«ОСЕННЯЯ СИМФОНИЯ»

admin Статьи из газеты №50 (2014) 0 Comments

«ОСЕННЯЯ СИМФОНИЯ»

С наступлением ветреного и дождливого ноября большинство петербуржцев, кутаясь в шарфы и носовые платки, грустит и готовится к «спячке». Кто-то даже проклинает выбранный для жизни климат. А вот участникам международного фестиваля русского искусства «Петербургская осень» приближающиеся холода только в радость: для исполнителей это время блеснуть, для композиторов – вынести на суд слушателя плоды целого года работы.

О ПУСТОТЕ И О ВЕРЕ

Фестиваль прошел в культурной столице в тринадцатый раз. Но раз уж капризная погода музыкантов не напугала, то уж приметы и подавно: завершилась «Петербургская осень» целым каскадом премьер и блестящих выступлений.

Первыми Зеркальный зал Дворца князей Белосельских-Белозерских заполнили звуки кларнета. А серию премьер открыло «Концертино» Николая Хотунцова. Повинуясь воле композитора и мастерству Александра Майстренко, кларнет пел то нежно, то воинственно.

С поддержкой Международного народного симфонического оркестра «Таврический» под управлением Михаила Голикова разнообразие стало контрастом: маршеобразные эпизоды сменялись лирическими. Но мелодичный кларнет, который мгновение назад бился в истерике и словно сражался с бушующим оркестром, звучал надломлено и опустошенно, напоминая человека, пережившего страшное.

Майстренко сменила сопрано Надежда Дробышевская. А камерный оркестр погрузился в светлую грусть «Успения» пера Дмитрия Стефановича. В совершенно другой манере и другим составом, но исполнители словно развивали тему, заявленную в начале концерта. Только теперь, после опустошения, по залу разлился свет.

Сначала слушатель погрузился в атмосферу щемящей грусти. Но накал возрастал. И вот, когда оркестр уже ревел, все внезапно обрушилось к первоначальному. А на этом светлом фоне вступила сопрано.

– В качестве текста Стефанович использовал фрагменты канонического Жития Марии и псалтырь, – пояснили организаторы фестиваля.

Завершилось «Успение» хвалой непорочности Богородицы.

ПРЕВРАЩЕНИЯ «СУЛИКО»

Но следующая премьера, а уж тем более после своего предшественника, выбила почву из-под ног зрителей: со сцены бойко зазвучала песня в лучших традициях советского прошлого, почти «Сулико». Произведение, на миг введшее публику в ступор, – Концерт №3 Михаила Журавлева. За роялем солировал московский виртуоз Алексей Чернов.

– Тема сочинена мною, цитат там нет, – рассказал композитор Михаил Журавлев. – Писал я этот концерт недолго, но вынашивал все двадцать лет. Сначала, пытаясь объединить несколько разных материалов, хотел создать классический трехчастный концерт. И несколько раз даже доходил до финала, но всякий раз одна часть забивала другую, а вместе они не склеивались. В итоге получились три разных произведения.

Мелодия преобразуется в вариациях и обогащается. Долгое время торжествует мажор. Но, дойдя до критической точки, музыкальный механизм переключается: с подачи клавишного солиста, конструкция начинает рушиться. Сначала уходит безапелляционный мажор. А вскоре от темы остаются одни обрывки и гармоническая канва, по которой только и можно ее узнать.

К концу концерта тему не узнать: из советской песенки она превратилась в нечто, достойное зрелого романтизма. Тем временем слушатель доведен сквозным развитием и вариациями, которые лишь отдаленно напоминают начальную мелодию, практически до истерики. Поэтому кульминационное возвращение уже такой знакомой оптимистичной мелодии воспринимается как «аллилуйя».

– Единственным желанием, которое можно выразить словами, было написать позитивную праздничную музыку, – объяснил автор. – Да, поддал в серединке немного драматизма. Но это как щепотка горечи в сладком салате: только обогащает вкус.

В ЧЕТЫРЕХ ПОСВЯЩЕНИЯХ

Духовые умолкли, а сценой на время завладели струнные. Композитор Игорь Флейшер посвятил свое сочинение памяти пианиста Игоря Урьяша, который скончался в феврале этого года. И хотя причиной гибели музыканта назвали сердечную недостаточность, посвящение ему предстало перед публикой под названием «Музыкальное приношение».

Солировали двое — грустная скрипка заслуженного артиста России Александра Шустина и сдержанно вздыхающая — Юлии Томиловой. Однако по-настоящему рыдала вся струнная братия. Не удивительно, что, полное красоты, произведение создавало в зале гнетущую атмосферу и ощущение безысходности.

Совершенно в ином ключе подхватил тему посвящений Алексей Чернов, представший перед зрителем теперь как композитор. В первой части своей «Симфонии в трех посвящениях» он запечатлел имя композитора Юрий Буцко, высоко оценившего и ободрившего молодого музыканта в его первых опытах. Полифоническое полотно развивалось по принципу Знаменного распева, ведь «адресат» полностью погружен в музыкальную красоту православного обряда.

Вторая часть посвящена композиторам-экспрессионистам. Всю ее сложили яркие звуковые пятна и сплели обломки мелодий, нанизанные на надсадный сигнал то ли Скорой помощи, то ли полицейской машины. На гармоническом уровне то и дело возникает нечто общее с оперой Альбана Берга «Воццек», притом что цитаты нет ни одной. Единственное узнаваемое заимствование – эпизод из Симфонии №4 Шостаковича: нарастание звучности на одном аккорде через паузу от пианиссимо литавр до тутти.

Финал отдает дань памяти Малера.

– Немного в другом варианте его уже исполняли на прошлогодней «Петербургской осени» как самостоятельную пьесу, «Альпийский ноктюрн», – отметили в оргкомитете фестиваля.

Прямых цитат, как и в предыдущих частях симфонии, здесь нет. Но, используя малеровские оркестровую логику и гармонию, автор умудрился не только передать всю красоту творений выдающегося австрийца, но и получить ее квинтэссенцию. Музыкальные события развертываются куда быстрее, чем в «оригинале». И за несколько минут слушатель переживает почти такие же сильные эмоции, как и после знакомства с бескрайними полотнами Малера.

МУЗЫКАЛЬНЫЙ НОЯБРЬ

Единственными «непремьерами» финального концерта фестиваля стали два произведения. Одно из них – «Интермеццо» Мусоргского, который в этом году отмечает свое 175-летие.

– Мы приготовили для Модеста Петровича небольшой подарок: откопали одно из самых редко исполняемых его произведений, – пояснили организаторы фестиваля. – В контексте окружения эта пьеса выглядела вполне современно. Впрочем, Мусоргский актуален всегда.

Последним номером уходящей осени стала «Сербская хора» Михаила Журавлева. Солировала сопрано Зоя Журавлева. Но окрасить концерт в «пятнистый» политический оттенок умысла не было: это молодое произведение очень яркое и динамичное, поэтому как нельзя лучше подходит для блестящего финала.

Музыканты встретили холода мужественно, не пытаясь согреться «Ай, да я!» или перформансами вместо музыки. А переполненные эмоциями благодарные зрители попрощались с «Осенью» до следующего ноября и разошлись: у кого-то в голове играла «оптимистическая», у кого-то звучали слова молитвы.

 
 

АННА ПОСЛЯНОВА

 
 

— 

 
 

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *