КИНЕМАТОГРАФ ГЛЕБА ПАНФИЛОВА

admin Статьи из газеты №20 (2014) 0 Comments

КИНЕМАТОГРАФ ГЛЕБА ПАНФИЛОВА

        Когда читаешь в киноведческой печати рассуждения про некий «авторский кинематограф» и про «особую» публику, для него предназначенную, отчетливее убеждаешься, насколько углубилось социальное расслоение в современном обществе, если уж «самое массовое из искусств» перестает отыскивать точки соприкосновения между людьми разных слоев населения. И все-таки стремление разделить кино на доставляющее физиологическое удовольствие каким-то «избранным» и на направляющее мозги оказавшемуся в «неизбранных» большинству, неспособно отменить истину: настоящий кинематограф, как и любое настоящее искусство, основывается на жизненной правде, преображаемой автором в действительность художественную, но не настолько, чтобы той правде не соответствовать. Об этом с болью и надеждой напомнил со страниц «Советского экрана» кинорежиссер Глеб Панфилов в некрологе умершему на Западе кинорежиссеру Андрею Тарковскому, сказав о его фильмах: «они остроиндивидуальны, потому что в них все настоящее». Под этими словами стояла лишь одна подпись — подпись Панфилова. Позднее, говоря о самом Панфилове, актриса Инна Чурикова, им найденная, в его картинах раскрывшая замечательный талант свой, вспомнит и проникновенно прочитает пушкинские строки: «… живи один. Дорогою свободной Иди, куда влечет тебя свободный ум. Усовершенствуя плоды любимых дум». Их вполне можно повторить и нынче — 21 мая 2014 года: у выдающегося кинорежиссера Глеба Анатольевича Панфилова 80-летие.
        А я вспоминаю военные годы в нашем родном тыловом Свердловске, когда отцы наши были на фронте, мы же учились в мужской средней школе № 37, куда Глеб, старший брат моего товарища Жени, пошел на раньше. В детстве Глеб увлекался фотографией, с улыбкой снимал нас, маленьких, в различных ракурсах, то вставая на стул, то приседая на корточки, словно бы уже готовился поступать на Высшие и операторские, и режиссерские курсы, которые, придет срок, последовательно окончит. Демонстрировавшиеся на экранах фильмы, он — как и все мы — смотрел по нескольку раз. Впрочем, смотрел не совсем, как все. Однажды я столкнулся с ним, выходившим из кинотеатра с веселой комедии, которые показывали тогда наряду с картинами героическими, но он не улыбался, был сосредоточенным, даже чуть нахмуренным, каким бывает человек, занимающийся важной работой. Когда же он позвал меня с Женей встретиться с «настоящим кинорежиссером», кем оказался фронтовик, летчик-истребитель Юрий Михайлович Вышинский, снявший потом фильмы «В квадрате 45» о боевых летчиках и «Залп «Авроры», я понял, что и Глеб хочет работать в кино. Благо в 1943 году в Свердловске открыли киностудию, на втором году существования прославившуюся фильмом «Сильва» со свердловчанами — тенором-премьером Ниязом Даутовым, комиком Сергеем Дыбчо, москвичами Зоей Смирновой-Немирович, Сергеем Мартинсоном, Маргаритой Сакалис, ленинградцами Гликерией Богдановой-Чесноковой, Владимиром Таскинным …
        Каково же будет удивление многих, мое в том числе, узнав, что Глеб Панфилов поступил на химический факультет Уральского политехнического института имени С.М.Кирова, пойдя не по близкой к кино гуманитарной стезе, как его отец, Анатолий Петрович, известный в городе журналист, редактор, историк и государственный деятель, или мать, Вера Степановна, экномист. Минут годы и годы, прежде чем Глеб пояснит схожесть профессии химика с профессий режиссера: «Химик никогда точно не знает результата, к которому приведет задуманная им реакция. Он должен быть готов к любому исходу. К тому, что ничего не получится, либо получится нечто, чего ты не ожидал, либо вообще колба взорвется и придется все начинать сначала. Режиссура ближе всего к химии, я бы даже сказал — к органической химии, поскольку результат в ней особенно трудно достижим. Реакция, записанная на бумаге, может не пойти в колбе. Так же и режиссер — хотя и старается он заранее все рассчитать и предусмотреть, но живой процесс работы открывает столь много нового, что приходится отказываться от ранее найденного. По-моему, это не брак в работе, а неизбежность любого творчества». Заведующая кафедрой института, доктор химических наук, депутат Верховного Совета СССР Зоя Васильевна Пушкарева, взяла было Глеба к себе в аспирантуру, но, посмотрев его первые короткометражки, сказала: «Если Панфилов уйдет из науки, она, возможно, что-нибудь потеряет. Но если он не придет в кино, это станет потерей».
        Со временем разница в возрасте, в особенности небольшая, стирается, и, случайно встретившись в Ленинграде, на Невском, летним днем 1968 года, мы с Глебом тотчас перешли на ты, обрадовались — земляки ведь, жили почти напротив, через улицу, одни учителя отметки ставили. Но Глеб быстро посуровел: живу в ленфильмовском общежитии, картину «В огне брода нет» по чьему-то распоряжению показывают на окраинах, в маленьких кинотеатрах, что делать дальше — неизвестно, хорошо — директор студии, Илья Николаевич Киселев, и кое-кто из режиссуры поддерживают. После окончания режиссерских курсов Панфилова направили на «Ленфильм», где его приветил Александр Гаврилович Иванов, ветеран революций и гражданской войны, автор таких известных кинокартин, как «Звезда», «Михайло Ломоносов», «Солдаты», «Поднятая целина». А судьба фильма «В огне брода нет» сложилась, думаю, потому так трудно, хотя в работе над ним принимал и маститый Евгений Габрилович, что были там кадры, когда волокут санитара Фокича (Михаил Глузский) безжалостные белогвардейцы, волокут за ноги, вниз головой по земле, бородка-клинышком вверх, и вдруг на мгновение покажется: на Ленина похож, Ленин! Мы сейчас-то понимаем, это было художническое прозрение автора, исподволь почувствовавшего будущее. Зато второй панфиловский фильм «Начало» (1970) встречен был всеми на ура. В нем Инна Чурикова сыграла не только работницу фабрики, участницу самодеятельности, но и францускую героиню Жанну Д,Арк.
          Вообще-то снять полнокровную картину о Жанне было давней мечтой режиссера. Но сделать такую картину ему почему-то не дали, несмотря на его убедительное обоснование: «Еще работая после окончания химфака на заводе, я был поражен способностью многих девушек и парней ощущать себя счастливыми, не взирая ни на какие трудности и невзгоды. Мне показалось это очень существенным, бесконечно важным свидетельством их душевного здоровья, силы и нравственной чистоты, а их удивительная жизнестойкость и достойный восхищения оптимизм выражали лучшие качества, присущие нашему русскому народу. Именно с этого фланга, позволю себе так выразиться, мне пришла в голову мысль о Жанне д,Арк». Но никакое, причем самое авторитетное заступничество не помогало. Даже когда в Лепном зале Смольного, мы (я был переведен с журналистской работы на партийную — заведовать культурой в обком, горком КПСС) проводили пленум Ленинградского горкома партии о творческой молодежи, и секретарь ленфильмовского парткома Ида Алексеевна Румянцева, выступая с трибуны, в присутствии крупнейших мастеров искусств города, повернулась к сидевшему в президиуме замзаву Цека, руководителю Госкино Ф.Т.Ермашу, воскликнув: «Ну, разрешите же Панфилову снимать «Жанну д,Арк», Филипп Тимофеевич!», а он был главным противником, в ответ лишь невнятно покивал, а после пленума начал те же увещевания, дескать, молодой режиссер должен разрабатывать современную тему…
          Так рождался фильм «Прошу слова» (1973), чей сценарий Панфилов писал только сам. Но кое-кто влиятельный опять остался недоволен. «Это по кому она в тире стреляет, новая председательша? По фанерным мишеням? Или от кого отстреливается? — слышал я от высокопоставленного чиновника. — Другого хобби не могли ей придумать? Тенниса, бильярда? Сегодня она в муляжи целится, а завтра?» Но серьезные критики — и у нас и за рубежом — высоко оценили картину. К примеру, Робер Шазаль из ежедневной парижской газеты «Франс-Суар»: «Передача полномочий бывшим мэром (Леонид Броневой), трудная победа в борьбе за строительство моста, спешная эвакуация дома в разгар свадьбы, споры с мужем — футбольным тренером (Николай Губенко) и множество других сцен делают картину поучительным зрелищем». Сложности же в работе были творческими. Материала отсняли намного больше, нежели требовалось для двух серий. Мне жаль, скажем, что исчезла сцена, где героиня прямо на трибуне сессии горсовета распарывает импортный женский сапог, дабы убедить, мол, и отечественные могут быть не хуже, ежели захотеть. Но Панфилов убирал все второстепенное, по его ощущению, лишнее, оставляя самое важное и ему дорогое. В этой картине у Панфилова в последний раз снимался, играя неуступчивого, похожего на самого себя, глубоко им почитаемый Василий Макарович Шукшин. Озвучивать роль пришлось уже другому…
           Переехав по приглашению Сергея Федоровича Бондарчука в Москву – там, у Чуриковой, жила мать, Елизавета Захаровна Мантрова, Глеб Панфилов ставит на «Мосфильме» картину, которая могла бы сразу стать событием в кинематографе, а, возможно, и в общественной жизни, но… Шел 1979 год, «застойный», как нынче именуют. За спиной дряхлеющего вождя, почему-то подозрительно оставляемого на высшем посту, бойкие и услужливые чиновники делали все, дабы создавать вид полного благополучия в стране, а фильм «Тема» тот вид портила. Что за такая «тема»? Писатель и общества? А какое общество, какой писатель? Туманно, туманно. Один лежит в могиле, другой работает похоронщиком на кладбище, на Запад уезжать собирается, хоть и русский (Станислав Любшин), а третий, вроде довольный, без черновиков шпарит на машинке что-то, на «нужную» тему, поди (Евгений Весник). У заглавного героя (Михаил Ульянов), кажется, всего хватает — славы, денег, почитательниц, но и он недоволен, сомневается в искренности хвалящих, ищет вдруг непонятно чего. И «Тему» положили на полку. А пока она там лежала, режиссер, собрав волю в кулак, приступил к более «проходимым» экранизациям, хоть в обычном смысле назвать их таковыми было бы неверно. Экранизировать — это скорее снимать на пленку уже поставленный спектакль или пьесу, сделанную в точном соответствии с романом или повестью. А Панфилов создавал всякий раз новое, свое, по мотивам чужого произведения, но неизменно и другое, иное, самостоятельное.
           Для первого такого опыта Панфилов выбрал пьесу странно погибшего Александра Вампилова «Прошлым летом в Чулимске», назвав картину по ведущему образу — «Валентина» (1981), с новой силой изобразив стойкий человеческий характер, показав зрителям необходимость никогда не гнуться под жизненными ударами, проносить в неприкосновенности достоинство, честь, любовь. В 1983 году режиссер поставит «Вассу» по пьесе М.Горького «Васса Железнова», что имела плодотворную сценическую и экранную историю с главенствующей Верой Николаевной Пашенной, но и здесь он успешно преодолеет стереотипы. С фильмом «Мать» (1990) будет сложнее. До предела замусоленная догматическим литературоведением, канонизированная в учебниках и монографиях в ранге романа, ей несоответствовавшего, небольшая повесть эта вдобавок попала под обстрел «перестроечной» критики вместе со своим гениальным автором в ходе развернувшейся борьбы за власть. Рука Панфилова-драматурга действовала, однако, увереннее и целенаправленнее, чем прежде. До сих пор у него практика кинематографического освоения прозы была небольшая — сценарий «Степанова памятка» по сказу знаменитого земляка-свердловчанина Павла Петровича Бажова, и для другого своего земляка, ленфильмовского режиссера Константина Ершова. В «Матери» Панфилов смело вводит в сюжет персонаж из повести горьковской «Жизнь ненужного человека» Евсея Климкова (Владимир Прозоров), некоторые смысловые линии из рассказа «Карамора»…
           … Брат убивает брата, убивает страшно, заставив еще и написать записку о якобы самоубийстве, перед тем как повесить на печной заслонке, подергивая за ноги для ускорения смерти. В комнату врываются жандармы, убийцу избивают, и тоже понуждают записку писать, но уже о добровольной службе на охранку. Подобные добавления к классической композиции обрастают и заново сочиненными эпизодами. Вот, например, рабочий взбирается на высокую фабричную трубу, что-то в ее дымящееся отверстие засовывает, и вдруг оттуда фонтаном вылетают листовки, усыпая все окрест, разлетаются по всему городу, не минуя и растворенное окно в кабинете губернатора, с изящным юмором исполняемого Иннокентием Михайловичем Смоктуновским, только-только собирающегося опрокинуть рюмочку, уже и рот открывшего, но изумленно немеющего, глядя на медленно опускающийся на пол крамольный листок. А Павел Власов ( Виктор Раков), отчетливо понимает обреченность пока малочисленного их партийного товарищества, да и сопряжение революционной темы с темой Христа, чью литографию он вывешивает дома, не противоречит Красному знамени в его руках, а придает свежие краски к его характеру, выдерживающему арест, пытки, допросы во имя социальной и духовной справедливости. Под таким же углом зрения решается Панфиловым и Чуриковой образ Ниловны. Многого она не понимает в том, о чем проповедует ее сын, но чувствует сыновнюю правоту, произнося вслед за ним против неправедных правителей дерзкие слова.
             Последующие фильмы Глеба Панфилова «Романовы. Венценосная семья» (2000), «В круге первом» (2006), «Без вины виноватые» (2008) создавались в иной общественно-политической обстановке, но сделаны художником, неизбывно продолжающим жить в русском мире, и с этой позиции отображающим происходящее на Родине. Фильм по А.Н.Островскому исследует семейные ценности как вечные и спасающие, будь люди честны друг перед другом. Фильм о Романовых вскрывает причины отречения Николая Второго от престола и революций — как Февральской, так и в известной мере Октябрьской. Убедительна и своевременна лента эта, наряду с «Матерью», и потому, что мы увидели, а я видел своими глазами подвал дома Ипатьева с загадочными надписями на стенах, того самого дома, который — знаю по словам авторитетнах старших — никто из высокопоставленных руководителей не хотел уничтожать, отнекивался, отстранялся, не исполняя телефонные советы из Москвы, пока к власти в городе не пришел Ельцин, с издевкой сделав это и официально объяснив: «для упрямления дороги к вокзалу». Говоря же о фильме по Алесандру Солженицыну, не забудем в спорах, что в другом своем произведении он и оспаривает определение «сталинские репрессии», называя конкретные фамилии «особых» следователей и начальников лагерей, звучащие отнюдь не по-грузински и не по-русски, спокойно кончивших свой век в московских квартирах. И ставил режиссер фильм «по мотивам», где ясно звучат ноты предупредительные.
            Когда смотришь все фильмы Глеба Панфилова по порядку, в ретроспективе, отчетливо видишь, как изображая на экране свои размышления о текущих событиях, режиссер дает нам возможность прикоснуться к глубинным пластам отечественной истории, подвигая зрителей к лучшему и святому. Он и студию собственную назвал знаменательным именем — Вера. Он, народный артист России, лауреат премии братьев Васильевых, создателей «Чапаева», лауреат многих иностранных премий буквально за каждый его фильм. Он, открывающий для новых и новых поколений зрителей свой личностный кинематограф — русский, советский, российский и в силу этого мировой. Да, кинематограф Панфилова живет, словно крепкий, просторный, гостеприимный, сработанный по русским традициям дом. В этом доме есть мудрый строгий хозяин и чуткая обаятельная хозяйка. Ключ от дома только у них. С благодарностью принимают гости приглашение сюда, потому что знают — здесь им будет интересно, здесь они узнают многое, о многом задумаются — и о личном, своем, и об общем, общественном. Оставаясь в доме один, хозяин подолгу смотрит в большое окно, вглядываясь в широкий и далекий простор, кажущийся бесконечным. В той бесконечности он наблюдает увиденные им светящиеся лики людей, и живущих сейчас, и живших века назад, людей разных, но все больше счастливых, верных призванию и справедливому делу, людей думающих, честных, смелых, всегда идущих вперед с гордо поднятой головой.

                                                                                                                                                             ЭДУАРД ШЕВЕЛЕВ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *