ЧТО БЫЛО БЫ, ЕСЛИ БЫ ВТОРУЮ СТОЛИЦУ СДАЛИ?

admin Статьи из газеты №5 (2014) 0 Comments

Опрос с антиисторической формулировкой «Нужно ли было сдать Ленинград, чтобы сберечь сотни тысяч жизней?», запущенный либерастами с канала «Дождь» аккурат к 70-летию снятия блокады, ещё раз подтвердил известную формулу: «Либерализм — это невежество». (За аксиому взято ничем не обоснованное утверждение, что, если бы город был сдан немцам, эти сотни тысяч жизней были бы спасены.) Между тем, научно поставленный вопрос — «Что было бы, если бы Ленинград сдали немцам и финнам?» — разобрал историк, бывший главный редактор газеты «Лимонка» Алексей Волынец в биографии возглавлявшего город в те годы Андрея Жданова, вышедшей в серии «Жизнь замечательных людей». Предлагаем этот отрывок вниманию читателей «АПН Северо-Запад».

…Здесь мы подходим ещё к одному «разоблачительному» мифу, косвенно бьющему по Жданову – якобы Ленинграду было лучше капитулировать и не переживать ужасов голодной блокады. Некоторым категориям современных граждан, действительно, близки призывы «расслабиться и получать удовольствие» пока их имеют. Но рассмотрим, к чему тогда могло привести город буквальное следование такому совету.

Для начала приведём несколько цитат, свидетельствующих о вполне деловых планах на будущее города наших добрых германских и финских соседей.

Вот Франц Гальдер, начальник штаба командования Сухопутных войск Германии, 8 июля 1941 года пишет в своем дневнике: «Непоколебимо решение фюрера сравнять Москву и Ленинград с землёй, чтобы полностью избавиться от населения этих городов, которое в противном случае мы потом будем вынуждены кормить в течение зимы» (Гальдер Ф. «Военный дневник» Пер. с нем., том 3, книга 1. М., 1971 г., стр. 101)

А вот его подчинённый Альфред Йодль, начальник оперативного отдела командования Сухопутных войск, 7 октября 1941 г. сообщает генерал-фельдмаршалу Вальтеру фон Браухичу: «Капитуляция Ленинграда, а позже и Москвы не должна быть принята даже в том случае, если она была бы предложена противником… Нельзя кормить их население за счёт германской родины…»

Вот уже сам партайгеноссе Гитлер 16 сентября 1941 года вещает в беседе с бригаденфюрером СС Отто Абецом, немецким послом в занятом германскими войсками Париже: «Ядовитое гнездо Петербург, из которого так долго азиатский яд источался в Балтийское море, должен исчезнуть с лица земли… Азиаты и большевики должны быть изгнаны из Европы, период 250-летнего азиатства должен быть закончен» (Фролов М. И. «Адольф Гитлер: «Ядовитое гнездо Петербург… должен исчезнуть с лица Земли»» // Военно-исторический журнал. 2001 г, №9, стр. 26)

Как видим, художник-акварелист куда более романтичен, чем приземлённые солдафоны Гальдер и Йодль.

Вот отрывок из еще одной директивы от 23 сентября 1941 года «Die Zukunft der Stadt Petersburg»: «Фюрер решил стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России нет никакого интереса для дальнейшего существования этого большого населенного пункта… Финляндия точно также заявила о своей незаинтересованности в дальнейшем существовании города непосредственно у ее новой границы» («Документы об оккупационной политике фашистской Германии на территории СССР (1941-1944 гг.)» М. 1968 г, стр. 298)

Финские соседи, действительно, недвусмысленно выразили эту свою незаинтересованность. 11 сентября 1941 года президент Финляндии Ристо Хейкки Рюти заявил немецкому посланнику: «Ленинград надо ликвидировать, как крупный город» (Барышников Н. И. «Блокада Ленинграда и Финляндия. 1941-1945». СПб.; Хельсинки, 2002 г., стр. 20).

Позднее товарищ Жданов прямо в Финляндии посадит господина Рюти как военного преступника на 10 лет, в том числе и за эти слова. После смерти Жданова подельник Гитлера по блокаде Рюти будет тут же амнистирован…

Может быть, все эти вполне тянущие на подготовку геноцида людоедские цитаты всего лишь просто слова, громко сказанные в разгар войны, типа эренбурговского «убей немца»? Не будем повторять, что всё это вполне деловые высказывания и документы официальных высших руководителей двух государств – посмотрим уже не на слова, а на конкретные дела.

Никакой крупный город, тем более мегаполис не может существовать без систематического снабжения хотя бы продовольствием (не говоря уже об иных видах снабжения – топливом, электричеством и т.п.) Даже если не проводить целенаправленный геноцид, а просто разрушить системы такого снабжения и не заниматься их восстановлением, то любой крупный город будет обречен на вымирание в течение года-двух. Население начнет разбредаться по ближним и дальним сёлам, чтобы как-то кормиться впроголодь. Часть сумеет влачить такое существование на грани, честь будет неизбежно и массово умирать. Здесь чем крупнее город и выше концентрация населения, тем трагичнее его судьба.

Достаточно посмотреть на ситуацию с населением трёх крупнейших по численности городов СССР, захваченных немцами в 1941 г. В Киеве население на начало войны было около миллиона – в конце 1943 г. население уменьшилось в пять раз, менее 200 тысяч. В Харькове за три года оккупации население уменьшилось с примерно 800 тысяч человек до 190 тысяч. В Минске к лету 1944 г. население города сократилось более чем в пять раз и составило едва 50 тысяч человек из 270 тысяч жителей в 1941 г. А ведь австрийский художник не высказывался по поводу этих населённых пунктов…

Лишь часть населения крупных городов в условиях оккупации сумела самостоятельно прокормиться по деревням «натуральным хозяйством». Значительная часть городских жителей, в отсутствие всякой блокады, в течении двух-трёх лет оккупации умерла от недоедания, вызванных им и военной разрухой болезней. Соотношение умерших и выживших в этих городах получается не менее, даже более страшным, чем в осаждённом голодающем Ленинграде. При этом заметим, что Минск был относительно небольшим городом, а почти миллионные Киев и Харьков находятся на территории чернозёмной Украины с достаточно развитым и щедрым сельским хозяйством.

Теперь представим в такой ситуации трёхмиллионный мегаполис Петербург-Ленинград, к тому же расположенный на северо-западе России с весьма проблемным земледелием, где и без блокады, просто в условиях войны и немецкой власти на оккупированных территориях царили голод с массовой смертностью. Это Париж мог быть объявлен «открытым городом», немцы милостиво разрешили побеждённым французам сохранить свои муниципальные и государственные структуры, богатые колонии и даже армию (только эта армия дисциплинированно передала немцам все тяжелые и осадные орудия, которые три года использовались для артобстрела блокадного Ленинграда). В России такой «либерализм» Гитлером не предусматривался.

С учётом приведённых выше раскладов, понятно, что никакой разумной альтернативы у стойкой обороны «второй столицы» не было – захват или капитуляция неминуемо влекли ещё большие человеческие жертвы. Это не говоря уже о политических и военных последствиях падения Ленинграда — слом фронта на всем северо-западе России, от Мурманска до Москвы, что делало поражение нашей страны в той войне практически неизбежным.

Отсюда и проистекала необходимость обороны города буквально «любой ценой», ибо цена поражения крыла всё и всех. Отсюда происходит, в том числе, и эта находящаяся вне морали мирного времени система распределения пайков в осаждённом голодающем городе. Логика тотальной войны была безжалостной — без иерархии норм снабжения, если бы ключевые для обороны города лица (высшее руководство, командование, лётчики и т.п.) так же умирали от голода, итогом был бы развал ленинградского фронта и гибель в оккупации подавляющего большинства городского населения.

АЛЕКСЕЙ ВОЛЫНЕЦ

http://www.apn-spb.ru/publications/article15669.htm

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *