ЛИБЕРАЛИЗАЦИЯ «ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОГО» ОБРАЗОВАНИЯ

admin Статьи из газеты №2 (2014) 0 Comments

Болонская конвенция

Ничто так ясно не обнаруживает тенденцию деиндустриализации прежде развитых стран, чем их политика в области образования. Как всегда, первыми ее хлебнули США.

В заметке Вардана Багдасаряна (http://vbagdasaryan.ru/) сообщалось о положении в школах США. «Широкий резонанс вызвал составленный в 1983 г. Национальный комиссией США по проблемам качества образования доклад с эпатирующим западную общественность наименованием «Нация в опасности». «Мы, – говорилось в документе, – совершили акт безумного образовательного разоружения. Мы растим поколение американцев, неграмотных в области науки и техники».

Разрыв с ценностно-цивилизационным фундаментом является, таким образом, общей проблемой для образования в XXI веке. Необходимо оглянуться назад. Преодоления кризиса видится в возвращении к истокам национальных образовательных систем».

Однако произошел обратный процесс — ЕС стал все страны присоединять к международной Болонской конвенции. Впрочем, сразу ее реальные цели не были заметны. Все было прикрыто выспренними словами: «гармонизация», «интеграция», «Зона европейского высшего образования», «мобильность студентов и преподавательских кадров», «повышение центральной роли университетов» и т. п.

 

Черная неблагодарность?

 

Казалось бы, принятие Декларации в Болонье в 1999 году должно было вызвать волну восторга и аплодисментов со стороны преподавателей и студентов. Но странное дело: обращаясь к сообщениям из-за рубежа, мы узнаем, что Декларация вызвала бурю протестов!

Оказывается, под «гармонизацией» понималось единое снижение госзатрат на образование, как высшее, так и среднее, а под «Зоной европейского образования» — то, что это снижение охватит все страны-подписанты.

11 декабря 2002 г. «Вести» (http://rus.delfi.ee/daily/abroad/) сообщили:

«Ректоры всех итальянских университетов подали в отставку в знак протеста против сокращения государственных расходов на высшую школу, что предусмотрено бюджетом 2003 года. Руководители высших учебных заведений направили письмо на имя министра просвещения, в котором подчеркнули, что университеты находятся на грани коллапса и если не будут приняты действенные меры, то смогут продержаться еще от силы два-три года». Преподавательский состав начал серию акций протеста против недофинансирования университетов».

Какая неблагодарность! В Болонье министры ЕС так пеклись об «интеллектуальном потенциале Европы», а их старания не оценили.

В мае 2005 г. была создана «Черная книга Болонского процесса» (www.esib.org/ documents/ blackbook.pdf). «Как можно понять уже по названию, книга перечисляет многочисленные провалы реформы… Становится очевидным, что все новое и привлекательное в Болонской системе, во-первых, на практике оказалось абсолютно недееспособным, во-вторых, успело «заразить» этой недееспособностью традиционно сильные стороны высшего образования».

По мере навязывания Болонской системы все больше разрастались протесты по всей Европе. Оказывается, эта система отменила подготовку специалистов, и не только инженеров, но и в области архитектуры, искусства. А вся европейская «мобильность» требует немалых денег.

Еще более обострилась ситуация с Болонской системой во время начавшегося с 2008 г. глобального финансового кризиса, во время которого выяснилось, что никто не хочет брать молодежь, поверхностно образованную на курсах бакалавриата. «Европу охватили протесты против Болонской системы», читаем на сайте http://direct-action.org.ua/.

    «20 октября 2009 г. в Вене студенты захватили Академию изобразительных искусств, где внедрялась система Бакалавр/Магистр для преподавательского факультета и факультета изобразительного искусства. 22 октября, протестующих поддержали студенты Венского университета. Позже протесты распространились на другие австрийские города — Грац, Зальцбург, Клагенфурт, Инсбрук и другие. Солидарность с венскими протестующими выразили студенты из ряда городов Италии и Хорватии. Австрийская волна протестов в скором времени перекинулась на Германию: студенческие акции прошли более чем в 20 городах страны, среди которых – Берлин, Майнц, Эссен, Гейдельберг, Мюнхен и другие». 17 ноября в День студента акции солидарности были поддержаны активистами с Украины.

Противники нынешних реформ в сфере образования, среди них норвежская группа Norsk Studentunion (NSU) осуждают резкое снижение стандартов образования, ориентацию на рынок и бюрократизацию образования. (gazeta.univ.kiev.ua).

 

система для «народа»

Ничего нового не было предложено в области реформирования образования либерал-министрами РФ. В 2003 г. страна покорно присоединилась к Болонскому процессу, словно не замечая протестов в Европе. Причина была простая: «либерализованные» правительства СНГ, выполнив требования «Вашингтонского консенсуса», распродали за бесценок активы в частные руки и очередной раз сидели без денег на модернизацию гособразования.

Идеологи и финансисты Болонского процесса предлагали вузам стран СНГ, давно в большинстве не видевших современного оборудования, финансовые средства на оснащение лабораторий, на программу «мобильности» преподавателей и студентов — в обмен на отказ от подготовки специалистов (и инженеров в том числе) и заменой их двухуровневой градацией: бакалавр/магистр. Еще приехавшим делегациям организаторы сразу рекомендовали войти в «группу поддержки» Болонского процесса, участники которой будут ездить в европейские вузы, как к себе домой.

Конвенция все перевернула в школах и вузах РФ, о чем писала Елена Галкина в статье «Болонские тайны» (АПН 13.07.2005 г.).

«Последнее десятилетие отмечено беспрецедентным количеством инициатив «сверху» в сфере образования… Они обернулись валом проектов реформирования: от госстандартов образования и «концентрического» 12-летнего обучения в школе до ЕГЭ, профильной школы, кредитов ГИФО, системы бакалавриат — магистратура в вузах, перевода многих вузов с федерального уровня на региональный и других программ. Такая активность официально объясняется крайней нуждой реформировать нашу систему образования в связи грядущей интеграцией России в ВТО и вступлением с 2003 г. в так называемый «Болонский процесс»».

Текст Конвенции перевели на русский лишь в 2005 г.(Википедия), но он был первоначально также непонятен большинству в РФ, как и в других странах, присоединившихся к Болонскому процессу, ведь мы мало знали, что произошло в Европе.

Читатели, уже знакомые с процессами «либерализации» Европы, вполне поймут цели перечисленных Е. Галкиной нововведений.

Двенадцатилетнее обучение вводится для того, чтобы местная молодежь дольше училась и позже стала претендовать на рабочие места, ибо именно она в результате политики взимания налогов исключительно с местного населения является экономически невыгодной для бизнеса рабочей силой. ЕГЭ нужно в первую очередь не для образования, а для увеличения платных услуг, введя которые либерал-власти отчитаются ростом ВВП. Образование в средней школе, как это уже знают читатели, знакомые с образованием в Германии, должно обеспечивать знания, позволяющие обслуживать бензоколонку.

Рассмотрение всех аспектов Болонского процесса выходит за рамки моей статьи, поэтому я прокомментирую лишь публикации, касающиеся тенденции деиндустриализации.

С. Г. Кара-Мурза в статье «РФ и Болонская конвенция» (http://www.contrtv.ru/) пишет о советских достижениях в подготовке инженеров и ученых. «После запуска первого советского спутника влиятельный американский обозреватель У. Липпман написал: «Это их лидерство не может быть объяснено некоей удачной догадкой при изобретении устройства. Напротив, оно свидетельствует о наличии в СССР множества ученых, инженеров, рабочих, а также множества высокоразвитых смежных отраслей промышленности, эффективно управляемых и обильно финансируемых».

Профессор Владимир Сухомлин (http://www.segodnia.ru/content/123799) в статье «Мина под нацию» особенно выделяет в качестве последствия Болонского процесса то, что «нанесен страшный удар по системе инженерного образования. Разгром инженерного образования проходил на фоне лицемерной демагогической кампании о необходимости подготовки вузами выпускников, которые бы максимально удовлетворяли потребностям бизнеса в кадрах. И при этом осуществлялось противоречащее этим лозунгам и здравому смыслу массовое сокращение числа специальностей с пятилетним образованием, которые упразднялись или заменялись четырехлетним бакалавриатом. И это делалось несмотря на то, что тогда (да, и в настоящее время тоже) ситуация с бакалаврами была однозначной — бакалавры попросту были никому не нужны. Тем более они не нужны для развития инновационной экономики, а именно переход к такой экономике тогда уже повсюду декларировался и самими реформаторами как генеральная линия развития страны».

Приведя «либерализованные» страны СНГ к деиндустриализации, зарубежные советники решили закрепить это состояние надолго, ликвидировав саму подготовку инженеров, выбрав нужные креатуры для министров и их заместителей.

Инженеры в прежних технических вузах, попавших под Болонский процесс, не подготавливались уже 8 лет!

По мнению Дмитрия Лекуха, ведущего колонки в журнале «Однако» (http://www.odnako.org), чиновники, которые доказывают, что весь мир живет по правилам «Болонки», обманывают несведущих людей. «…Внедряемая у нас «болонская система» там — «народная»»… Где учится элита, «обычному «человеку с улицы» с любыми «баллами местного ЕГЭ» дорога наглухо закрыта».

На сайте (http://znatnado.ru/-kolonki_page_420) помещена статья «Европа душит образование в России», в которой говорится об уничтожении инженерной школы и подтверждается, что «Болонку» не приняли в элитарных вузах Европы.

«Русская инженерная школа, сложившаяся уже в конце XIX века — всегда имела высокий авторитет в мире. Этим мы во многом обязаны четко структурированным квалификационным уровням дипломированных специалистов-инженеров, воспитываемых через системы ПТУ, техникумов, вузов;  —  каждая из данных  подсистем в свою очередь функционально и методологически отработана. Так, в технических вузах ядром служили общеинженерные дисциплины, которые опирались на физико-математический фундамент и, в свою очередь, служили базисом любых инженерных направлений, обеспечивая органичную взаимосвязь теоретической и практической подготовки, широкий профиль специалистов. Время показало, однако, что ни одна из ведущих западных стран не пожертвовала (!) самобытностью своей инженерной школы, были найдены и успешно применяются иные, «не болонские» методы интеграции. И только в нашей стране «Болонья» оказалась «манной небесной» для чиновников от образования».

Заведующий кафедрой кибернетики МИЭМ НИУ ВШЭ Валерий Афанасьев в интервью РИА Новости, считает, что инженерам нужно давать магистерское образование.

«Год назад я был на Международном конгрессе по автоматическому управлению в Вене, и представители Венского технического университета активно критиковали новую систему подготовки инженеров… Нынешний бакалавр  — это немного улучшенный техник, его уровень подготовки явно ниже, чем у специалиста».

В. Афанасьев лишь рассуждает о желаемых изменениях, а в это время чиновники от образования деловито рушат систему инженерной подготовки.

Ликвидировав подготовку инженеров в вузах, зарубежные и местные советники взялись за военно-инженерные училища, протолкнув «реформу», при которой уже была отменена подготовка военных специалистов, а навязана «Болонская система».

Об этом сообщается в статье «Шойгу ищет виновных в развале системы военного образования» ((http://www.trud.ru/article/23-11-2012).

«По инициативе экс-министра обороны Анатолия Сердюкова реформа была осуществлена на два года раньше запланированного срока. Ее результатам стала ликвидация большого числа вузов и семикратное сокращение кадрового состава».

Закрытие училищ нередко сопровождалось уничтожением материальной базы, увольнением (якобы по возрасту) преподавателей высокой квалификации. Кто подготовил эту «реформу», режиссировал ею, подобрав исполнителей, в результате чего был нанесен урон военному образованию, остается неизвестным.

После прихода на пост министра обороны Сергея Шойгу, сообщалось в статье, «в 2013 году военные вузы отменят обучение по Болонской конвенции. При этом ведущие университеты и училища будут переподчинены главкомам видов вооруженных сил и командующим родами войск». (http://www.trud.ru/article/23-11-2012).

Министр обороны С. К. Шойгу, в 2013 г. сделав этот шаг, был вынужден обратиться к отправленным в отставку или ждущим ее специалистам, остаться еще на несколько лет, чтобы восполнить потерю военно-инженерных кадров после «Болонской реформы».

А ведь именно военные инженеры и техники, строители, медики помогали царской России сохранять кадры от «утечки». Невозможно было другим странам тогда переманить к себе железнодорожников, связистов, механиков, военных хирургов: все они были обязаны служить установленное число лет. Если хирург Н. И. Пирогов получал за счет государства бесплатную стажировку в Дерпте и затем в Западной Европе, то был обязан дополнительно служить в государственном госпитале еще 5 лет.

Кто из здравомыслящих людей после того, что было сотворено с военным образованием, поверит, что министры ЕС, уничтожившие практически всю наукоемкую промышленность Восточной Европы и Евразии, вдруг решили создать конкурентов своим вузам еще в десятках стран Восточной Европы и Евразии? И якобы «гармонизировать» их развитие и дать им право выдавать европейские дипломы.

Уже крах «перестройки» показал, что направить нашу экономику на сбыт товаров в Европу, значит, разориться и потерять рынки в странах третьего мира. То же с системой образования. Ожидать, что у нас будут учиться студенты из Европы, — опасная утопия. Европейцы же, конечно, будут стараться выкачивать наши кадры. Уповать же на европейские средства в период глобального кризиса тоже нереалистично.

Великий хирург и реформатор Н. И. Пирогов прозорливо писал, что, не научившись помогать самим себе (!), нельзя надеяться на эффективность международной помощи.

 

Магистры и инженеры

 

В статье в газете «Новый Петербургъ» (2005. 2 июня) «Прекратить выпуск инженеров – это безумие» я отстаивал необходимость сохранения инженеров, объясняя, насколько различна идеология подготовки магистра и бакалавра. Приведу основные положения.

Чтобы охарактеризовать международные требования к специальности инженера-проектировщика, возьмем энциклопедию «Британика» 2002 г.

В ней говорится, что инженерное проектирование может требовать знаний разных областей наук: гидравлики, термодинамики, ядерной физики. Оно включает в себя умение ориентироваться в технологии материалов, методах наиболее рационального проектирования, концепциях проектирования и выбора наиболее экономичных материалов. Инженер рекомендует схему, необходимый объем заказа и оценивает его приблизительную стоимость. Инженер ответствен за процесс проектирования, документы, чертежи, спецификации, должен стараться конкурировать с тендерной ценой. Инженер осуществляет надзор за проектированием, сертифицирует окончание работ.

Внимание: согласно концепции «реформы» образования, таких специалистов в России больше не будет. А ведь все, что вас окружает: архитектура, мебель, посуда, часы, аудио- и видеотехника, компьютеры — разработано инженерами. Я уже не говорю о том, что вооружение нам никто не собирается подарить или дать взаймы.

Что касается магистров, которые должны заменить инженеров, то, во-первых, никто не может сказать, чему их предпишут учить, ведь все приказы по части высшего образования будут приходить из-за рубежа. Во-вторых, мышление магистра коренным образом отличается от инженерного — это исследователь, умеющий расчленять явления на факторы. У магистров не будет навыков проектирования, расчета и разработки аппаратуры, выполнения чертежей приборов и конструкций. Необычайно опасна необратимость: редкий «чистый ученый» способен стать позже инженером. Наоборот, высокая адаптивность инженерной подготовки позволила выпускникам технических вузов работать в сфере науки, экономики, менеджмента, сферы услуг, бизнеса и др.

Важнейшая особенность инженера — учитывать все требования заказчика одновременно, чтобы машина будет с мощным двигателем, развивающим высокую скорость, — но управляемой, безопасной, комфортабельной, потребляющей мало топлива. Этот стиль мышления не вырабатывается при подготовке исследователя-магистра.

Нашим заводам и фирмам нужны не исследователи, а квалифицированные инженеры, проектировщики, которые создадут новые товары для рынка. Проектирование даже кастрюли резко обостряет все проблемы взаимосвязи научных знаний. Требуется увязать множество знаний, искать важнейшие параметры в патентах и авторских свидетельствах. Эти знания не преподаются магистрам.

Конвенция, возможно, и есть реализация замысла деиндустриализации России глобалистами Римского клуба. Первым стал носиться с этим замыслом в 1990-е «шокофил» Гайдар, изложивший идею без затей: промышленность после «реформ» уже стоит, а вузы, вот странно, еще работают. Надо их закрыть или оставить десяток.

У нас практически нет инженеров, способных создавать товары для рынка. Это иная специфика, когда требуется начинать не с технического задания, а с потребностей покупателя. Для обновления же современной техники нужна работа целой команды специалистов-инженеров, которых и должны готовить вузы.

 

тайны «Либеральных» запретов

Одно из самых интересных интервью о реформе образования дал корреспонденту «Газеты.ru» Елене Мухаметшиной (2013. 25 нояб.) Сергей Рукшин, профессор РГПУ им. А. И. Герцена, научный руководитель лицея № 239 в Санкт-Петербурге. Того лицея, из которого вышли два выдающихся математика, удостоенных Филдсовской премии — Григорий Перельман и Станислав Смирнов, а ученики лицея завоевали более 90 медалей международных олимпиад. Название интервью «Ломоносовых больше не будет» (приводится в сокр.).

Сергей Рукшин относится к самым ярым критикам нынешней реформы образования.

Он заявляет: «Я считаю, что 12 лет непрерывных реформ поставили наше образование на грань, за которой его уже не будет… Вместо специалиста, который социализирован в этой стране, мы даем бумажки недоученным бакалаврам, которые знают реальную жизнь хуже, чем выпускники техникума много лет назад. Они воспринимают страну как место работы. А место работы в случае чего можно и поменять. Мы утрачиваем и содержание образования, и его социальную функцию».

Педагог-новатор обращает внимание на то, что все решения в области реформы образования принимаются не специалистами-педагогами, а экономистами, которые потом не несут никакой ответственности за последствия реформ.

«Закон «Об образовании» «обсуждала» комиссия по развитию образования Общественной палаты, которую возглавляет один из идеологов реформы образования ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Он реформу придумывает, он же ее и одобряет — такое общественное обсуждение. Моя любимая цитата из «Теркина на том свете»: «Это вроде как машина скорой помощи идет: сама режет, сама давит, сама помощь подает».

Ужас наших реформ состоит не только в том, каковы они, но и в механизме принятия решений. Самый возмутительный пример, когда под покровом ночи, без объявления войны, в нарушение всех сроков был внесен закон о реформе РАН в Госдуму. Реформы образования проводились примерно так же. Только иногда создавалась иллюзия их общественного обсуждения. Реформы принимаются скрытно и без участия профессионалов».

Диктат советников-экономистов над наукой и образованием — типичен для «либерального» глобализма. Напомню, что от вопросов в области атмосферной химии, уменьшается ли озоновый слой в результате промышленной деятельности человека или усиливается ли от этого парниковый эффект — были оттерты все инакомыслящие ученые, а международные конференции на эти темы дирижируются экономистами.

Последние игнорируют также мнения учителей и преподавателей вузов. Зато на «замазывание» последствий провалов «реформ» бросается весь аппарат пропаганды.

«ЕГЭ признали успешным, теперь его решили улучшать. Но если те скандалы, которые сотрясают каждый год страну, — это успех, то, где неудачи.

Ярослав Кузьминов не построил ни одной образовательной системы, кроме своей Высшей школы экономики. Да и то с великими экономистами Ясиным, Шохиным и с финансированием Минобрнауки и Минфина. Он ничего не понимает в среднем образовании. Или мой коллега по матмеху ЛГУ Андрей Фурсенко, который всю жизнь занимался наукой, но не имел никакого опыта в среднем образовании, реформу которого проводил».

Сергей Рукшин спрашивает горе-«реформаторов»:

«Я создал в своей жизни несколько образовательных систем и консультировал их создание. От частной начальной школы до ведущего в стране математического центра образования одаренных школьников. Я могу предъявить результаты моей работы, а пусть реформаторы покажут свои».

Как и все выдающиеся педагоги России, С. Рукшин старается защитить учителя от произвола бюрократии. «У нас так мало великих учителей, потому что учителям приходится работать в скотских условиях. Вслед бумажной отчетности и бумажной аттестации рано или поздно последует «бумажная работа».

У них есть конкретные задачи — воспитание, социализация и обучение. Учитель делает это, тратя душевные силы. Сейчас же получается ситуация, когда мы детей должны учить по инструкции… Преступление против страны — позиционировать образование как услугу. Педагог не шлюха. Образование — это системообразующий институт нации, который мы утрачиваем».

Очень важны наблюдения выдающегося педагога о сформировавшейся под воздействием педагогических «реформ» молодежи:

    «…Дети, правда, серьезно изменились, причем в худшую для обучения сторону. Во-первых, это клиповое сознание. У меня студенты теряют нить лекции, логические связки за 2,5–3 минуты. Из-за этого они не в силах что-то выучить. То есть их можно механически научить дифференцировать, а вот развить мышление — уже нет.

Математика — это единственный предмет, который профессионально направлен на развитие мозга путем решения задач. Так вот: школа превратилась в свалку формул и рецептов решения задач. Месяц решаешь квадратное уравнение, вызубриваешь формулу. У детей очень плохо с памятью — из-за воплей идиотов о том, что дети перегружены, с них перестали спрашивать в школе. Еще у детей повышенный инфантилизм».

    Сергей Рукшин объясняет в интервью, что в США школа — социальный институт (то есть предназначена лишь для социализации детей). Однако и эту функцию она перестает выполнять. Американский педагог сказал С. Рукшину: «Если вы хотите знать, где ваш ребенок впервые попробует алкоголь, наркотики, сигареты и секс, не сомневайтесь, это произойдет в школе. А вот образование он там не получит».

    Быть математиком, то есть заниматься фундаментальной наукой, развивающей мозг, тоже не особо поощрялось в школах США и у работодателей, поэтому многие выпускники лицея, уехавшие за рубеж, работают аналитиками в банках.

    

упадок образования во «всемирной общаге»

 

Так называлась моя статья в газете «Новый Петербургъ» от 16.02.2006 г.

Все происходит в нынешнем «либерализованном» глобальном мире по железной логике, которой придерживается «либеральная» власть и ее зарубежные идеологи. Согласно этой доктрине, человек больше ничем не обязан Отечеству, стране в которой он родился. Ответной реакцией на провозглашение «мира без границ» стало ликование коррумпированных властей разных стран, сидящих у бюджетного мешка государств. Значит, и мы ничем не обязаны своему населению! Не требуется его ни учить, ни лечить, ни обеспечивать пенсиями.

В «мире без границ» правительства стран будут заинтересованы обучать молодежь только азам знаний, без которых невозможна работа в ларьке. Все остальное образование — за большие деньги. «Процесс пошел» во всех странах Европы: преподаватели из Франции сообщают, что уже студенты путаются в вычислении простой дроби.

Одновременно исчезает личностное взаимодействие преподавателя и студента, которое, как считает изобретатель сабвуферов А. Боуз, является главным фактором в обучении техническим знаниям. По мнению С. Рукшина, отсутствие такого личностного воздействия не позволит воспитать гражданина страны.

Европейские правительства, осознавшие опасность утечки кадров, стали удерживать специалистов у себя. Когда у нас попытались подготовить программистов в Германии, а затем использовать их в России, немцы сразу жестко ответили желающим: живете у нас и работаете у нас — только на таких условиях учим.

Жизнь показала прорехи в либерал-глобализме. Важнейшим фактором успешности глобальной экономики помимо перемещения рабочей силы является обеспечение новых районов бизнеса врачами, учителями, инженерами, службами милиции. Пока РФ от дефицита специалистов, необходимых для новых областей экономики, спасала высокая адаптивная способность выпускников технических вузов.

Депутат Государственной Думы четырёх созывов, бывший председатель Комитета по экономической политике и предпринимательству Е. А. Федоров говорит: «Упадок образования не является производной глупости специалистов этой сферы, это сознательный процесс сознательного строительства деградирующего образования в колонии, обслуживающей другие страны»( http://концептуал.рф/). А ведь американцы еще в 1983 г. говорили об опасности «образовательного разоружения» для своей нации.

«Либерализация» образования основана на передаче управления системой школ и вузов от государства к международным центрам, которые вырабатывают программы, предназначенные для закрепления деиндустриализации прежде развитых стран.

    Выработанные за рубежом программы не отвечают интересам школьников и студентов, а также их родителей. Поэтому программы принимаются с помощью экономических советников, не допускающих общественного обсуждения документов, полученных из международных центров. Главная цель — ликвидировать инженерное образование (в том числе военно-инженерное) в странах Евразии. Превратить образование из системообразующего института в выгодную продажу услуг даже за счет резкого снижения качества образования в государственном масштабе и обеспечить все условия для скупки уже подготовленных научно-инженерных кадров.

Все это ведет к еще большему ослаблению государственности «либерализованных» стран, ведь во всех странах и фирмах «кадры решают все».

ИГОРЬ ЗАХАРОВ

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *