ЛЮБИТЕ СКУЛЬПТОРОВ, ПОЭТЫ!

admin Статьи из газеты №44 (2013) 0 Comments

Так я бы немного перефразировала известное изречение. Но, конечно, не только поэты нуждаются в том, чтобы их память в граните или бронзе увековечил мастер ваяния. В этом смысле повезло на плодотворную дружбу со скульптором поэту, довольно известному не только в Петербурге, но и в Украине, являвшемуся членом Союза писателей России Алексею Полишкарову. Его образ, созданный скульптором Владимиром Козлюком, зрители могут увидеть на Осенней выставке в Союзе художников. Пока что это эскиз будущего памятника поэту, чей прах покоится на Смоленском кладбище. Поэзия Алексея живёт в памяти многих читателей, его стихи и непростой жизненный путь вдохновили и меня на памятные строки. Стихотворение «Памяти поэта» помещено в сборнике «Книга памяти», выпущенный в 2007 году под редакцией писателя Андрея Грунтовского. Тогда был составлен первый выпуск альманаха, хотелось бы видеть и последующие, потому что как-то мало душе писать имена ушедших в мир иной авторов только в храмовых записках. И часто поэт может запомниться не сборниками стихов, не членством в том или ином Союзе писателей, а буквально одним-двумя стихотворениями. Порой даже яркими, образными строчками. Ради которых и трудился, и жил, думая не только о себе, но и о своих современниках, которые нуждаются в образном, поэтическом восприятии мира, каким бы грустным он иногда ни казался…

Поэта не судите, люди.

Он сам себя сильнее судит.

И не карайте равнодушьем

Того, кто Господу послушен.

Святые строки берегите –

Они души его обитель.

Хоть нет её на карте мира, —

Звучит молитвенная лира…

Но таков, пожалуй, не только труд поэтов, а и труд скульпторов, искренне служащих своим творчеством лучшим идеалам отечественного искусства. Хотя об этих идеалах, об уникальной школе реализма сейчас нередко приходится вспоминать с ностальгической грустью. Причём, не только многим петербургским художникам, но и обычным жителям Северной Пальмиры. Ведь нередко в современном городе мы встречаемся отнюдь не с образцами классического гармоничного воплощения красоты. А нередко с воплощенной даже в скульптуре «модной» иронией, с каким-то недобрым, гротескным смехом. К тому же эти весьма спорные и в этическом, и в эстетическом смысле работы претендуют на особенно видное и удобное место под солнцем. Причем, не где-нибудь в провинции, а в признанной столице культуры. Что же, и памятники Чижику-Пыжику, и литературному Носу из произведений бессмертного Николая Васильевича Гоголя, и вызывающе карикатурная фигура основателя города – государя Петра I в самом сердце Петропавловской крепости – тоже портрет нашей эпохи, отражение общественных вкусов и настроений. Бунтовать, возмущаться по этому поводу вряд ли разумно. Быть или не быть тому или иному каменному или металлическому изваянию в городе решают, увы, совсем не вкусы его жителей. Порой вообще трудно понять, что, когда, почему может появиться в современном Петербурге с претензией на серьезный скульптурный проект. А конкурсы на проекты современных памятников, как полагают многие мастера, нередко проводятся хотя и гласно, но с участием сомнительного жюри, которое заведомо «протягивает» в лидеры определенный и кем-то, очевидно, заранее выбранный проект.

Тем отраднее узнавать, что в этой художественной непредсказуемости Петербурга всё-таки продолжают существовать добрые традиции персональных выставок скульпторов, на которых довольно полно можно познакомиться с современными мастерами, преданно и мужественно трудящихся в раз и навсегда избранной ими профессии. Вот и нынешний октябрь зал Союза художников на улице Большой Морской, 38 был согрет теплом души и творческого горения замечательного мастера-скульптора Владимира Андреевича Козлюка. Свой 75-летний юбилей автор вместе с коллегой и другом скульптором Петром Кривенко решил, как и положено творческим людям, встретить своеобразной выставкой-отчётом за годы надежд, сомнений и терпеливого сложного труда, каким, несомненно, является труд скульптора, нередко соединяющий в себе и работу архитектора, и усилия формовщика, и мысль инженера, и мастерство плотника…

Эта универсальность труда скульптора была понята и воспринята как норма, пожалуй, для большинства своих творческих работ Владимиром Андреевичем ещё в юные годы, во время обучения в городе Хусте, что находится в Закарпатье, в Украине. Даже необычную в тех краях фамилию своего первого педагога Владимир Андреевич запомнил на всю жизнь – Герц. Если обратиться к немецкому языку, то в переводе на русский это звучное слово будет означать не что иное, как сердце. Что же, именно сердечные движения, эмоциональные волнения обычно и являются тем движущим началом, которое заставляет художника браться за карандаш или кисть. А иных мастеров — и это бывает особенно удивительно, чудесно – воплощать образ в объемной форме, которая придает ему неповторимую достоверность, дарит как бы вторую, вполне реальную, жизнь. Добывал знания и мастерство Владимир Андреевич потом во многих учебных заведениях, студиях. Так, он увлеченно занимался скульптурой в студии военных художников имени Грекова в Москве, затем – в училище прикладного искусства в Ужгороде, в художественном училище имени Серова в Ленинграде, которое успешно закончил в 1974 году. Но было бы правильно отметить его стремление к постоянному обучению, совершенствованию мастерства – вольнослушателем он длительное время посещал занятия на скульптурном факультете Академии художеств, частным образом учился и у отдельных ленинградских, петербургских мастеров. И это обучение, к счастью, не испортило его природное дарование, не подавило масштабностью и величием прошлых веков, а помогло развитию таланта не в ущерб лучшим качествам отзывчивой души.

Владимир Андреевич Козлюк сохранил удивительную чистоту чувств, нежное отношение к тому, о чём повествуют миру его скульптурные образы, лирические герои, моделями для которых, чаще всего, являлись конкретные люди, с которыми автора связывала искренняя симпатия, дружба. Неслучайно и в портретном жанре, весьма любимом скульптором, чувствуется какое-то юношески романтичное, порой немного наивное восхищение теми качествами, которые делали эго героев людьми по-настоящему значительными, красивыми. Пожалуй, вполне естественно, что наиболее интересными темами таких образов являются у него образы женские. Но не менее привлекательной серией работ В.А. Козлюка являются и образы музыкантов. Интересно, что скульптор и сам в детстве занимался обучением игре на баяне, а потом, оказавшись в Петербурге, был увлечен слушанием классической музыки. Начиная с 1965 года, он постоянно посещает концерты в консерватории. Творческое горение скульптора было замечено и руководством консерватории, и музыкантами. Так что вскоре талантливому художнику, который не только вдохновенно слушал музыку, но и старательно делал наброски фигурок музыкантов, инструментов, было выдано разрешение на практически свободное посещение всех интересующих его концертных программ…

Стремление скульптора не только строить, лепить свои образы в согласии с классическими канонами, по правилу так называемого золотого сечения, отразилось и в его творчестве, выборе тем, героев своих произведений, но и в обычной жизни. Товарищи по искусству неизменно отмечали его доброту, принципиальность, порядочность, почему на протяжении многих лет избирали Владимира Андреевича в состав бюро секции скульптуры и различные комиссии, контролирующие органы Союза художников. А сам Владимир Андреевич как наиболее счастливые времена своей жизни вспоминал работу в составе творческих групп в Доме творчества имени Кардовского, где он бывал в 1975, 1976, 1977, 1984 годах. Рассказывал, что трудились художники в Доме творчества с особенным вдохновением, не отвлекаясь на жизнь внешнюю, почему и достигали нередко высоких творческих результатов. В немалой степени помогало этому и дружеское общение, естественно сложившийся между художниками эмоционально теплый климат.

Сравнительно недавно собралась и своеобразная команда друзей-скульпторов в Доме художников на Песочной набережной, 16, куда, кроме Владимира Козлюка, вошли не менее известные и талантливые скульпторы – Андрей Коробков и Сергей Бугаев. Эти разные и по возрасту, и по характеру, да и по физической комплекции, тоже играющей немалую роль в работе скульпторов, люди соединились, словно гармоничное трио, в работе над крупными проектами по воссозданию утраченных скульптур, некогда украшавших старинные здания в центре Санкт-Петербурга.

Пожалуй, самым заметным и крупным, красивым проектом такого рода стала работа по воссозданию декоративного картуша на фасаде Капеллы. Изящные фигурки пути, в просторечии называемые ангелочками, были, к слову, таких размеров, что для работы над их «оживлением», воссозданием надо было вначале варить арматуру, делать деревянный каркас, лестницы, а скульптору становиться и монтажником, и плотником, и формовщиком в одном лице. Даже видавший виды заказчик, придя в мастерскую Андрея Коробкова, где тогда работал дружный коллектив мастеров, был изумлен масштабами композиции, занявшей практически всю площадь весьма просторного помещения с высокими потолками…

К сожалению, работа над такими заказами, несмотря на сложность и важность воссоздания скульптурного образа Петербурга, как принято говорить, имени, особенной славы авторам не даёт. И обычные жители не увидят, как это бывает на художественных выставках, даже имени, фамилии мастера, который трудился над возвращением красоты и петербургским домам, и декоративного убранства церквей, резных иконостасов. Но Владимир Андреевич Козлюк рад, что своим трудом вносит вклад в сокровищницу искусства современного города, что и многофигурные композиции для фасада дома Ростовцевых-Лобановых на Исаакиевской площади тоже воссозданы с его участием.

Вообще, работает он по воссозданию скульптур весьма давно – с 1969 года. Это были, например, декоративные фигурки пути и орнаментальные мотивы в знаменитой Янтарной комнате, декор павильонов и убранства дворцов Пушкина и Павловска. Немало сил и труда отдал он и для восстановления убранства церкви Петра и Павла в Петродворце. Творчество скульптора неоднократно отмечалось правительственными наградами и специальными профессиональными дипломами — Российской Академии художеств, Союза Художников России, международных выставок и конкурсов.

Диапазон его скульптурного голоса весьма широк – то он воспевает мужество и красоту труда; то вздыхает вместе с возлюбленной парой, словно сам провожает на фронт молодого солдата; то играет вместе с музыкантом на скрипке; то восхищается простой радостью рыбаков, словно и сам поймал невиданную рыбину; а вот он как будто готовится и приглашает зрителей вместе со своими друзьями-грибниками пойти в осенний лес…

Душевное тепло и какая-то целомудренная, искренняя поэзия присуща не только мастерам слова, но и такому талантливому и скромному скульптору, каким является Владимир Андреевич Козлюк. Природная пластическая поэзия мастерски воплощена им во многих, созданных в течение напряженной творческой жизни, скульптурных образах. И хочется надеяться, что отданные искусству, людям силы будут ещё долго возвращать скульптору то тепло и любовь, которые помогали и помогают жить всем нам светло, долго и щедро. И любить, конечно, искусство петербургских ваятелей, ибо оно, как и подлинная поэзия, делает нас причастными к ценностям вечным, неизменно прекрасным.

 

ЕЛЕНА ЗАХАРЧЕНКО,

член Союза художников России

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *