МИГРАНТ ПОВЫШЕННОЙ ОПАСНОСТИ

admin Статьи из газеты №43 (2013) 0 Comments

Дети приезжих более криминальны, чем их родители

Второе поколение мигрантов намного опаснее для общества, чем первое. К такому выводу пришла социолог Бостонского университета Бьянка Берсани . Она исследовала две категории 16-летних подростков. Первая – это иммигранты, прибывшие в США. Вторая – дети мигрантов (мигранты второй волны), родившиеся в Америке. Так вот, согласно криминальной статистике, 17% подростков из первой группы совершили хотя бы одно правонарушение в течение последнего года. Показатели второй группы были существенно выше – 25%.

Повышенную криминогенность второго поколения иммигрантов Берсани объясняет обратной стороной ассимиляции – дети приезжих не защищены культурными традициями, как их родители. Например, если в окружении подростка — мигранта второго поколения — оказывается участник молодежной банды, имеется вероятность 23%, что молодой человек также совершит преступление. Стоит добавить, что выводы Берсани базируются на достоверном материале – данных Бюро статистики труда США, которое с 1997 году проводит национальное исследование молодежи.

Америка нам, конечно, не указ. Но выводы социолога Бостонского университета заставляют задуматься. За последние четыре года – по официальной статистике ФМС России – суммарный въезд мигрантов в нашу страну увеличился на 37%. И эти приезжие – далеко не образец законопослушности.

В феврале 2013 года прокурор Москвы Сергей Куденеев приводил такие данные: в целом в 2012 году мигрантами в Москве совершается каждое пятое убийство, каждое второе изнасилование, каждый третий грабеж и разбой.

В Санкт-Петербурге число преступлений, совершенных мигрантами, в 2012 году выросло на четверть. Начальник городского управления Следственного комитета РФ Андрей Лавренко сообщил: «Мигранты в Петербурге совершают каждое шестое убийство, каждое шестое причинение тяжкого вреда, повлекшее смерть, и каждое третье изнасилование». По словам Лавренко, более двух третей заказных убийств также совершаются мигрантами.

И такая планка преступности – если верить Бьянка Берсани – далеко не предел. Дети нынешних мигрантов (их родители достаточно легко получают российское гражданство как уроженцы СССР) будут еще более криминальными. Можно с большой долей вероятности предположить, что выходцы бывших советских республик, в конце концов, начнут создавать на новом месте мощные ОПГ. В результате, преступность среди второго поколения мигрантов в России вырастет не на 8%, как в США, а намного больше.

Накроет ли Россию «вторая волна» иммигрантской преступности?

– В Америке существует жесткий закон, и лица, которые в страну прибывают, первое время очень дорожат возможностью получить вид на жительство, – отмечает полковник милиции в отставке, доктор юридических наук, заслуженный юрист России Данил Корецкий.– Кроме того, они не имеют достаточного количества социальных связей, в том числе, в криминальной среде. По мере ассимиляции – приобретении статуса гражданина и связей (как правило, социально-негативных) – они совершают преступления более интенсивно. Отсюда и разница в уровне криминогенности между иммигрантами первого и второго поколения, о которой говорит Бьянка Берсани.

У нас, в России, никто не изучал ни мигрантов первой волны, ни второй. Хотя это можно было сделать – про миграцию речь идет уже лет двадцать. Думаю, в России у мигрантов нет сильного сдерживающего страха перед законом – в отличие от США. Возможно, в ряде случаев ограничения в поведении даже снимаются.

«СП»: – Что вы имеете в виду?

– Например, в Узбекистане действует очень жесткий уголовный закон. Поэтому узбеки, попадая в Россию, чувствуют, что прессинг закона здесь гораздо меньше. Плюс к тому, у нас они оказываются в диаспорах – этнических анклавах, которые в нынешней России встречаются повсеместно. Этим, кстати, мы существенно отличается от Соединенных Штатов – в маленьких американских городах анклавов до последнего времени не существовало, они были только в Нью-Йорке.

На российские анклавы долгое время смотрели сквозь пальцы, а данные по этнической преступности замалчивали. Был выдвинут глупый тезис, что преступник не имеет национальности. Но это все равно, что утверждать: преступник не имеет возраста, пола, образования. На деле, этническая преступность имеет свою специфику, ее нужно выявлять и изучать, искать способы борьбы с ней. Ничего подобного сегодня не делается.

«СП»: – Этническая преступность будет расти?

– Существует жесткая закономерность: 5% от количества населения – это преступники. Поэтому чем больше мигрантов – тем больше этнических преступлений.

«СП»: – Мигранты легче идут в криминал?

– Да, потому что в современной России путь незаконный всегда ближе к цели, чем законный. На днях была публикация: украинская журналистка рассказала, как пыталась устроиться на работу официанткой в Москве. Она описывает совершенно жуткие вещи – клетку, куда забивают бедных приезжих, очередь в ФМС, в которой люди выглядят, как загнанные звери. Это – картина с одной стороны. А с другой – бирюлевский убийца. Он у нас прожил 10 лет, попадал под суд, сидел. Если бы его последнее преступление не повлекло массовой реакции населения – возможно, он остался бы безнаказанным. Эти два примера показывают, что криминальный путь куда менее тернист, чем законный. Этот уродливый парадокс необходимо искоренять, об этом говорят на высшем уровне – но ничего не меняется…

– У нас нет адекватных исследований миграции, реальной статистики, прогнозов развития криминальной ситуации в регионах, где проживает много мигрантов, – считает заведующий отделом социологии фонда ИНДЕМ Владимир Римский. – В статистику не попадают нелегальные мигранты, поэтому мы не может определить даже базовые характеристики процесса – например, реальные темпы роста миграции. Это колоссальный недостаток нашей системы госуправления.

Наше счастье, что мигрантов во втором поколении у нас немного. Пока больше тех, кто в Россию приезжает на заработки, а те, кто остается жить в России, не отличаются высокими показателями преступности. Но ситуация вполне может измениться, когда мигрантов второй волны станет больше.

«СП»: – Почему вы так думаете?

– Проблема в том, что осевших в России мигрантов поддерживают этнические общины. Культурные нормы коренного населения эти общины не только не усваивают, но и отвергают. Если ситуация и дальше будет развиваться в этом направлении, конфликты между мигрантами и коренным населением станут только усугубляться.

Нам нужно четко вести учет мигрантов, в том числе – учет этнической преступности. Начинать нужно именно с объективной информации, причем следует сделать ее доступной для неангажированных исследователей. Именно такой подход позволяет, в частности, руководству США ориентироваться в ситуации с миграцией и делать прогнозы.

На мой взгляд, проблема не в цифрах этнической преступности в России. Проблема в том, что наши правоохранительные органы работают в реактивном режиме – реагируя на последствия. Объективные исследования как раз и нужны, чтобы ситуацию нормализовать. Чтобы, не доводя до края, аккуратно убрать из нее факторы, ведущие к росту преступности среди мигрантов. И чем быстрее власти это поймут – тем лучше…

– Мигрант и его потомок, ставший россиянином – люди с совершенно разной психологией, – убежден председатель координационного совета профсоюза сотрудников милиции Михаил Пашкин. – Над мигрантом всегда висит угроза депортации. Потому он ведет себя тише воды, и старается не совершать правонарушений. Его потомок-россиянин столкновения с законом боится куда меньше, и в криминал идет охотнее.

И есть куда: азиатские преступные группировки и сегодня существуют – на оптовых плодоовощных базах, рынках. Занимаются азиаты и наркотиками. Основной трафик зелья в нашу страну идет через киргизов, таджиков, узбеков. Наркотики они везут в фурах с фруктами – толком большегрузные автомобили никто не досматривает.

«СП»: – Влияние азиатских группировок растет?

– Пока они делят свой бизнес с нашим, российским криминалом. Иногда даже платят дань – Солнцевской, Химкинской, Долгопрудненской ОПГ. Но когда окрепнут – платить перестанут, это очевидно.

Сейчас у узбекских, киргизских и таджикских группировок идет период накопления капитала. А когда они накопят денежек – будут действовать, как кавказские группировки. То есть, широко использовать коррупционные схемы. За деньги у нас можно многое. Например, отбыть срок заключения с комфортом – с телевизором, девочками. Знаю, такая зона есть в районе Байкала – своеобразная «зона отдыха» для высокопоставленных преступников. Или выкупить своих. Так что у азиатов еще все впереди…

Фото Валерий Мельников/ РИА Новости

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *