они поняли, что им это нужно?

– Нужно терпение. Не только просвещение, но и вовлечение их в политический цикл, в процесс принятия решений. Когда человек в это вовлечен, он несет ответственность за последствия, изменяется политическая культура. Ему начинает быть интересно, как что устроено, как можно это поменять.

– Когда вы говорите о вовлечении, вы подразумеваете инициативу сверху, от властей?

– Со всех сторон: и сверху, и снизу. Если будет давление снизу, то и сверху инициатива появится. Во власти же тоже не круглые дураки и все-таки что-то делают.

– Отличаются ли петербургские муниципалитеты друг от друга степенью самостоятельности?

– Те муниципалитеты, которые находятся вне городской черты, – города-пригороды – имеют куда больше полномочий, чем внутригородские округа. Потому что они оказывают существенно меньшее влияние на городскую политику, и поэтому им больше позволяют региональные власти. Но речь все равно не идет о влиянии населения. Местного сообщества у нас, к сожалению, нет ни во внутригородских округах, ни в городах-пригородах.

В мое время на территории города было 172 КОСа – комитета общественного самоуправления. И там действительно были люди, которых можно назвать местным сообществом, которые ставили проблемы и пытались их самостоятельно решать. Сейчас у нас таких КОСов нет.

– Часто говорят, что у нас «карманные» советы, которые ничего не решают сами. Где больше простора для коррупции – при таких советах или при реальной демократии?

– Я уже сказал, что речь идет менее чем об одном проценте бюджета. Наверно, больше возможностей для коррупции в «карманных» советах. Они у нас практически все «карманные».

– Имеет ли смысл оппозиционерам участвовать в муниципальных выборах, если удается пройти в лучшем случае одному-двум «независимым» кандидатам?

– Между прочим, у нас есть еще такое МО Автово – там «наши» люди, там хорошо (совет МО Автово полностью состоит из депутатов от оппозиционных партий, преимущественно – от «Справедливой России» и считается оппозиционным городскому правительству. – Прим. ЗАКС.Ру). Так что смысл есть. Вы начинаете участвовать в процессе принятия решений, начинаете интересоваться, как власть устроена.

– Например, в Морских воротах таких двух депутатов – Сергея Виниченко и Даниила Кена – устраняют от участия в принятии решений, не зовут на заседания. Как с этим бороться?

– Кто им может запретить участвовать в заседаниях? Это уже нарушение закона. Надо добывать информацию и участвовать в заседаниях. Но об этом хорошо говорить мне. Я сижу на диване, а там надо бегать.

    

МИХАИЛ ГОРНЫЙ,

Новости муниципальных округов 15 июня,

Беседовала Мария Смирнова

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *