ПОДВИГИ НАШИХ ДЕДОВ

admin Статьи из газеты №24 (2014) 0 Comments

ПОДВИГИ НАШИХ ДЕДОВ

Мой дед не любил вспоминать о войне. Когда я, еще мальчишкой, подбегал к нему с расспросами, он либо отшучивался, либо отделывался общими фразами. Лишь пару раз, когда я был особенно упрям, он с полуулыбкой рассказал, как они с товарищами отбивались от окруживших их немцев, имея на руках лишь мешок гранат, или как они косили прямой наводкой наступающую вражескую пехоту. Это были веселые рассказы: так пишут детям о войне детские писатели. Он рассказывал, а я – тогда еще пятилетний карапуз – хохотал и думал, как же это весело – бить фашистов.

Дед служил в артиллерии. Это я узнал позже. Еще позже узнал, что он был тяжело ранен и долгое время пролежал в госпитале: в их расчет попал тяжелый артиллерийский снаряд. Деда задело осколками, и один из них, который застрял в плевре легкого, врачи так и не смогли извлечь: дед ходил с ним до самой смерти. Еще позже я узнал, что при том взрыве его похоронило заживо поднятой взрывом землей. Его буквально откапывали подоспевшие на выручку товарищи. Деду было, за что не любить войну.

После Победы он служил в расквартированной под городом Кировом части, вспоминал, как к ним на учения с инспекцией приезжал командующий Свердловским военным округом маршал Г.К. Жуков, потом его отправили в одну из расквартированных армейских частей в Германию. Затем в 1956 году демобилизовался в связи с хрущевским сокращением армии, вернулся в Киров, где уже жили его жена и две дочки, закончил педагогический институт и стал школьным учителем физики. Половину жизни он преподавал, готовил школьников к Олимпиадам; многие из его учеников поступали в МГУ и МФТИ. Видимо, он был сильным учителем: даже после того, как вышел на пенсию, а я пошел в первый класс, тамошние учителя подходили ко мне и просили: «Поговори с дедушкой, не хочет ли он пойти к нам в школу преподавать?».

Дед любил рассказывать о школьной жизни, с ним всегда было весело, всегда можно было поговорить о чем угодно, он был душой любой компании. Но о войне он не говорил. То немногое, что я узнал, – я узнал от мамы, а она – от своей мамы – моей бабушки. После войны мой дед, Алексей Иванович, хотел связать свою жизнь с армией. Мечтал поступить в военную академию, закончил на службе в Германии десять классов (ведь до армии у него была семилетка), но медицинская комиссия перечеркнула его планы: по здоровью его признали неподходящим – гипертоническая болезнь. Вот почему в годы хрущевской реформы армии он демобилизовался в чине капитана.

Совсем недавно одна из моих знакомых поделилась ссылкой на сайт, где она нашла наградные листы своих родственников, воевавших в Великую Отечественную: http://podvignaroda.mil.ru/

Там я нашел запись и о своем деде (орфографию и пунктуацию сохраняю). Вот его характеристика, приложенная к наградному листу: «Лейтенант, командир взвода управления командующего артиллерией 194 арт. Речицкой Красно-Знаменной дивизии . Представлен к ордену Отечественной войны Первой степени. Тяжелое ранений 23 августа 1944 года.

«Тов. Агеев работая командиром взвода… показал себя дисциплинированным, инициативным, смелым волевым офицером. В боях с немецкими захватчиками – смел и решителен.

В период наступательных действий дивизии тов.Агеев быстро выбирал, оборудовал наблюдательный пункт командующего артиллерией дивизии, организовывал наблюдение и обнаружение целей и обеспечивал бесперебойной связью командующего артиллерией дивизии с артиллерийскими частями.

Своими энергичными действиями, изворотливостью тов.Агеев способствовал выполнению поставленных перед частями дивизии боевых задач.

За период наступательных боев с 24.6.44г. он лично обнаружил и уточнил на местности более 20 станковых и ручных пулеметов,6 минбатарей и 8 артбатарей, которые по его инициативе были подавлены и частью уничтожены огнем нашей артиллерии.

23.8.44г. при прорыве обороны противника в районе Буты – Буйнэ, Белостокской области было обнаружено, а затем подавлено и частично уничтожено 2 артбатареи,3 минбатареи и до 9 огневых точек противника, это способствовало успешному выполнению боевой задачи.

В боях за шоссе,в р-не Просеница, тов. Агеев ведя наблюдение обнаружил скопление пехоты и четыре штурмовых орудия для контратаки наших частей о чем своевременно доложил командованию, контратака противника была сорвана. В этом бою тов.Агеев был тяжело ранен».

Деду тогда было всего 20 лет. Ордена Отечественной войны Первой Степени он не получил. У него за участие в этой операции остался Орден Красной Звезды. Но он никогда об этом не рассказывал.

Я показал эту ссылку знакомому, и он решил поискать записи о своих дедах. Об одном из них была такая запись: «В борьбе с немецко-фашистскими захватчиками непосредственно командуя катером, участвовал в боевой кампании 1944г.в 45 боевых операциях.15 июня с/г находясь на линии ДОЗК вступил в бой с 7 катерами пр-ка а р-не о.Торисари-Бьэрке, смело пошел на сближение с противником и с дистанции 20-25 каб. от берега пр-ка вступил в бой. Мужественно и умело маневрируя и ведя огонь по противнику, т.Моторный вместе с другими катерами уничтожил 2 катера противника.

19 июгя с/г, неся дозорную службу, обнаружил 2 миноносца пр-ка и 6 катеров, которые пытались отрезать группу наших катеров выполняющих задание в р-не о. Торисари-Бьэрке. Тов. Моторный совместно с катером Д-3 №75 полным ходом пошел на сближение с противником, имитируя торпедную атаку, чтобы отвлечь огонь кораблей на себя. В результате смелого маневра корабли пр-ка перенесли огонь на катер Моторного, тем самым облегчив выполнение задания группе наших катеров, кроме того артогнем катера миноносцу нанесено повреждение. Бой велся на дистанции 18-20 каб».

«Ничего себе!» — изумился знакомый, — «Он на гражданке даже машину водить боялся». Его дед тоже не любил вспоминать ту войну.

Я стал читать наградные листы случайно выбранных людей, из тех, что были на сайте. Там было немало подобных историй. Я читал, а перед моими глазами стояли дед и его друзья — люди его поколения: сколько в них было жизнелюбия, как живо откликались они, когда кому-то была нужна помощь, и как искренне радовались успехам своих друзей, рассказывая о них другим как о своих заслугах. Они знали цену жизни: они заплатили эту цену сполна. И они знали, что такое взаимовыручка, и как важна она во времена тяжелых испытаний. Многие прожили обычную, как сейчас может показаться, жизнь. Но сколько военных подвигов скрывают эти обычные судьбы?

И у них было полное право не рассказывать нам о той войне, в которой не было ничего, кроме горя, боли и потерь. Они словно закупорили то время всем своим жизнелюбием, чтобы никогда больше дух войны не прорвался в наш мир. Но сегодня, когда вокруг насаждается культ героя-одиночки, а мы уже стали забывать, что значит преодолевать жизненные трудности сообща, я понимаю, что мне очень не хватает тех фронтовых рассказов моего деда. Не о той войне, нет: о том времени, когда подвиги были повседневным явлением, и каждый, защищая свою Родину плечом к плечу со своими товарищами, не имел права не быть героем.

АЛЕКСЕЙ СЫРЦЕВ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *