ГОРОД МОЖЕТ НОРМАЛЬНО РАЗВИВАТЬСЯ ТОЛЬКО ПРИ СИЛЬНОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ

admin Статьи из газеты №21 (2014) 0 Comments

ГОРОД МОЖЕТ НОРМАЛЬНО РАЗВИВАТЬСЯ ТОЛЬКО ПРИ СИЛЬНОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ

«Город должен развиваться — но только тогда, когда развитием руководит сильная государственная власть, которая учитывает все интересы общества и учитывает перспективу развития. Так было при Петре 1 , Екатерине II, Александре I, Александре II. Но в то время, когда государственная власть ослабевает, начинается уничтожение городской застройки в угоду инвесторам.
С конца 19 века начинается ослабление государственной власти, на фоне которого идет уничтожение разумной городской застройки в угоду частному капиталу. Особенно это видно в предреволюционное время. Один из ярких примеров уничтожение уникальной градостроительной структуры — застройка Адмиралтейства. Три центральных улицы выходили в единую точку в арке Адмиралтейства, курдонеры Адмиралтейства с каналами всегда был визуально раскрыт на Неву в сторону двенадцати коллегий, вдоль которых проходил канал. А из центра здания коллегий так же визуально раскрывался полукруглый сад с видом на здание Биржи, Ростральные колонны и Неву. От Адмиралтейства было видно это пространство, здание кунсткамеры и здания на стрелке Васильевского острова, откуда раскрывались перспективы на Зимний дворец и Петропавловскую крепость.

С 1900 по 1915 год частным капиталом при бездействии государственной власти был уничтожен уникальный архитектурный ансамбль мирового класса. Застроено всё внутреннее пространство Адмиралтейства. Засыпан канал вдоль здания двенадцати коллегий, на месте сквера возвели больницу Отто. И сразу за эту застройку получена европейская премия! Европа всегда дает премии тем, кто уничтожает Россию, ее культуру и архитектуру!

Кроме того предполагалось засыпать каналы и пустить по ним конки. Революция остановила это безобразие. После окончания гражданской войны в Петербурге работали талантливые зодчие, которые вошли в число ведущих архитекторов мира, когда Захи Хадид вручали нобелевскую премию по архитектуре в Эрмитаже, она сказала: «Все мы вышли из архитектуры 30-х годов России».

Достаточно привести пример Марсова поля, созданного по проекту Руднева, великолепные работы Троцкого, Никольского, Левинсона и других. Каждый достойный архитектор, создавая новые здания, вписывает его в сложившийся ансамбль, так, Брюллов, брат великого живописца, завершал уникальные ансамбли Петербурга. Именно об этом пишет Н.В.Гоголь в работе «Арабески об архитектуре нынешнего времени». Именно такие зодчие нам нужны сегодня для того, чтобы сохранять ансамбли Петербурга и создавать новые, которые будут дополнять величие уже существующих.

После блокады наши архитекторы восстановили город и развили его архитектурную структуру. Так, например, Московский проспект вошел органично в ансамбль Петербурга, здесь надо отдать должное Левинсону и Сперанскому. Достаточно посмотреть, как завершен ансамбль Кировского района. Все кварталы имели комплексную планировку, в которую входили школы, детские сады, поликлиники, больницы, стадионы, Дома пионеров, парки и скверы. Были воссозданы и отреставрированы Петродворец, Павловск, Пушкин, Гатчина и вместе с новой застройкой были гармонично вписаны в ансамбли исторических пригородов.

Начиная с 1990-х годов, когда был разрушен Советский Союз, началась безудержная и хаотичная застройка. В стране практически отсутствует контроль государственной власти над архитектурой и градостроительством. В государстве нет комитета по архитектуре Российской Федерации, такого положение не было никогда раньше.

И в Императорской России, и в СССР руководители государства рассматривали проекты вместе с архитекторами, особенно проекты объектов культуры. Так, в уставе Императорского исторического музея записано: музей есть самое мощное сильное средство для постижения национального сознания — хотите найти национальную идею, идите в музей.
Сегодня всей практически всей застройкой и планированием городской среды руководят девелоперы — спекулянты недвижимостью. Роль главных архитекторов практически сведена к нулю. В то время как, например, в Германии главный архитектор Берлина назначается пожизненно, и имеет все возможности сохранять уникальность столицы страны, обеспечивать сохранение и развитие инфраструктуры. У нас при рассмотрении проектов застройки практически не выделяются места для развития общественных, садово-парковых структур, застраиваются даже пятна, предназначенные для дорог и станций метро.
В настоящее время в опасном состоянии находится уникальный музейный полуостров, равного которому нет в мире, — стрелка Васильевского острова, где практически уничтожен крупнейший в мире Военно-морской музей, который, по распоряжению Сердюкова, втиснут в Крюковы казармы, расположенные в центре транспортного коллапса Площади Труда.

В тяжелом состоянии находятся четыре музея Академии наук.

При этом существует уникальный город-крепость Кронштадт, где воссоздан Морской собор, сохранился сухой док Петра Великого, цеха и парковые зоны. Можно было бы свободно разместить в Бирже экспозицию Морского музея имени Петра Великого, а в Кронштадте создать музейно-туристскую корону Петербурга, включив так же туда Музей науки и технике. Вместе с Ораниебаумом , Петродворцом и Стрельной — это составило бы Морскую музейную корону Петербурга.

Необходимо так же решить вопрос о создание музейно-культурного и образовательного центра Павловских казарм и Конюшенного ведомства в архитектурном ансамбле с Марсовым полем и прилегающими зонами центра города. Но работы в этом направлении не ведутся.

В последние годы в нашем городе архитектурную политику определяют шустрые девелоперы и «гениальные» зодчие, которые не ведают, что творят, уничтожая уникальную историческую застройку центра города. Об этом убедительно написал Иван Уралов , который в течение десяти лет был главным художник Петербурга, в статье опубликованной в 2013 году.
«О небесной линии города на Неве писал академик Дмитрий Сергеевич Лихачев. В городском силуэте гармонии протяженностей, редких вертикалей и еще более редких контрастных фону архитектурных масс зашифрован пульс. «Кардиограмма» Петербурга. «Всплески» городского силуэта, как правило, несут возвышенные послания, равно устремленные к небу, существу и личности каждого петербуржца.

К сожалению, в последние десятилетия складывается впечатление, близкое к мистическому, что материализуемое в ряде архитектурных проектов зло настойчиво идет по пятам символов добра, с маниакальным упорством стремясь утвердить свое доминантное пластическое и содержательное право над духовной и архитектурной традицией».

Уралов перечисляет все эти комплексы: комплекс «Серебряные зеркала», здания «Аврора» и «Монблан», высотное здание на Большеохтинском проспекте, убившее панораму Смольного монастыря в створе Шпалерной улицы, постройки на Большом проспекте ВО — «Финансист» и «Новая биржа», вторая сцена Мариинского театра, офисное здание Regent Hall на Владимирской площади, жилой комплекс «Империал» на Московском проспекте, проект застройки так называемой Набережной Европы, Охта — , а теперь — Лахта-центр. Но первым в этом списке стоит банковский комплекс «Санкт-Петербург Плаза» на Малоохтинском проспекте.

«Банковский комплекс «Санкт-Петербург Плаза» на Малоохтинском проспекте и его негативное визуальное воздействие на восприятие как ансамбля Александро-Невской лавры, так и «блокадного» храма Успения Пресвятой Богородицы. О мрачном лакированном объекте, раздавившем архитектурное пространство, писали и раньше. Лишенный каких-либо пластических и масштабных связей с человеком и окружением, он, по сути, представляет собой предмет промышленного дизайна гипертрофированного масштаба, а если и здание, то по образу — несомненный «чертог зла в духе фэнтази», попирающий окружение не только образом, но и некоей присущей ему леденящей ментальностью» Эта уничтожающая характеристика дана зданию, построенному по проекту архитектора Евгения Герасимова. Многие петербуржцы считают это здание одним из самых возмутительных вторжений в архитектурную среду исторического центра города. Электрочайник, мусорное ведро, унитаз — вот некоторые из названий, закрепившиеся в городском фольклоре за этим черным силуэтом, обезобразившим правый берег Невы.

На противоположном берегу Невы пару ему составляет другой монстр, рожденный в мастерской Герасимова, — Невская ратуша, прозванная горожанами летающей тарелкой.
По проекту Герасимова построен отель рядом с Александринским театром. Псевдоклассической огромное пирожное разрушает архитектурный ансамбль, в котором по проекту Росси архитектурной доминантой должно было быть здание театра. В настоящее время над верхнем этажом здания возводятся дополнительные надстройки.

Им же возведен дом 6 на Тверской улице — эпатажное здание, построенное возле Таврического сада, непосредственно рядом с поморской молельной. Дугообразный выпуклый зеркальный фасад, высота которого намного превышает храм. В этом громадном кривом зеркале отражаются изуродованные стены, купола и кресты храма. Возникает вопрос: что это? Недостаточная квалификация архитектора, не способного учесть эффект «кривого зеркала», или этот наглый поп-арт создан специально?

«Не все историческое — ценно», — заявляет господин Герасимов, оправдывая это проект в интервью, опубликованном 29 апреля в газете «Деловой Петербург».
Статья практически полностью посвящена новому проекту Герасимова — жилому «эко комплексу» «Гроссмейстер» на Шпалерной, 51. Вопреки требованиям законов Санкт-Петербурга и РФ, четыре плотно стоящих девятиэтажных корпуса, отделанных керамической плиткой «под дерево», должны появиться в квартале от Смольного монастыря, на месте одноэтажных исторических зданий Офицерской кавалерийской школы, окончательно уничтожив панораму Шпалерной улицы. «Экологичность» проекта состоит в поливке собранной на крыше комплекса дождевой водой, редкой растительности, втиснутой между корпусами, и в наличии велосипедной стоянки. Зато три двора, примыкающих жилых пяти-шестиэтажных зданий, будут превращены во дворы-колодцы, в том случае, если существующая жилая застройка квартала переживет рытье котлована под двухъярусный подземный паркинг новостроя.

«Ломать по минимуму, строить по максимуму. Радикальная защита вредит развитию города» — гласит заголовок статьи. По нашему мнению, развитию города сегодня вредят не действия градозащитников, а жадность девелоперов, беспринципность известных «зодчих», коррупция. Необходим жесткий постоянный государственный контроль за проектированием и строительством в Петербурге. Необходим так же мощный комитет по архитектуре. Главный архитектор Петербурга должен иметь такие же права, как и главный архитектор Берлина». 

АННА ДУДНИКОВА

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *