АДВОКАТЫ ДОКАЗЫВАЮТ ЗАКОННОСТЬ СВОИХ ДЕЙСТВИЙ

admin Статьи из газеты №25 (2014) 0 Comments

АДВОКАТЫ ДОКАЗЫВАЮТ ЗАКОННОСТЬ СВОИХ ДЕЙСТВИЙ

 

В номерах 15, 21, 23 и 24 за 15 – 19 июня мы следили за развитием ситуации с нарушением прав адвокатов в процессе по делу Барсукова (Кумарина) со стороны Генеральной прокуратуры и Следственного Комитета, 18 апреля разместивших на своих официальных сайтах объявления о начале доследственной проверки «по факту» фальсификации доказательств стороной защиты в деле о покушении на владельца Петербургского нефтяного терминала Сергея Васильева. В прошлом номере один из адвокатов Барсукова рассказал нам о результатах экспертного исследования весьма характерных аудиозаписей разговоров Вячеслава Энеева, содержание которых немного приоткрыло завесу над механизмами работы с 2007 года выездных бригад СКР в Петербурге по делам Барсукова (Кумарина). 5 июня коллегия присяжных двумя третями голосов признала Барсукова невиновным в организации покушения на Сергея Васильева, и во вторник 24 июня Петербургский городской суд вынес в отношении Барсукова, Дрокова и Меркулова по данному делу оправдательный приговор. Однако, за свою добросовестную работу его адвокаты с 18 апреля все еще остаются «под прицелом» обвинителей – о результатах публично объявленной проверки ни Генпрокуратура, ни СКР с 18 апреля пока что ничего не пояснили. Продолжая следить за развитием этой ситуации, я вновь побеседовал с одним из адвокатов Барсукова – Константином Кузьминых.

 

Константин Сергеевич, появилась ли какая-либо новая информация об уже третий месяц как публично объявленной Генпрокуратурой и СКР проверке «факта фальсификации» доказательств? Есть ли результаты подачи вами заявлений в Тверской и Преображенский районные суды Москвы об оспаривании публичных объявлений властей, порочащих профессиональную репутацию адвокатов?

 

Официально ничего так и нет. Единственное, что Преображенский райсуд 19 мая передал жалобу на рассмотрение в Басманный. Со своей стороны, на прошлой неделе направили акты экспертных исследований аудиозаписей разговоров Энеева в СКР, прокуратуру Петербурга, Тверской и Басманный суды Москвы, и эти акты туда уже поступили. Теперь везде могут быть вполне уверены, что разговоры Энеева подлинные. Раньше уже говорил Вам, что лично с моей точки зрения, защита прав адвокатов в данном процессе – компетенция не районных судов Москвы, а именно нашего Петербургского городского суда, который и должен был еще с апреля месяца обеспечить право адвокатов, которые в этом суде работают в процессе, на судебную защиту от явно необоснованных действий стороны обвинения. Задержку же во всех упомянутых Вами производствах отчасти связываю с тем, что до 24 июня ожидался приговор суда по делу Барсукова. Теперь он оглашен и в районные суды Москвы по нашим жалобам будет сразу же направлен с ходатайством об ускорении судопроизводства.

 

В соответствии с вердиктом присяжных 24 июня суд огласил приговор, которым оправдал Барсукова (и двух других обвиняемых – Дрокова и Меркулова) за недоказанностью причастности к покушению на Сергея Васильева. Этим же приговором за оправданными признано право на реабилитацию. В этой связи не могу не поздравить с адвокатским успехом.

 

Оправдательный приговор по данному делу связан не столько с работой адвокатов, хотя мы старались, сколько с невнятностью обвинения и представленных прокуратурой доказательств. 24 июня после оглашения приговора многие СМИ сообщили об этом с подтекстом об обоснованности, но слабой доказанности этого обвинения. Но я бы сказал, что в данном случае отсутствие у прокуратуры внятных доказательств было закономерно, потому что Барсуков никогда не готовил никаких покушений на Сергея Васильева – эта версия следствия была изначально ошибочна.

 

В отношении Барсукова, как мы знаем, расследуется несколько уголовных дел. Насколько значим приговор по этому делу во всем процессе уголовного преследования Барсукова с августа 2007 года?

 

Весьма значим, и вот почему. Наверное, уже мало кто помнит, что Барсуков был задержан в августе 2007 г. выездной бригадой СК с привлечением примерно 300 сотрудников вспомогательных сил. Правда, не в закрытой комнате казино «Золотая страна» на Владимирском проспекте, как об этом говорил в своем интервью журналистам Генеральный прокурор Ю. Чайка, отвечая на их вопрос, зачем к задержанию привлекали МЧС, а у себя на даче в Сестрорецке. При этом вопреки утверждению Генерального прокурора, никаких железных дверей для «вскрытия Барсукова» ломать не пришлось. Задержание вообще прошло без каких-либо эксцессов. Подготовка же была начата в Москве за несколько месяцев до августа 2007 г. в условиях сугубой секретности от правоохранительных органов Петербурга. Именно в тот период дело о покушении на убийство Сергея Васильева было изъято Генпрокуратурой из производства следствия прокуратуры Петербурга. 16 июня 2007 г. была создана специальная оперативная группа МВД, практически сразу же выехавшая в Петербург для взаимодействия с уже находившимися там выездными бригадами СК. 30 июня 2007 г. Генпрокуратура поручила прокурору Петербурга обеспечить надлежащую работу государственных обвинителей по предполагаемым к возбуждению в отношении Барсукова делам. А 23 августа 2007 года Барсуков был фактически задержан, причем именно по делу о покушении на Сергея Васильева, по которому впервые и был арестован в Петроградском районном суде, и суд тогда в связи с доставкой туда Барсукова сразу же был окружен спецназом (для обеспечения безопасности, чтобы Барсукова из суда не украли). Барсуков ни раз отмечал, что именно в тот период он регулярно с двумя охранниками посещал прокуратуру Петербурга, и ничто не препятствовало задержать его там силами нескольких оперативников, а не путем разработки секретной операции с привлечением 300 прибывших спецсамолетом из Москвы правоохранителей. Именно так задерживали того же Дрокова – силами двух – тех оперативников. Просто с самого начала общественности было указано на огромную опасность, которую правоохранители из Москвы видят в Барсукове. Вы спросите, зачем? Ответ очевиден – затем, чтобы изумить общественность силой и значимостью начатой против Барсукова работы. Больше незачем.

 

То есть, уголовное преследование Барсукова было начато не в связи с рейдерскими захватами предприятий, а именно по делу о покушении на Сергея Васильева? А предприятия когда появились?

 

До задержания Барсукова по делам о рейдерских захватах был задержан ряд лиц, некоторые из которых имели с Барсуковым контакты. Но даже в 2007 году нельзя было не понимать, что с доказыванием причастности Барсукова к действиям уже задержанных за рейдерство лиц будут проблемы. Дело в том, что если Барсуков и имел возможность знать о чьих то незаконных действиях (Шенгелия, Старостин, Асташко и другие), это еще не значит, что эти действия осуществлялись по его указанию или в его интересах. На тот период Барсуков был уже весьма состоятельным человеком, в Петербурге пользовался весомым авторитетом. И на начало 2000-х годов он был уже отнюдь не молодой человек, в конце 90-х пережил покушение, чуть не стоившее ему жизни. То есть сугубой необходимости «становления в Петербурге» путем организации или участия в тех или иных преступлениях у Барсукова не было. После 90-х он уже годы как серьезно занимался благотворительностью, общественными мероприятиями, помощью православным монастырям и храмам, стал, и до сих пор остается, глубоко верующим человеком.

Другое дело, наш Петербург – второй по значению в стране город, «Северная Столица». Понятно, что криминальные процессы в городе никогда не останавливаются. И задача правоохранительных органов – отслеживать их динамику, чтобы эффективно эти процессы ограничивать, а не в том, чтобы связать все установленное ими в городе зло с одним единственным человеком из 90-х, с Барсуковым.

Но в 2007 году решили иначе. Конечно, красиво отрапортовать, что все раскрытые нами преступления были совершены особо влиятельным «тамбовским» преступным сообществом под руководством Барсукова – Кумарина. То есть, мы как бы одним выездом из Москвы обезвредили в Петербурге мафию, и город на Неве может спать спокойно. Но это не так. Это всего лишь нарисованная картинка, искусственно созданная иллюзия эффективности правоохранительной работы. И иллюзия эта объективно вредна.

Дело в том, что в отличии от станицы Кущевской, которую, как установил СКР, контролировало «Цапковское» ОПГ, Петербург – высоко развитый многомиллионный город федерального значения, где переплетены интересы весьма многочисленных и влиятельных групп, не просто имеющих некие связи, а прямо входящих в органы власти и крупный бизнес. С начала 2000 годов немало представителей Петербурга вообще перешло на руководящую работу в Москву, и это уже власть не в городе, а в огромной стране. Поэтому в Петербурге никогда не было и не будет, чтобы какая-то группировка контролировала бы весь город. Кто может «держать в страхе» людей, которые владеют миллиардами активов и участвуют в управлении государством? Криминальные группировки в городе были, есть и будут, но они никогда не контролировали и не смогут контролировать Петербург – у города своя жизнь, а у группировок – своя. Могут быть конкретные объекты интереса криминальных группировок, причем у каждой свои. Между группировками, причастными к криминалу лицами есть еще отношения, но никакой «вертикали криминальной власти» на практике не существует. Сама психология криминальной личности не предполагает стремления работать в чьем-то подчинении – и это азбука криминологии. То есть преступления склонны совершать люди, желающие получить все и сразу, и не желающие работать в зависимости от кого бы то ни было. Поэтому голословно писать в обвинении о том, что один дал указание, а другой пошел его выполнять – это очень неубедительно.

Барсукова впервые назвали в СМИ «ночной губернатор Петербурга» лишь незадолго до его задержания. «Ночной губернатор» — это только звучит красиво, но что за этими словами стоит? Губернаторы Петербурга – Матвиенко, Полтавченко – ночью разве не работают? Кстати, за все время осуществления защиты Барсукова (с 2009 года) ни в одном деле ни разу не видел показаний о том, чтобы Барсуков хоть раз встречался с руководством Петербурга по вопросам городского значения, хотя бы в смысле своего «ночного губернаторства». Важно и то, что за все эти годы СКР нам так и не представил никаких убедительных данных о том, как Барсуков осуществлял руководство какими-либо группами. Во всех делах с 2007 года фигурируют одни и те же лица, и число их так и не превысило 10. Например, в 2012 году было забавно слышать полученные следствием СК от Дрокова показания о том, что у Барсукова в подчинении якобы были группы по 100 – 150 лиц с автоматами. Чего стоят такие «показания», если за 7 лет работы следствия по делам Барсукова нам показали только два ржавых автомата, которые Михалевы оставили на месте покушения на Сергея Васильева и рассказали присяжным подробную картину, как их подсудимые месяцами искали. Кстати, именно Дроков в суде рассказал, как у него обманом следствие получало показания, в том числе о «группах в 100 – 150 автоматчиков». Причем любой эксперт по организованной преступности мог бы сказать, что вооруженных автоматами групп такой численности в Петербурге никогда не было.

Дело в том, что «тамбовская мафия», которую активно «рекламирует» СК, в том виде, как ее пытаются представить, никогда не существовала. Просто в городе в разные годы действовали те или иные криминальные группировки, но не с «единым центром управления», а преследующие именно свои конкретные, а иной раз даже противоположные, цели. И когда членов этих группировок стала задерживать выездная бригада СК, все, кто мог, стали показывать пальцем на Барсукова. А следователи СК вместо полноценного расследования конкретных преступлений, совершенных уже задержанными лицами, стали активно оформлять с ними соглашения с целью создать раскрытую ими мафию под руководством Барсукова – Кумарина. При этом не учли ключевой признак «мафии», преступной организации — объединение всех группировок и их членов единой целью и наличие устойчивой координации их деятельности. И раз уж речь идет именно о мафии, за все эти годы даже за явные оговоры Барсукова никто не пострадал. На суде бывший руководитель оперативной группы МВД по делам Барсукова прямо сказал – никаких проблем в их работе (угрозы, попытки воздействия) за все эти годы никогда не было. А ведь на сегодня уже нет почти никого, кто бы не дал какие-нибудь показаний против Барсукова.

Но из всех собранных СК показаний мы так и не можем сложить внятную картину конкретного периода жизни Барсукова, в который он бы осуществлял руководство «мафией в Петербурге». Если бы кто-то стал писать сценарий кино о «руководителе мафии Барсукове» по материалам дел выездной бригады СК, у него получился бы подробный рассказ о жизнедеятельности разных лиц, где основной герой (Барсуков) был бы появляющимся на несколько минут в кадре персонажем. И зритель затем, должен был бы додумывать, что все подробное и интересное, что ему потом показывают, связанно именно с минутными появлениями в кадре Барсукова, и что Барсуков мог быть заинтересован во всем, что покажут потом. Поэтому дело о покушении на Сергея Васильева здесь весьма показательно – «зритель», то есть присяжные, из предложенного обвинением «сценария» не понял, что авторы хотели ему сказать конкретно о Барсукове.

 

Не так давно на официальном сайте СКР было сообщение, что дело о «тамбовском» ОПС продолжают расследовать. А почему так долго?

 

Потому что убедительно сложить единую картину статьи 210 УК (преступное сообщество) не выходит. Обвинение по статье 210 УК мы читали – это целый том. В нем написано про 13 эпизодов захватов или попыток захватов предприятий. Но читая этот текст, невольно ловишь себя на мысли: а где тут конкретно о деятельности преступного сообщества, мафии, и о том, как именно эту деятельность контролирует и организует Барсуков? Из самого доброго отношения к следствию, я бы предложил им хотя бы самим себе нарисовать сценарий фильма, посмотрев который зритель бы убедился, как именно Барсуков в обозначенный следствием период системно руководил мафией. К примеру, в свое время в Калужской области за год правоохранители раскрыли более 100 организованных преступных сообществ, занимающихся наркотиками – такая была опубликована статистика. Но в Калуге плантаций мака или куста коки нет. Откуда более 100 сообществ за год именно в Калуге? Просто практика дел по статье 210 УК в том, что под ее диспозицию можно подводить что угодно. И поэтому дела о сообществах иной раз не проходят даже в профессиональных судах.

 

По делу о покушении на Сергея Васильева присяжные вынесли оправдательный вердикт из отсутствия конкретики о действиях Барсукова и других?

 

Как и по всем другим делам Барсукова, конкретно о нем было лишь то, что он примерно в ноябре 2005 года сам для себя решил убить Васильева, после чего сразу встретился с Меркуловым, но указание дал Тюрину, который затем пошел его выполнять. И про Барсукова на этом по существу все. Отсюда один из государственных обвинителей в конце своего выступления так и просила присяжных – примите справедливое решение, чтобы наш город не был поделен на сектора, потому что, дескать, я сама в таком поделенном на сектора городе жить не хочу! Посовещавшись более 6 часов, присяжные справедливое решение приняли. Но оно оказалось не тем, что требовалось стороне обвинения. Барсукова оправдали.

 

Но ведь в суде были допрошены киллеры Михалевы. Они же сказали, что слышали про Кумарина. Их когда задержала выездная бригада СКР?

 

Выездная бригада СК их не устанавливала и не задерживала. Михалевы были задержаны до них – еще в начале октября 2006 года, когда дело о покушении на Васильева расследовалось следователями прокуратуры Петербурга. Тогда же их возили в Петербург на опознание очевидцами, и один из Михалевых был опознан. А потом Михалевых отправили обратно в Рязань, но не потому, что не собирались расследовать дело, а потому что в Рязани в отношении них другое дело велось. И ничего Михалевы ни о каком Кумарине или «ночном губернаторе» тогда не упоминали. В 2007 году дело о покушении на Васильева было передано в следствие Генпрокуратуры. В августе 2007 года именно по этому делу был задержан и заключен под стражу Барсуков. 14 марта 2008 г. Михалевых привезли в Петербург, где оперативные сотрудники выездной бригады предложили им написать явки с повинной, пояснив, что это их «последний шанс». Они отказались, и 18 марта в ходе конвоирования были избиты так, что их следственный изолятор не хотел принимать. Вот, можете почитать рукописное объяснение одного из братьев Михалевых об этих событиях и справку медсанчасти СИЗО о том, что после этого конвоирования на следственное действие Михалев в камере содержаться не может ввиду слишком многочисленных травм – обширные кровоподтеки, закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение мозга и т.д., выявленных у него по прибытию в СИЗО со следственных действий. Михалев так и пишет в этом своем заявлении: … не мог самостоятельно встать… после возвращения из санчасти в камеру, освободили от дежурства по камере и разрешили не выходить на проверку… А затем, пишет Михалев, к нему опять пришел оперативный сотрудник выездной бригады СК – МВД и вновь пояснил, что выхода у них, кроме явки с повинной, нет, и в ближайшее время их опять повезут на «следственное действие». Однако, видимо из-за огласки факта избиения, уже 1 апреля 2008 г. Михалевы оказались в тюремной больнице города Рязани, и были вновь этапированы в Петербург уже ближе к началу лета, когда все зажило.

Поэтому сравнение работы следствия прокуратуры Петербурга и выездной бригады СК здесь в том, что и те, и другие привозили Михалевых в Петербург из Рязани и возвращали их обратно в Рязань. Только петербургское следствие провело их опознание, а следствие Генпрокуратуры не понятно, что провело, но из Петербурга в Рязань Михалев приехал не в СИЗО, а в тюремную больницу.

Подробные показания о своем участии в убийстве Васильева Михалевы начали впервые давать только в июне 2008 года. Но Барсуков – Кумарин из этих показаний никак внятно не возникал. Просто в конце этих показаний Олег Михалев сказал, что в ходе подготовки ими убийства они впервые услышали, что это «тема усатого», и для себя они как бы поняли, что речь идет о Кумарине, потому что Кумарин носит усы. На следующий день его брат Андрей дал те же самые показания, по тексту – один в один с показаниями своего брата – то есть подписал уже составленный заранее протокол.

А потом, в 2011 году, были обсуждения Вячеслава Энеева и Олега Михалева о когда то ранее достигнутых между ними договоренностях о выплатах денег за показания в суде против Барсукова (Кумарина) и других. Теперь факт этих разговоров считаем надлежаще доказанным вопреки стойкому нежеланию Генпрокуратуры и СКР верить в него.

Но когда возникли эти договоренности Энеева с Михалевыми? Энеев до декабря 2008 г. содержался под стражей, после чего был отпущен на подписку, а затем в апреле 2010 года был осужден в особом порядке за вымогательство у владельцев ТЦ «Елизаровский». Разговоры Энеева с Михалевым о деньгах за показания против Барсукова датированы сентябрем 2011 года – за месяц до суда над ними в особом порядке.

Государственный обвинитель от Генпрокуратуры резонно заметила, что если бы Михалевы получили такие, как она сказала, «денжища», они бы дали против Барсукова совсем иные, в смысле прямые, показания. А по факту даже в суде в 2014 году показания Михалевых о Кумарине не сильно отличались от их первоначальных показаний – как были, так и остались невнятными – «усатый», «губернатор», «слышали», «подумали», «поняли для себя» и т.д.

Но в представленных суду в апреле этого года разговорах Энеева с Олегом Михалевым четко видно:

 

Из актов экспертного исследования 1197 и 1199 / 15 от 10.06.14 г. (голос и речь принадлежат Вячеславу Энееву и Олегу Михалеву):

 

Энеев: да, и это самое, скажи, вот смотри, если ты вот будешь выступать, эээ, кому деньги передать, пятьсот тыщ?

Михалев О.: я тебе это, как его, пошлю щас, хочешь, это, как его… или завтра сообщение с этой, с … номером счета сестры.

Энеев: Сестры, да, это самое? А, и п… прямо щас (и мо)… давай продиктуй мне. Или ты за…

Михалев О.: не, ну щас я… это, ка кбы не продиктую. Я тебе завтра сообщение пришлю, давай?

 

Затем по представленным суду 11 апреля 2014 г. материалам идет сообщение на телефон Энеева от Михалева с номером счета сестры, и есть разговор, где Михалев еще и диктует Энееву номер этого счета.

 

17 сентября 2011 г. – на следующий день после передачи Олегом Михалевым Энееву номера счета своей сестры для перевода денег, в 20 часов – есть сообщение Энеева Михалеву Олегу: «Братан деньги дома от души!».

 

Но через месяц – 13 октября 2011 года – есть разговор Энгеева с Олегом Михалевым от 13 октября 2011 года такого характера:

 

Энеев: Ааа… да, Олег, ну просто пока там немножко отменяется пока ситуация.

Михалев О.: ага.

Энеев: Операция «Ы» отменяется. Я тебе… ну, если что, я тебе наберу позже. Хорошо, а? Так отменяется то, что мы думали….

Михалев О.: по любому, это, как бы, если начнет она опять, эта ситуация, ты мне заранее, только это скажи, че там как.

Энеев: Давай. Хорошо. Хорошо, Олег, давай…

 

Сейчас, при доследственной проверке, важно понять не только, был или не был факт перечисления денег Энеевым на счет Михалевым, но и когда был сам факт договоренностей о даче показаний против Барсукова, и какие конкретно показания Михалевым предлагалось дать. Из записей четко видно, что договоренность между Энеевым и Олегом Михалевым об оплате их показаний против Барсукова в любом случае была. Общение Энеева с находящимся в СИЗО Олегом Михалевым было достаточно интенсивным, и вопросы они могли обсуждать самые разные. Отсюда, доследственная проверка должна будет сказать, что за «операция «Ы» 13 октября 2011 года была отменена Энеевым в разговоре с Олегом Михалевым, и если под ней подразумевался более развернутый оговор Михалевыми Барсукова, то в чем конкретном состоял план этой «операции», а также полный круг участников ее разработки.

По ряду изученных нами документов, мы можем предположить, что дату получения Энеевым 2 миллионов долларов от потерпевшего за показания против Барсукова надо искать либо в период с апреля по декабрь 2010 года, либо (см. выше смс-сообщение Энеева Михалеву) это было 16 – 17 сентября 2011 года – «Братан деньги дома от души!». Кстати, нельзя исключить, что Михалевы в итоге из этих 2 миллионов долларов от Энеева ничего не получили вообще, и поэтому дополнения про «усатого» и «губернатора», в смысле как бы про Кумарина, в их протоколах от июня 2008 года так и остались «штрихами». Но не будем забывать о факте их жестокого избиения в марте 2008 года и обещания оперативников избитому Андрею Михалеву о дальнейшем продолжении «следственных действий» с его участием.

В представленных суду записях разговоров Энеева, после их подробного изучения, не видно таких его разговоров с Олегом Михалевым, где бы Михалев конкретно сказал, что он точно знает, что деньги Энеев ему перечислил. У нас, адвокатов, нет права проверять счет в Сбербанке – Сбербанк на такой запрос информацию не предоставит. Но эта возможность есть у СКР. И если поступление денег на этот счет сестры Михалевых с сентября 2011 года не подтвердится, в рамках проверки все равно следует понять, получил ли Энеев 2 миллиона долларов от потерпевшего, и если получил, то каким образом он распорядился ими и между кем эти деньги распределил. Конечно, нельзя исключить и версию о том, что Энеев исходно вводил Михалева Олега в заблуждение, чтобы тот дал «фактурные» ложные показания о причастности Барсукова (Кумарина) к покушению на Васильева. Но лично самому Энееву это делать было бы не за чем – в такой ситуации Энеев мог действовать только по просьбе конкретных следователей или оперативных сотрудников, и круг этих должностных лиц известен. Поэтому сторона защиты Барсукова продолжает законно ожидать от СКР полных результатов проверки по этим записям, в подлинности которых после актов экспертного исследования, нет оснований сомневаться. Еще надо объективно установить, точно ли имел место факт передачи Вячеславу Энееву 2 миллионов долларов США от потерпевшего, когда и при каких обстоятельствах. А если нет, то почему Энеев в своих разговорах с Михалевым столь многократно об этой сумме говорит.

 

Вы ранее говорили, что Барсуков многократно обращался с отводами и иными заявлениями в отношении следователей выездных бригад СКР. В чем были его претензии?

 

Совершенно необоснованное обвинение Барсукова в организации покушения на своих двух друзей – Позднякова и Гуревского. Это обвинение изначально и устойчиво вызывало возмущение Барсукова. История расследования этого дела весьма убедительно доказывает, что в первые годы выездные бригады СК вменяли Барсукову все, что хотели. Думается, все с той же целью получить «раскрытую мафию». Даже почти законченные расследованием дела изымались из производства следствия городской прокуратуры и передавались в производство московской выездной бригады. Тезис Генерального прокурора «о предателях в правоохранительных органах Петербурга», о котором раньше ни раз писала ваша газета, тогда имел весьма прикладные последствия. Так и дело об убийстве Позднякова в апреле 2008 года было изъято из производства следствия прокуратуры Петербурга и передано в производство руководителя выездной бригады СК под руководством Пипченкова.

 

Насколько я помню, Поздняков был убит 26 апреля 2000 года в спортивном комплексе в Петроградском районе выстрелами из пистолета. Его убийца Равиль Сунгатуллин был задержан в ходе расследования уголовных дел в отношении Олега Макавоз, после того как Денис Долгушин начал давать признательные показания. И в рамках этого же дела были установлены исполнители убийства Яна Гуревского в июне 2000 года на набережной канала Грибоедова. Стрелял в Гуревского из автомата Калашникова калибра 7.62 еще Александр Авдеев, также проходящий по делам Маковоза.

 

Нашего подзащитного сейчас особенно возмущает то, что даже непосредственно стрелявший в его товарища Позднякова Сунгатуллин в результате работы выездной бригады СК вышел на свободу, а дело об этом убийстве все еще продолжает расследоваться центральным аппаратом СКР с негодной версией, что Сунгатуллин якобы действовал в интересах Барсукова. А то, что в Позднякова стрелял именно Сунгатуллин доказывается не только подробными показаниями самого Сунгатуллина, но и иными в свое время собранными следствием прокуратуры Петербурга доказательствами, часть из которых выездная бригада СК тщательно пыталась поставить под сомнение. Относительно заказчика убийств как Позднякова, так и Гуревского, версия следствия прокуратуры Петербурга до изъятия оттуда дела была в том, что оба были убиты по указанию покойного Константина Яковлева (Костя Могила). И обратился об этом Яковлев к Равилову, а тот – к Маковоз. Отсюда и получилось, что оба убийства были раскрыты именно на основе показаний Дениса Долгушина – и сделали это правоохранительные органы Петербурга, а не выездная бригада из Москвы.

Но после публичного объявления Генерального прокурора о «предателях в правоохранительных органах Петербурга» и с учетом общей задачи раскрытия в Петербурге «тамбовской мафии» выездная бригада СК на 2008 год имела полный карт-бланш. В деле об убийствах Позднякова и Гуревского все иные обвиняемые были передопрошены выездной бригадой СК, отказались от ранее данных показаний, рассказали об оказанном на них в прокуратуре Петербурга давлении или дали показания о причастности к этим убийствам Барсукова. Конкретика опять же была лишь в том, что обвиняемые вдруг вспомнили, что много лет назад видели, как Барсуков встречался с Равиловым и «заказал» ему убить Гуревского и Позднякова. Вспоминали (как бы «уточняли») свои показания сразу все – друг за другом. То, что за предыдущие годы следствия до передачи дела выездной бригаде СК никто из них ни разу о Барсукове даже не упомянул, московских следователей совсем не смутило. И в октябре 2008 года выездная бригада СК предъявила Барсукову обвинение в том, что он якобы «заказал» двух своих друзей из-за возникших у него опасений, будто Поздняков и Гуревский займут некое «место Барсукова» в Петербурге! А Барсуков, прочитав такое обвинение, сразу же начал писать в Генпрокуратуру заявления о преступных действиях руководителя выездной бригады Пипченкова по намеренному развалу этих двух дел об убийствах своих друзей.

 

Но ведь дело об убийствах Позднякова и Гуревского было закончено расследованием выездной бригадой СК еще в 2009 году. А почему оно так и не было передано в суд?

 

Потому что даже Генеральная прокуратура, куда это дело в 2009 году поступило с обвинительным заключением в отношении Барсукова, вернула такое дело обратно в СК на доследование. Недавно получили от СК очередные уведомления о продлении по нему срока следствия. Правда, справедливости ради скажу, что доследование это идет уже пятый год и сторону защиты Барсукова по нему никто больше не беспокоит. Итогом этой невнятной версии выездной бригады СК стал некий компромисс – исполнитель убийства Позднякова вышел на свободу, со всех остальных ранее привлеченных по этим двум убийствам лиц обвинения были сняты, но и в отношении Барсукова это дело то же в суд не пошло. Поэтому единственной фактически пострадавшей стороной в данном случае являются только потерпевшие – супруги покойных. Барсуков время от времени просит нас продолжить обжалование действий Пипченкова по этим вопросам, так как никто в итоге не осужден за убийство его двух друзей.

 

Недавно Глущенко заявил, что Барсуков заказал ему убийство Галины Старовойтовой из-за того, что она пыталась объединить Петербург и Ленинградскую область, и что по версии Глущенко, привело бы к уменьшению влияния Барсукова. Как Вы рассказали, в версии следствия СКР по делу об убийствах Позднякова и Гуревского то же что-то похожее – Барсуков их заказал из опасения, что они займут его место. А по делу о покушении на Васильева, где недавно Барсуков был оправдан присяжными, версия о мотиве Барсукова – хотел убить Васильева, чтобы захватить Петербургский нефтяной терминал – тоже оказалась неубедительной. А почему такие проблемы с мотивами?

 

Эти проблемы проистекают из того, о чем я Вам говорил в самом начале нашей беседы – из негодных попыток сконструировать версии о причастности Барсукова при отсутствии объективных доказательств. Кладут в основу чьи-нибудь показания против Барсукова, забывая, что допрашиваемые лица дают показания угодные следствию показания против Барсукова по очень специальным мотивам – желание минимизировать наказание за свои преступления, а иной раз, как показали разговоры Энеева, Старостина и других, роль могут играть просто деньги.

Генеральный прокурор Юрий Чайка в 2007 году сразу после задержания Барсукова в своем интервью прямо сказал журналистам, что не понимает, почему в печати Барсукова журналисты сразу же не начали называть бандитом (замечу, первый приговор в отношении Барсукова вступил в силу только в 2009 году). Под многочисленные сообщения СМИ, включая телевидение и радио, суды по Барсукову с 2009 года регулярно ездят из Петербурга в Москву. О каждом этапе своей работы по Барсукову СК и Генпрокуратура стараются объявить весьма громко, чтобы все слышали. Даже негодная работа против адвокатов Барсукова в этом году не стала здесь исключением. Правоохранительным органам Петербурга было выражено публично недоверие – выездные бригады в десятки (под сотню) следователей из Москвы несколько лет показывали им, как надо работать. Понятное дело, что и привлекаемым по разным делам лицам годами давали понять – нужны показания именно против Барсукова. Скажи про Барсукова, все простим. Закономерно, что лица стали эти показания давать и придумывать то, что нужно следствию в рамках раскрытия «тамбовской мафии во главе с Барсуковым – Кумариным». Все это дополнил институт досудебных соглашений с благоприятным исходом для всех, кто дал против Барсукова показания. Теперь «войти в эту дверь», судя по всему, решил Глущенко. Но боюсь, он не учел, что в деле об убийстве депутата Старовойтовой дутое раскрытие никому не нужно, точно также, как оно не нужно в другом громком деле – об убийстве вице-губернатора Петербурга Маневича. В таких делах нельзя проигнорировать желание потерпевших, чтобы за преступление был осужден не кто-нибудь, а именно те, кто его совершил на самом деле. Надеюсь, что в «компанию по раскрытию тамбовской мафии» дело об убийстве Старовойтовой включить не удастся.

Пострадавшей стороной по итогам таких «компаний» всегда является общество, а также и потерпевшие, потому что совершенные преступления остаются по факту надлежаще не расследованными. Петербургу выездные бригады СК уже много лет показывают некую «конфетку» в виде чем-то заполненного фантика от нее. А по итогам уже почти 7-летней работы СК по делам Барсукова общество имеет два приговора – о захвате универсама «Смольнинский», мини отеля «Пушкинский» и о вымогательстве денег у владельцев ТЦ «Елизаровский». Общая стоимость всех этих объектов явно меньше тех денег, которые заплатил бюджет за многолетнюю работу выездных бригад СК. Это не говоря о затратности уже третьего выездного суда над Барсуковым в Москве.

 

Вы упомянули об убийстве Маневича, которое так и остается с 1997 года нераскрытым. Можете сказать, вменяли Барсукову причастность к этому громкому убийству?

 

Не вменяли. Несколько лет назад был только один допрос, и как я полагаю, связан он был с негодным обвинением Барсукова в организации убийства своего товарища Гуревского. Дело в том, что в узких кругах давно известно, что и при убийстве Маневича в 1997 году, и при убийстве Гуревского в 2000 году были применены автоматы румынского производства. Аналогия не очень четкая, так как автоматы эти очень разных годов выпуска – 1976 и 1992, но ее дополняет сам способ убийств – стрельба из автомата с чердака дома. И по убийству Гуревского уже очень давно установлен исполнитель – Авдеев, который в Гуревского с чердака дома стрелял и неоднократно подтвердил это в ходе следствия в прокуратуре Петербурга еще до того, как дело было изъято центральным аппаратом СК. Дело об убийстве Маневича все эти годы расследует не СК, а ФСБ. Но пока не было данных о том, чтобы дело об убийстве Гуревского было из СК в ФСБ изъято, а значит, объективно эта аналогия с автоматами недостаточно весома.

 

То есть, с раскрытием убийств в Петербурге у выездной бригады СК за 7 лет так ничего и не получилось? Были вообще ими какие-то убийства раскрыты?

 

Дело об убийстве владельце ТЦ «Елизаровский» Павла Орлова не раскрыто по сей день. Один том из этого дела был в деле о вымогательстве в отношении Барсукова, но из него усматривалась причастность к этому убийству не Барсукова, а совершенно иных лиц. Зато за вымогательство у Павла Орлова и его наследников все равно осудили Барсукова. Причем осудили на явно недостоверных показаниях Энеева о событиях, которых по его же (Энеева) билингам быть не могло. Другое дело – об убийстве связи Шенгелия в налоговой – другого Орлова (однофамилец) – также не раскрыто, хотя в судах над Барсуковым ни раз слышал показания лиц о причастности к этому убийству именно Бадри Шенгелия, но последний свою причастность к этому убийству не подтверждает. Есть еще дело о покушении на убийство Коренкова с участием Старостина. По нему год назад состоялся приговор. Но как я слышал, там была некая проблема с установлением фактической роли Старостина, который всегда нужен обвинению в судах над Барсуковым. Именно по делу о покушении на Коренкова был разговор Рыбкина с Энеевым, фрагмент которого публиковала Ваша газета в прошлом номере. Рыбкин говорит Энееву, что не понимает, почему он должен платить Старостину деньги за то, чтобы тот перестал его оговаривать, а Энеев ему отвечает, что если денег не будет, то Старостин будет настаивать на своих показаниях против Рыбкина, а если заплатят, то Старостин «дополнит» (свои показания). Обоснованно говорить о ролях обвиняемых в покушении на Коренкова не могу – Барсукову обвинение по этому делу не предъявлялось, и мы это дело не изучали. Но СКР в рамках доследственной проверки полученных от защиты Барсукова записей разговоров Энеева и Старостина имеет возможность проверить достоверность доказательств в том числе и по делу о покушении на Коренкова, так как на период рассмотрения этого дела судом об этих разговорах Старостина, Энеева и Рябкина суду известно не было.

 

Судя по официальному сайту СКР, сейчас на очереди в суд дело по обвинению Барсукова в захватах 13 предприятий и в организации преступного сообщества. Вы уже начали с этим делом знакомиться?

 

Пока нет. Начало ознакомления предполагалось еще в марте этого года. Но потом ознакомление было отложено на лето. А сейчас вообще не понятно, когда оно будет начато. С «очередью в суд» объективно спешки пока быть не может, так как по делу о покушении на убийство Васильева Барсуков был оправдан в том числе и потому, что суд не поверил в версию о желании Барсукова захватить Петербургский нефтяной терминал – присяжные особо подчеркнули это в своем вердикте. А дело о попытке его захвата – один из этих 13 эпизодов. Опять же с апреля этого года возникли записи негодных разговоров Энеева, в том числе со Старостиным, Шенгелия, Дроковым, Асташко и др. А все это важные свидетели обвинения Барсукова в захватах предприятий. В прошлом номере газеты вы уже приводили некоторые фрагменты разговоров Энеева, Старостина и других об изменении показаний за деньги по разным делам. А там порядка 140 листов стенограмм подобного рода переговоров, а аудиозаписей еще больше.

 

Из решения Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов от 11 июня 2014 года:размещение на официальных сайтах Генеральной прокуратуры РФ и Следственного Комитета РФ информации касалось действий, которые в соответствии с профессиональными обязанностями, нормами этики обязаны были совершить адвокаты. В противном случае, непредставление имеющихся у стороны защиты доказательств, являлось бы ненадлежащим оказанием защиты своего доверителя. При таких обстоятельствах Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов Адвокатской Палаты Санкт-Петербурга приходит к выводу о том, что публикуя на своих официальных сайтах информацию о проведении доследственной проверки, Генеральная прокуратура и Следственный Комитет действуя в качестве органов власти, нанесли ущерб профессиональным правам адвокатов, а также репутации адвокатуры в целом.

 

 


Николай Андрущенко,

действительный государственный

советник Санкт-Петербурга 3 класса

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *