«НО ЕСЛИ КОГДА-НИБУДЬ В ЭТОЙ СТРАНЕ…»

admin Статьи из газеты №2 (2015) 0 Comments

«НО ЕСЛИ КОГДА-НИБУДЬ В ЭТОЙ СТРАНЕ…»

 

12.01.2015 г. после неудачной операции по пересадке костного мозга, проведенной в Рождественские каникулы 30.12, в лейпцигской клинике скончалась н.а. СССР, Герой Социалистического труда, лауреат Ленинской и Государственной премий Елена Васильевна Образцова. Сердце актрисы остановилось в 13 часов по московскому времени.

 

Елена Образцова была первой, после Федора Шаляпина, артисткой из России, вошедшей в ряд мировых оперных звезд. Она пела в Большом и Мариинском театрах, Лиссео и Ла Скала, Гранд-опера и Ковент-Гарден, Метрополитен-опера и Опера Сан-Франциско — с М.Френи, Р.Скотто, Ф.Барбьери, М.Кабалье, И.Котрубас, Д.Сазерленд, А.Краусом, П.Доминго, Л.Паваротти, Х.Каррерасом, Н.Гяуровым, К.Бергонци, Д.Арагалем, под управлением крупнейших оперных дирижёров — К.-М.Джуллини, Г. ф.Караяна, Р.Мути, Л.Маазеля, К.Аббадо, К.Клайбера, Д.Левайна [http://www.obraztsova.org/elena_obraztsova_ru.html].

 

…Русский оперный театр, достигший вершины к сер. ХХ в., обладал национальными чертами, разделившими его с материнским – греческим и западноевропейским театром. Особенность вкусов московитов, считавших академическое (церковное) теноровое пение, эталонное для Востока, как и «Запада», не вполне приличным, назначая ведущей — басовую партию, уже 400 лет назад подмечал дьякон Павел Алеппский. Когда сложился театр светский, так же оказалось с женскими голосами – в храмовое пение не допускавшимися, и лицом русской вокальной школы — в отличье от римских колоратурных див — стали меццо-сопрано. Эти подробности — сегодня обычно пропускаемые — в прошлом, когда искусства не отделялись от быта, в конечном счете, передавали мировоззренческие и бытийные глубины! Когда Корсаков, спросив Островского о половой принадлежности персонажа «Масленица», получает ответ, что без разницы, он вменяет ему басовую партию, введя сразу трех ведущих басов (Мороз, Бермята, Масленица) – все мужеские партии персонажей-«медиаторов». Ныне же, когда театры (секулярные церкви) превратились в элитные гей-клубы, не обращается внимания на особенности русских опер – непонятные на фоне средиземноморского шаблона: что не только герой Сусанин, но и герои-любовники Руслан и Фарлаф это басы, что венценосцы князь Игорь и царь Борис, напротив, до Шаляпина определялись баритонами. Что Ване, Ратмиру и даже девочке Кончаковне авторами вменялся контральтовый тембр, а Лелю — тоже «медиатору» трансцендентного мира — и вовсе альт (а скопец Звездочет, напротив, не сопрано, а альтовый тенор…). Свидетельства дьякона Павла и практика русских композиторов отрицают идею «духовных» скреп Русской цивилизации – оказывающуюся самой, что ни на есть, безродно-космополитической идеей.

 

Звукозапись сохранила голоса Софьи Преображенской, Брониславы Златогоровой, Надежды Обуховой, Марии Максаковой… Последней из тех певиц (концертирующих), что приняли в 2-й\2 ХХ в. эстафету великих предшественниц, была — Е.В.Образцова. Ленинградка, еще студентка консерватории, известна она стала в 1963 году, принятая сразу в Большой театр на роль Марины Мнишек — в постановке «Бориса Годунова» редакции Римского-Корсакова, где партия, для бенефиса сопрано Юлии Платоновой в 1872 г. вписанная Мусоргским в лишенное по авторскому замыслу женских ролей либретто, была переписана в меццо-сопрановую (тембрально отвечавшую образу соблазнительницы). История роли указывается намеренно, расцвечивая масштаб успеха, достигнутого солисткой БТ в 1975 г., когда спектакль, игравшийся на гастролях в Штатах, был прерван из-за оваций публики — заставившей артистку, вопреки «сквозному» построению драмы, бисировать пять раз.

 

В том же году, в 100-ю годовщину исполнения оперы, в Испании Образцова была признана лучшей Кармен 100-летия.

 


 

Цитируем балетмейстера Аллу Сигалову: «Это абсолютная оперная дива, оперная певица номер один. Она рано стала знаменитой, еще с Конкурса Чайковского <1970 г.>. Для меня это был идеал русской оперной певицы, актрисы. Обладая фантастическими вокальными данными, Образцова была эталонной актрисой». — Балетмейстер считает, что образы, созданные ею на сцене, «настолько яркие, мощные, объемные, что сложно кого-либо поставить рядом с Еленой Образцовой». По словам Сигаловой, есть люди, которые обладают великолепным голосом, а кто-то — техникой, а в этой певице сочеталось сразу все. «Я считаю ее очень эффектной женщиной, талант, которым она насыщала все, что делала на сцене, делал ее очень манкой», — добавила хореограф» (Интерфакс).

 

Обладая «тёмным» голосом огромного диапазона, в сравнении с твердым, скрепленным металлическими нотами голосом Ирины Архиповой — другой ведущей меццо-сопрано БТ, — Образцова была идеальной актрисой русской оперы. Не случайно, среди опер П.И.Чайковского, прославилась она в «Пиковой даме» — создававшейся композитором в традициях «Могучей кучки», переиграв в ней все меццовые и контральтовые партии (Гувернантки, Полины\Миловзора, Графини). Образцовой сыграны Кончаковна («Князь Игорь»), Любаша («Царская невеста»), Любава («Садко»), Марфа («Хованщина»), Бабуля («Игрок»), Фрося («Семен Котко»), Элен и княжна Марья («Война и мир»), Иокаста («Царь Эдип»), Женька Камелькова («А зори здесь тихие») и мн.др.

 

Тем значимей выводы актрисы о судьбе отечественной музыкальной драмы — волею посторонних «режиссеров» достигшей теперь пророчествовавшегося в «Роковых яйцах» М.А.Булгаковым (где в постановке «Хованщины» обрушиваются цирковые трапеции с голыми боярами…)

 

Из интервью Е.В.Образцовой журналу «Элита общества», 2004 г.:

ЭО: Ваш рецепт вечной молодости?

— Любовь и интерес к жизни. Старость — это когда интерес пропадает. Я очень счастливый человек, я состоялась и как женщина и как актриса, спасибо Господу за это. Я счастлива что светит солнце, что есть вода, небо, деревья, зверюшки, мои друзья, искусство, музыка, литература, живопись. Надо жить спонтанно, открываться всему новому. Поэтому, когда мне предложили петь джаз, я с радостью согласилась. И теперь очень люблю эту музыку. Но для поддержания себя в форме нужна еще и дисциплина… Конечно, нужно постоянно следить, чтобы не простудиться, не есть острой пищи, чтобы не раздражать горло. Я все время на диете. Не признаю певиц, которые выходят на сцену как шкафы. Есть стереотип, что оперные певицы должны быть крупные. Такие певицы сами поддерживают это расхожее мнение, мотивируя тем, что вес им нужен для опоры дыхания. Но это не так. Дело в том, что на спектакле теряется огромное количество энергии, и после пения, во время которого задействованы чуть ли не все мышцы, очень хочется есть. Вот они и едят, не останавливаясь. Потому они такие толстые. Я всегда советую певицам обмануть свой организм и вместо того, чтобы есть, — много пить. После этого есть не так хочется. Оперная певица тратит энергии, калорий не меньше, чем балерина

 

«Деловому Петербургу», 2010 г.:

…ДП: Считается, что в области точных наук и машиностроения Россия отстала от остального мира навсегда. А в музыке?

— Нет. В свое время у нас были очень хорошие певцы, которые выходили на международный уровень. И сейчас такие певцы есть: Нетребко, Хворостовский, Чернов, Галузин. Много певцов, которые занимают очень большое положение в мире оперы. А то, что они выступают на Западе, а не здесь, — это вина нашего правительства, которое не понимает, что нужно платить деньги оперным певцам, чтобы они пели здесь. Нас-то при советской власти заставляли тут петь, потому что мы везде пели бесплатно. Те большие гонорары, которые мы получали за рубежом, мы все отдавали. Нормально, что люди, которые хотят заработать, поют на Западе, потому что здесь ничего не платят.

 

ДП: Насколько современен репертуар российских оперных театров?

— Репертуар очень узок, плохие режиссеры, неважные дирижеры. Я думаю, что люди, которые уезжают на Запад — я их нисколько не виню — они едут не только за деньгами, но и за тем, чтобы проникнуться западной культурой. По моему мнению, хорошая оперная режиссура — это когда не надо петь вверх ногами и забираться на дерево, чтобы спеть «Евгения Онегина». Исторические костюмы — это очень важно. Я считаю, то, что сейчас делается в опере, — преступление против оперы. Это все равно, что пририсовывать какие-то детали к классическим картинам. Это дикость. Если хочется что-то осовременить, пусть напишут современную оперу, и ставят, как хотят. Все это идет от бездарности, от бескультурья. Современные ребята очень мало читают, мало знают, мало видят, мало ездят. Надо познать мир, чтобы стать дирижером. Сейчас в опере отвратительно все идет и в Германии, и в Испании. Во многих театрах какие-то современные выверты.

 

…ДП: Вы с высоты своего жизненного опыта понимаете, почему в России все складывается не самым удачным для человека образом? Жизнь труднее, талантам сложнее найти дорогу…

— Талантам сейчас полегче, потому что нет советской власти, которая разрешала людям уезжать только на 3 месяца. То, что мы сделали какие-то карьеры, это всё — вопреки. Почему у нас плохо? Потому что работать люди не могут. Нет рабочих мест, много заводов стоят. Это не только у нас. Очень плохо в Греции, Испании. Я знаю, потому что бываю. Никто не в состоянии объять необъятное, и наши руководители не могут. Как я понимаю, у Сталина в Советском Союзе так мудро было сделано, что все республики делали что-то свое. Один кусочек турбины в одной республике, другой — в другой. Когда Союз рухнул, распалась вся промышленность, вот и все. До сих пор все это не могут собрать. Это время принято сейчас хаять, но в Советском Союзе было много хорошего, мы были великой державой. Но это вопрос-то не к певице… Знаете, мешают очень чиновники. Когда хочется сделать что-нибудь быстро и хорошо, то они очень мешают. У меня есть очень много предложений, но даже мне сложно встретиться с большими людьми в нашем государстве. Чиновники просто лежат на пути, и невозможно встретиться. Это очень печально.

 

ДП: Некоторые деятели культуры называют чиновников бесами у власти…

— Бесами? Да, наверное. Их очень много, и они очень бездарны. А бездарности всегда вместе. Таланты — одиночки, вместе они не бывают, поэтому бездарности всегда сильнее, чем одаренные люди (http://www.dp.ru/a/2015/01/12/Elena_Obrazcova_S_pjati/).

 

«Российская газета», октябрь 2014 г.: «…Сегодня пошла тенденция ставить оперы с какой-то идиотической, кретинской режиссурой, специально, чтобы шокировать людей. Что делать в такой ситуации? Не участвовать! Был случай, прилетела я в Италию петь «Кармен», на репетиции вышел Эскамильо в красных трусах и стал изображать из себя боксера. Я не поняла этот великий художественный замысел и в этот же день улетела домой. Не так давно в Большом театре детей приводили на сказку Пушкина «Руслан и Людмила». Во время действа артисты стали имитировать во всей физиологической красе любовь. Деткам прикрывали ладонью глазки и уводили со спектакля. Это все просто ужасно. Другого слова нет» (http://www.rg.ru/2014/10/28/obrazcova.html).

 


 

В начале этого века Е.В.Образцова заказала скульптору Петру Шапиро бюст Анны Ахматовой, любимой своей поэтессы. Памятник был ею подарен городу и перевезен, с немалыми хлопотами, в Петербург. Установка предполагалась на Шпалерной улице — против Большого Дома, она была согласована хозяевами здания.

 

Тогда – еще не стало известно, ныне выявленное сотрудником РНБ и «Мемориала» А.А.Разумовым, место расстрелов осужденных в 1930-х – 1940-х гг.: пересыльная тюрьма на ул.Лебедева; ленинградская молва предполагала, что казни вершились в комплексе зданий политической полиции, воздвигнутом в 1932 г. Ноем Троцким, чей маленький изолятор слабо ассоциировался с тюремной функцией эпохи ускоренной «карательной практики» – с содержанием большого числа арестованных (переполнявших тюрьмы в 1937 г.). И размещение скромного памятника поэту, многие дни проведшей в тюремных очередях, в тесном проулке у огромного здания исполнителей репрессий, казалось неоправданным и неуместным – когда за Невой, пусть на удалении от престижного городского центра, обращенные к набережной, высятся Кресты. На мой недоуменный вопрос, Е.В.Образцова мгновенно ответила: Нет, Ахматова стояла в тюремной очереди не у Крестов, а именно здесь, возле следственного изолятора УНКВД, где содержался (до рассмотрения дела тройкой и отправки на пересылку) Лев Гумилев, именно об этом месте гласили ее катакомбные стихи:

 

…Там, где стояла я триста часов

И где для меня не открыли засов.

 

Оно подразумевалось Ахматовой! Размеры архитектурной доминанты, неумолимо высившейся над хрупким бюстом, отвечали художественному замыслу памятника.

 

Прошло более 10 лет. Правление Петербургом неунывающего комсомольского руководителя В.И.Матвиенко не способствовало почтению памяти «некорректных» петербуржцев. И установка памятника, где бы то ни было, городскими властями согласована так и не была. Вместо него, на наб.Робеспьера, где уже смотрел на прохожих своим страшным ликом революционный сфинкс работы М.Шемякина, был поставлен памятник Ахматовой, тоже дареный меценатами, работы скульптора Додоновой. В 2014 г. исполнилось 125 лет Ахматовой А.А.. Дар Елены Васильевны Петербургу, не найдя места на улицах города, видимо, доныне – не глядя, что н.а. СССР в марте подписала обращение деятелей культуры, поддерживавших Путина В.В., — хранится в Культурном центре Образцовой…

 

Р.ЖДАНОВИЧ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *