Заметки о будущей войне.

admin Статьи из газеты №17 (2013) 0 Comments

21.04.2013

В последнее время среди патриотически-озабоченной общественности распространились в очередной раз панические настроения, выражающиеся в изложении последних американских наступательных операций в следующем истерическом стиле. «Сперва была Ливия, теперь Сирия, потом будет Иран (Китай, Средняя Азия, Украина, Зимбабве и так далее по вкусу), а потом – МЫ!». В смысле Россия.
Я не разделяю этой истерики, потому что считаю, что пусть ОНИ боятся огромности той задачи, которую им необходимо решить. А мы должны заниматься не запугиванием друг друга, а поисками путей к нашей Победе.

То есть взвешиванием своих слабостей и сильных сторон, изучением того же самого у противника, прогнозом различных вариантов Будущего, для того, чтобы выиграть войну теми силами, теми методами, и в тех местах которые будут нам доступны.

Цель настоящего цикла заметок видится мне следующим образом – высказывание некоторых своих мыслей о предстоящей «горячей» войне Запада против России. Я специально озаглавил это как «заметки» поскольку совершенно не претендую на изложение сколько-нибудь цельного образа этой Войны, да это, наверное, и непосильная задача для одного человека.

Я хочу написать о неких более-менее очевидных формах развития современных тенденций и противоречий. То есть это будут и отдельные развернутые главы, и, по сути, обрывки мыслей. Которые, в свою очередь, окажутся ценными для кого-то другого, кто их развернет и распакует.

Что касается моего метода анализа, то я считаю, что правильно поставленный вопрос несет в себе большую часть ответа. Поэтому во многих местах я буду ограничиваться постановкой вопросов, а не поиском ответов на них.

Я надеюсь, что все написанное мною будет кем-то компетентно раскритиковано и развито, а в чем-то и опровергнуто. Потому что тема заметок слишком важна, чтобы охотится исключительно за моим собственным копирайтом на мысли. Мне было бы куда приятнее, если бы множество людей задумалось об изложенном и о самой теме, если бы возникли известные, и неизвестные мне споры о моих заметках, если бы хоть какая-то из этих мыслей добралась до лиц принимающих решения перед часом «Ч», а если час «Ч» подтвердит правильность одних суждений, то пригодятся и другие мои выводы.

Исходными точками для моих рассуждений послужат следующие аксиомы:

1. Горячая война с Западом (специально пишу Запад для краткости, подробности потом) НЕИЗБЕЖНА! Уже только приняв факт ее неизбежности, мы сможем надумать много правильных мыслей и принять много правильных решений. Думаю, что не мы ее начнем, но закончить ее должны именно мы.

2.Многие люди далекие от этой темы считают, что войны с США не будет, поскольку единственная возможная ее форма, о которой они знают, это запуск множества ракет и ядерный Апокалипсис длительностью в полчаса. Так вот, война – это не запуск ракет. Массированного применения стратегического ядерного оружия НЕ БУДЕТ. Поскольку его массовое применение отдаляет обе воющие стороны от целей войны. Можно допустить вероятность применения какого-то количества тактического ядерного оружия и разового применения баллистических ракет с ядерными боеголовками.

3. Третьей отправной точкой рассуждений является НАША Победа. Учет неблагоприятных для нас факторов, вероятностей и соотношения сил должен вестись не для оправдания наших поражений, а для закладки фундамента наших побед. Так что никаких других вариантов исхода войны не рассматривается. Заодно не рассматриваются моральные, религиозные и прочие возможные ограничения, мешающие конечному результату.

Итак, как сказал один из величайших героев в Русской Истории: «Поехали!!!»

НЕУСТРАНИМАЯ СЛАБОСТЬ США

У Соединенных Штатов Америки есть слабое место, от которого они не смогут избавиться не при каких обстоятельствах. Этим слабым местом является противоречие между целями и интересами США как национального государства с определенной территорией, народом и историей и между ролью Соединенных Штатов как мирового гегемона.

Собственно одна из задач нашей стратегии — это создание условий, при которых исполнение США своей роли как мирового гегемона будет угрожать его существованию как государству.

Одно важнейшее следствий из этого противоречия.

У США как мировой державы, естественно, есть своя инфраструктура для управления миром. Она всем известна, это:

· Международный Валютный Фонд,

· Мировой Банк,

· Федеральная Резервная Система,

· Это место США в Совете Безопасности ООН,

· Всемирная Торговая Организация

· и огромное количество других структур.

Мировое право в изрядной степени создано США и для США, для поддержания их лидерства. Вообще мы живем в мире, который по построению устроен так, что они на вершине пищевой цепочки. И каждой стране в этом управляемом мире определено свое место. Которое многих, по меньшей мере, устраивает.

Но, к сожалению для США, их роль как мирового лидера подразумевает не только права, но и обязанности. Они обязаны поддерживать эту структуру мира, поддерживать ту структуру ресурсных и информационных потоков, которая имеет место быть.

И вот оно следствие: Война с США – это война с самим нынешним миропорядком. И, например, предложение новой модели авторского права – это удар по США, нарушение торговых путей где-нибудь на краю света это удар по США, непонятно кем организованные убийства американских граждан на другом конце света – это удар по США, нарушения работы мировых платежных систем типа Visa и MasterCard – это удар по США. На эти удары они будут вынуждены реагировать.

Короче, наша задача для достижения наших стратегических целей – ОБРУШЕНИЕ МИРОСИСТЕМЫ в ее нынешнем виде. И слабых мест у нынешнего мироустройства не одно и не два, и количество людей им недовольных также огромно.

В рамках этой концепции у нас появляется много возможных ходов, которые причинят ущерб противнику, и не будут иметь решающих негативных последствий для нас. Они, просто по определению, не смогут прикрыть все и везде. Важно действовать активно и изобретательно.

Для примера, американское господство на море в его нынешнем, вполне классическом, смысле слова вполне опровергается с помощью разработки и производства в огромных количествах интеллектуальных мин и подводных беспилотников. Которые будут маскироваться под рыб и стаи рыб. Причем возможно даже без системы опознования «свой-чужой». Что смогут сделать авианосцы в море, где будет невозможно само мореплавание в принципе? Как мировой гегемон сможет сохранить торговые пути, на которых основано его могущество, если этих путей не будет вообще? Это, кстати, не фантастика, как многие думают.

ПОЗИТИВНЫЕ ЦЕЛИ ВОЙНЫ

Хотелось бы поделиться парой мыслей о Русских целях в этой войне. Не тех целях, о которых будут говорить на митингах, а реальных целях. В случае достижения которых послевоенный мир для России будет действительно лучше довоенного.

Если честно, вначале я хотел рассмотреть ситуацию сперва с точки зрения геополитики, потом геоэкономики и геокультуры, а в итоге наплевал на все и выписал несколько простых тезисов, ради которых действительно стоит пойти на многое.

Так вот:

1. Лишение Соединенных Штатов Америки статуса державы гегемона. Не уничтожение их государственности, высадка на Восточное побережье и красный флаг над Капитолием, несмотря на крайнюю эмоциональную привлекательность такой картины. Вполне достаточным является их неспособность значимо влиять на судьбы остального мира в течение какого-то времени, за которое мы успеем поменять многое в выгодную нам сторону.

2. Уничтожение Европы как культурной, демографической, экономической и технологической величины. Переход к модели взаимоотношений Россия-Европа по образцу Рим-Греция. Для дальнейшего развития человечества, и России в частности, такое явление как «западничество» должно быть преодолено в мировом масштабе. Если не будет Запада как привлекательного образца и меры всех вещей, откроется куда больше пространства для творчества во всех сферах человеческой деятельности. В том числе и для самих людей Запада. Кстати, напрашивается вывод о том, что война в Европе, должна быть как можно разрушительнее и истребительнее для европейской культуры. Sapienti sat.

3. Воссоединение русских земель. Эта война должна стать для нас тем, чем для Германии стала франко-прусская война 1870-1871. В ее конце мы должны провозгласить Российскую Империю в новых границах. Как бы эта Империя не называлась.

4. И, наконец, главное. Технологический и социальный скачок. Война должна стать глобальным разрушением политических, социальных и мировоззренческих ограничений развития. И результатом снятия этих тормозов станут и новая энергетика, и новое расселение, и новая экономика на новой технологической платформе и изменение самого человека, как биологического вида. По сути, речь идет, о том, что мы разрушим одно мироустройство и создадим на развалинах новое. Планируя эту войну, Россия должна не просто планировать боевые операции на различных театрах военных действий, а планировать новый облик мира.

КОАЛИЦИОННАЯ ОБСТАНОВКА, ОСНОВНЫЕ ТВД

Естественно, война против нас будет войной коалиционной по куче очевидных причин. Любая разумная стратегия игры за Соединенные Штаты должна опираться на два очевидных факта:

1. Американская армия, флот и ВВС есть главные ударные силы любой проамериканской коалиции. И именно им придется тащить на себе главный груз войны с Россией.

2. Необходимо максимальное вовлечение максимального количества союзников для двух целей: во-первых, использования сильных сторон каждого из этих союзников непосредственно для боевых действий, а во-вторых, широчайшая коалиция политически необходима для того, чтобы представить эту войну как борьбу Сил Света (США и союзники) против Сил Тьмы (Россия).

Здесь же в этой коалиционности кроются и риски для Соединенных Штатов.

Риск первый. Пусть даже многие из американских союзников готовы встать смирно в ответ на ЛЮБУЮ американскую команду, но в любом случае есть процедуры принятия и формального согласования решений и они должны быть соблюдены. Что замедляет процессы принятия этих самых решений. А есть у США и союзники, которых надо убеждать, уговаривать и учитывать их позицию, что тем более затрудняет и замедляет управление. При этом при неудачах американского оружия коалиционные проблемы будут нарастать, а не уменьшаться. При определенных обстоятельствах у самых безгласных рабов появляется собственное мнение, инстинкт самосохранения подсказывает.

Риск второй. Для максимальных по силе ударов по России требуется максимальное привлечение войск союзников. Что требует извещения союзников о своих планах и привлечения их к планированию. Подозреваю, что информация, которую знают какое-то количество людей в Пентагоне еще можно сохранить от Русской разведки, но если ту же информацию отправить и во все штабы НАТО, то можно ее заодно и отправлять сразу в Российский Генеральный Штаб, все равно она станет там известна. Таким образом, у американцев будет постоянный и мучительный выбор между силой удара и его внезапностью. Если же говорить о конкретной конфигурации противостоящей нам коалиции, то основной вопрос, которым стоит задаться звучит следующим образом.

Учитывая тот факт, что Евросоюз для США является еще более опасным долгосрочным конкурентом чем Россия, выступят ли они против нас вместе или это будет конфликт России против одного из этих игроков ??? Я намеренно употребляю слово Евросоюз для краткости, чтобы не говорить, что имею в виду его ключевых игроков.

Так вот, мой ответ на этот вопрос. Поскольку обычно самым вероятным (не самым разумным, а самым вероятным) сценарием развития событий является сценарий инерционный, то самый вероятный вариант это наша конфронтация со всем блоком НАТО как единым целым. Два главных фактора этой инерции:

· Инерция бюрократических структур. В данном случае я имею в виду инерцию более 60 лет антисоветского и антироссийского планирования в рамках международных структур самого альянса НАТО и национальных военных организаций. Они готовятся к войне с нами 60 лет!! Это даже ни хорошо, ни плохо, это факт. Нынешние командующие НАТО всю свою военную карьеру с курсантских времен готовились воевать с Россией. Нынешние структуры НАТО были созданы для войны с нами и имеют огромную инерцию в своей деятельности. Военно-промышленный комплекс стран НАТО развивался, и разрабатывал оружие для войны с Россией-СССР.

· Инерция массового сознания европейцев и американцев. Американцев и европейцев долгие годы целенаправленно обрабатывали и обрабатывают антисоветской и антироссийской пропагандой, да и вообще маломальское знание истории взаимоотношений России и Европы как-то не порождает надежд о массовой любви европейцев к русским.

Таким образом, любой европейский и американский политический деятель, который будет рационально считать, что война с Россией невыгодна по таким-то и таким-то соображениям, будет вынужден считаться с двумя вышеуказанными факторами. Точнее для реализации своих рациональных суждений он должен будет преодолеть эти инерционные факторы. Это задача достойная Геракла!! Ну, или в данном роде деятельности Бисмарка или кардинала Ришелье.

То есть повторюсь, можно привести множество аргументов почему, например, европейцам не стоит вписываться в американские авантюры (если США нападут на Россию) или в американские проблемы (если нападет Россия). Также можно привести тезисы, почему США могут получить максимум выгод, оставшись в стороне от русско-европейских разборок. А можно легко придумать рациональную аргументацию с точностью до наоборот.

НО!! Этот мир не всегда рационален. Силы добра обычно одерживают победу в битве с силами разума)) И наиболее вероятен самый примитивный вариант, то есть, конфликт Россия — страны НАТО. Люди, мыслящие в категориях стратегических игр типа «Civilization» обычно высказывают суждения, что в случае нашего конфликта с Западом, на нас немедленно нападет Китай и наступит конец света. В смысле китайцы нас захватят. Есть значимые аргументы в пользу того, что Китай будет мечтать только о том, чтобы его в этот конфликт не втянули. В смысле на любой из сторон. 

Вот они:

· Неучастие в конфликте — это самое рациональное для них решение. Если победят США и их союзники, то Китай откусит от России все, что захочет без всякого риска. И речь тут не только о территориях. А сильно измученный войной Запад согласиться с любыми китайскими приобретениями в обмен на признание Китаем приобретений Запада. Если победит Россия, то нам тоже придется очень дорого заплатить Китаю за признание им новой структуры мироустройства. Если война закончится неопределенно, с единственным результатом в виде истощения обоих сторон, то обе стороны будут дорого покупать доброе отношение Китая, а его сравнительная мощь вырастет до огромных пределов. Зачем же рисковать участием в глобальной войне, если можно получить все что захочешь без войны?

· Глобальные завоевательные войны единого Китая против сильных противников как-то в истории Китая не встречаются. Они, обычно, решали проблемы аграрного перенаселения, а попросту избытка людей грандиозными гражданскими войнами. Европейские достижения в таком взаимоистреблении не идут ни в какое сравнение с китайскими. Так и сейчас, острейшие китайские противоречия выгоднее решать управляемыми гражданскими войнами внутри самого Китая, если уж их невозможно решить мирно.

Кстати, с точки зрения того, что мы воюем против существующего миропорядка, нашими врагами (ну точнее скорее жертвами, а не врагами) становятся монархии Персидского Залива. Ничего личного, они со своей нефтью и своими деньгами в западных банках являются одним из столпов нынешнего мироустройства. Чтобы лишить Европу поставок нефти проще все-таки разрушать Эд-Даммам или Джидду в Саудовской Аравии, чем Роттердам в Голландии.

Теперь о важнейших театрах военных действий этой войны. Я намеренно буду пользоваться не официальными (нашими или натовскими) названиями различных ТВД, а воспользуюсь названиями стран или местностей. Для большей же наглядности я постараюсь для каждого ТВД привести какие-нибудь исторические аналогии. То есть, каким войнам прошлого будут более или менее аналогичны операции на данном театре военных действий.

Итак, начнем с Севера. Северный ТВД. Это Северная Норвегия, Кольский полуостров, полуостров Рыбачий, Земля Франца-Иосифа, Новая Земля, Шпицберген. Земля Франца-Иосифа и Новая Земля является крайне соблазнительными объектами операций вражеского флота. Захватив, например, Землю Франца-Иосифа они могут вести очень опасные для нас воздушные операции оттуда. Ближайшая, на мой взгляд, историческая аналогия это Фолклендская война Англии с Аргентиной 1982 года. Это также как и тогда будут действия флота, авиации и, сравнительно немногочисленных, но высокоподготовленных пехотных подразделений в сложнейших климатических условиях.

Собственно главный ТВД – Европейский. Место столкновения главных сил противников. Место массированного применения самых современных вооружений и наибольших разрушений и жертв. Это Европейская часть России, Белоруссия, Прибалтика, Польша и вся остальная Европа за исключением нейтралов. Украину рассмотрим отдельно чуть позже. Можно строить предположения, что после первых столкновений линия фронта установится, если нам повезет то, по примерной линии Калининград – Брест, если повезет меньше, то по линии Рига-Брест. Предполагаемая мной историческая аналогия, мягко говоря, неортодоксальна. Подозреваю, что будет происходить что-то подобное событиям на Западном Фронте Первой Мировой Войны. Объяснения будут в одной из последующих глав. Здесь же ограничусь одним замечанием, длина линии Калининград-Брест примерно 400 километров, Рига-Брест – примерно 600 километров. Плотность войск будет, мягко говоря, высокой.

Украина. Там конечно будет весело. Как и всегда. Украина в ее нынешнем виде не представляет для любой из сторон войны ни ценности как союзник, ни опасности как противник. Различные украинские ресурсы ценность представляют, а Украина как организованность нет. При начале конфликта, Украина по внутриполитическим причинам не сможет занять никакую однозначную позицию. Ни за Россию, ни против. Потому что это будет означать в лучшем случае немедленный паралич государства, в худшем немедленную гражданскую войну. Украинская элита это естественно понимает и будет всячески тянуть время, не принимая никаких решений. В сущности, это будет апофеоз политики многовекторности. На украинскую элиту прольется настоящий золотой дождь русских и западных денег, которыми будут покупаться ситуативно выгодные нам или Западу решения. Конечно, для нас неучастие Украины в войне в любом качестве самое выгодное решение. Но маловероятное на перспективу хотя бы больше нескольких месяцев. Поскольку европейский конфликт это немедленный социальный и экономический коллапс Украины, то недалек и коллапс политический. Короче, гражданская война неизбежна. И историческая аналогия для всего этого будет однозначной – Руина 1657-1687 годов. Мы увидим взятки космических масштабов, феерические предательства и эпического масштаба зверства совершенные руками украинцев над украинцами же. Закончится, скорее всего, это повторением Освобождения Украины в стиле 1943 года по многочисленным просьбам украинских трудящихся.

Кавказ и Турция. Турция — это член НАТО, если кто-то забыл. Парадокс в том, что хотя Турецкое руководство вряд ли будет испытывать особый энтузиазм от этой войны, но зато сама Турция будет являться самой геостратегически привлекательной целью для нас. Если мы будем воевать на территории Турции, а лучше быстро ее разгромим, то этим мы автоматически стабилизируем Кавказ. Грузия и Азербайджан в отсутствии наземной связи с Западом будут вести себя тихо как мыши. Кстати разгром Турция автоматически лишает НАТО быстрой связи между Европейским и Среднеазиатским ТВД. С территории Турции становится куда ближе Персидский Залив, как источник европейской и американской нефти. Полагаю, что при должной нашей подготовке Турция вполне может стать похожа на Польшу образца 1939 года, а потом на Афганистан 1979-1989 годов. К сожалению, если мы не будем действовать наступательно, то на Афганистан станет еще более чем сейчас походить весь наш Кавказ.

Среднеазиатский театр военный действий. Это Туркмения, Узбекистан, Таджикистан, Афганистан, возможно Киргизия и Пакистан. Россия находится на Севере, американцы в Афганистане на юге. Остальные вышеназванные это больше поле боя, чем игроки. Больше всего это будет похоже на Германию (в смысле различные германские государства) времен Тридцатилетней войны 1618-1648 годов. И последствия такие же, как тогда. Это и хаотическая смена сторон мелкими игроками, причем по многу раз. И возможное формирование главными противниками наемных армий из местного же населения для истребления другой части местного населения. Да и просто бесчисленность жертв и разрушений. Что неизбежно, учитывая крайнюю хрупкость нынешнего стабильного положения и огромное количество проблем в регионе (аграрное перенаселение, нехватка воды и энергии). Самое небольшое нарушение этого равновесия приводит, скорее всего, к взрывному разрушению хозяйства, и к неспособности этого хозяйства физически прокормить много-много «лишних» миллионов людей.

Дальневосточный ТВД. Чукотка, Камчатка, Сахалин, Курильские острова, Приморье. Думается мне, что происходящее там будет чем-то похоже на эпизоды Крымской войны 1854-1855 года. Причем на разные ее эпизоды, во-первых, на попытку атаки английской эскадрой Кронштадта (весьма неудачную), во-вторых, на попытку захвата Петропавловска-Камчатского (просто катастрофическую для англичан), в-третьих, на высадку англо-французского десанта на Аландских островах в Финском заливе (удачно для них, но невероятно бессмысленно), либо на их высадку в Крыму и осаду Севастополя. Не самый удачный для нас вариант. Сахалин – самое вероятное место для позиционной бойни.

Я обрисовал в настоящей главе только театры военных действий непосредственно находящиеся на российской территории или к ней примыкающие, но конечно список не закончен. Чтобы разрушить господство мировой империи, надо бить туда, где ИМ будет больно, а не нам.

О НОВИНКАХ И РЕЛИКТАХ

Будущая война с ее решительными целями заставит

каждую сторону исчерпать все свои силы и возможности до конца.

Г.Иссерсон

По отношению к каждой предстоящей большой войне люди всегда совершают одну и ту же ошибку. Все видят в ней только что-то новое, модное и «прикольное». Сейчас это: истребители пятого поколения (реально есть в наличии у полутора стран), различные противоракетные системы типа предполагаемой американской ПРО или израильского «Железного Купола» (список обладателей таких игрушек также крайне невелик), боевые роботы и боевые лазеры различного назначения и так далее и тому подобное. Ничто под луной не ново, перед Второй Мировой войной Джулио Дуэ писал об исключительной роли авиации в войне.

Хотелось бы напомнить, что каждая большая война уникальна и исключительна. И скорее состоит из чего-то Нового + Настоящего (и даже банального) + Реликтов из разного близкого и далекого Прошлого. Так что увидим мы не только боевых роботов (будущее), но и баллистические и крылатые ракеты, вертолеты, танки и массовые мобилизации, операции в киберпространстве (настоящее), но и что-нибудь по-настоящему забытое. Под реликтами я подразумеваю следующее. Например, концлагеря в Европе 40-х годов ХХ века смотрелись какой-то диковатой инновацией, но, думаю, что ассирийские полководцы вполне бы одобрили такие методы ведения войны, разве что восхитились бы немецкой организацией.

С обсуждения «всплытия реликтов» и начнем. Его, пожалуй, труднее всего спрогнозировать. Уж слишком хорошо люди умеют все забывать))

Вот вопрос первый, а не предпочтут ли удальцы собираться под знаменами нового Валленштейна, стараясь всячески убежать от «идиотизма» обычных «государственных» генералов? О причинах «идиотизма» и кавычек над этим словом позже. А вопрос относится к вероятности возрождения крупных наемных армий. Например, для операций на отдельных ТВД.

Вопрос второй: а не дойдем ли мы до возобновления организованного каннибализма, в форме переработки человеческих тел на корм, подобный корму для животных? Учитывая серьезные потери сельского хозяйства.

Вопрос третий, массовая разборка пленных на органы для трансплантации не удивила бы кое-кого из наших предков. Что удержит нас от такого соблазна, если технологии уже позволяют пересаживать донорские органы, что потребуется в массовом масштабе, но еще не позволяют выращивать эти органы под заказ?

Или вот еще, какие формы довольствования армии местными средствами могут возникнуть в условиях массированного воздействия высокоточным оружием по коммуникациям?

Этот список, мягко говоря, открытый.

Теперь о вещах считающихся банальными. Существует представление, что баллистические ракеты морского и наземного базирования могут применяться только массированным залпом. В виде упреждающего, встречного или ответно-встречного удара.

Это неочевидно. Можно представить ситуации их применения в виде одиночным или групповых ударов. И не обязательно с ядерными боеголовками, или, по крайней мере, необязательно с такими мощными боеголовками, как в стандартном снаряжении.

Зато очевидно, что американская ПРО является способом СУЖЕНИЯ нашего стратегического выбора. Никто всерьез не говорит, что она способна сдержать наш массированный удар всеми нашими ракетами с применением тяжелых и легких ложных целей и прочих выдумок для прорыва противоракетной обороны. Но каких-то результатов в ПРО американцы обязательно добьются. Какое-то количество ракет они сбить смогут.

И вот тогда наш возможный выбор действий будет сужен до двух позиций:

1) мы не запускаем ни одной ракеты.

2) мы запускаем их все разом.

Второй вариант — это Апокалипсис. И, следовательно, рациональным выбором оказывается первый вариант. Как бы это кому-то не казалось отвратительным. Тот, кто остался в живых на живой планете, сможет отомстить. Пусть и не сразу. Покойник не сможет.

Таким образом, работающая ПРО позволяет противнику наносить нам точечные удары баллистическими ракетами, не опасаясь ответа.

Второе замечание. Существует точка зрения, что будущая война будет войной ТОЛЬКО всяких крылатых ракет, умных бомб, разведывательно-ударных боевых систем и так далее. Эта точка зрения в русскоязычной литературе яснее всего выражена в книге В.И. Слипченко «Война шестого поколения». И совсем недавно, 9 декабря 2012 года, бывший министр обороны, а ныне глава Администрации Президента Сергей Иванов сказал, что: «Современная война может длиться два-три дня, в основном в космосе и в воздухе».

В ответ на подобные заявление, хочется спросить. Ну, хорошо, прошло два-три дня, очень-очень-очень для нас неудачных, ракеты и бомбы противника (имеется в виду строго неядерные) поразили тысячи объектов. Не десятки тысяч, не 100500. Для таких цифр у противника нет ни носителей, ни самих ракет, ни удобных рубежей пуска. Так вот, тысячи пораженных объектов – это повод сдаваться??

Это скорее повод крепко задуматься, как имеющимися средствами снести нынешнее мироустройство. Эти прилетевшие бомбы на головы – только лучшая наглядная агитация для Русского народа, и хороший информационный повод для работы наших политтехнологов.

Теперь о такой жизнеспособной концепции, как концепция «малых профессиональных» армий. Напомню, для тех, кто не в курсе. Ее предыдущий ренессанс был в 30-е годы ХХ века, перед грандиозной бойней Второй Мировой Войны. Я приведу тут только один аргумент в пользу того, что малой армией мы не обойдемся. И заодно этот аргумент послужит первым словом об ожидающем нас Будущем.

Представим себе некий сравнительно тыловой российский регион. То есть артиллерия противника достать не может, возможно, и его тактическая авиация не долетит.

Но все равно список различных неприятностей, с которыми придется столкнуться этому региону, удручающе длинен:

удары с воздуха (с помощью стратегической авиации, крылатых ракет, ударных беспилотников и так далее),
техногенные катастрофы разного происхождения, системное разрушение всех транспортных систем,
действия разведывательно-диверсионных групп противника,
воздействие со стороны сил радиоэлектронной борьбы противника,
можно допустить операции по воздействию на погоду с целью либо обеспечения действий каких-либо ударных сил, либо воздействия на хозяйственную деятельность этого региона,
естественно будут вестись все возможные виды разведки,
психологические операции, в том числе и с учетом специфики конкретного региона,
всевозможные беспорядки и мятежи населения, как возникающие самостоятельно, так и с помощью противника,
наконец, наличие значительного количества беженцев, эвакуированных, просто людей оставшихся без крова и так далее.

Со всем этим придется что-то делать. Кому-то придется это делать. Одним словом, можно прийти к выводу о необходимости территориальных войск. У которых будет очень много разноплановых задач. Что позволяет формировать их не только из годных к строевой службе мужчин в возрасте от 18 до, например, 50 лет, но из женщин, стариков и подростков. Что и будет, конечно, сделано. Кстати, к сведению сомневающихся, скажу, что видимо в Генеральном Штабе тоже начали подозревать что-то подобное и в конце 2012 года в Федеральный Закон «Об обороне» было введено понятие «территориальной обороны». В это же время впервые в информационное поле было вброшена идея о возможности срочной службы для женщин. Думаю, что скоро подобные идеи будут постепенно раскручиваться государственными СМИ.

Так что, о какой малой армии можно говорить в такой ситуации? Тут скорее впору сказать, что процент призываемых на службу на тот или иной срок будет просто небывалым по сравнению с прошлыми войнами. Тут даже слово «призываемых» не совсем применимо. Скорее так, все, не занятые в военном или сельскохозяйственном производстве, за вычетом слишком старых или малых, будут служить.

Итак, широчайшее применение территориальных войск – первая настоящая инновация, о которой стоит упомянуть.

Им придется решать следующие задачи:

ликвидировать последствия ударов противника,
обеспечивать хоть какое-то функционирование транспорта,
ловить диверсантов противника,
помогать беженцам,
пресекать беспорядки,
и наконец, одна из главнейших задач – маскировка и ИМИТАЦИЯ всего и вся.

Я полагаю, что объемы этой задачи сейчас всеми крайне недооцениваются. Существуют надувные резиновые макеты БМП, танков и зенитно-ракетных комплексов. И даже тепловые излучатели имитирующие работу двигателей боевых машин. Но в целом ситуация с имитациями и ложными целями напоминает ситуацию с пулеметами перед Первой Мировой войной, то есть в армии они есть, но совершенно нет понимания насколько МНОГО их реально понадобится. Полагаю, что скрыть большие количества боевой техники в настоящий момент, при настоящем уровне развития технических средств разведки, возможно только при том условии, что при реально существующем одном нашем танке противник в каждый момент времени будет видеть десять танков (двадцать, тридцать – кто знает, сколько реально понадобится?). На каждую реально существующую бригаду или дивизию несколько бригад и дивизий. Что потребует огромного количества подвижных и неподвижных моделей боевой техники, имитация радиообмена в огромных масштабах, да просто имитация жизнедеятельности подразделений во время выполнения ими различных задач. Естественно, что все это должно происходить по утверждаемым в Генеральном Штабе планам.

То есть, значимый для современного военного искусства вопрос: как и какими техническими средствами пара сотен подростков, стариков и белобилетников сможет имитировать для разведки противника, например, мотострелковую бригаду?

Идем дальше. Во всех ведущих военных странах активно развиваются беспилотные летательные аппараты, крылатые ракеты и тому подобные ударные летательные вещи. Сформулирую мою мысль в максимально общем виде. Еще одно отличие будущей войны от прошлого будет то, что противники потенциально смогут наносить высокоточные точечные (уж извините за каламбур) удары по любому месту территории друг друга, а также вести не только космическую, но и воздушную разведку любого места планеты. Конечно, по каким-то точкам удары будут наноситься легче, а по каким-то тяжелее. В зависимости от удаленности и возможностей противовоздушной и противокосмической обороны.

Но ПРИНЦИПИАЛЬНО уязвимым будет любой объект. Из этого тезиса может быть множество важных следствий. И вопросов типа, какие цели выбрать на территории США, чтобы нашими ограниченными средствами нанести наибольший ущерб вражескому социуму? И как, и в каком периоде войны, типы этих целей будут меняться?

Мы сейчас живем в мире куда более информационно проницаемом, чем раньше. И с началом войны эта проницаемость, конечно, измениться, но никак не исчезнет. Собственно, вполне очевидна военная необходимость снабжения каждого гражданина страны не просто простеньким сотовым телефоном, а, возможно, и более сложным коммуникатором, как личным средством связи. Но я веду речь не об этом. А о том, что в будущей войне каждый человек, и солдат, и гражданин будет в куда большей мере, чем раньше соприкасаться и с пропагандой противника и со всякого рода инакомыслием. Даже с самим фактом наличия такого инакомыслия. Следовательно, сознание каждого конкретного человека будет полем боя враждующих сил в куда большей мере, чем раньше. Это предъявляет серьезные требования к русской политике, русским политическим технологиям и русской пропаганде. Это может давать огромные, резкие и исключительно быстрые колебания морального духа населения и войск как в ту, та и в другую сторону. А уж какие травмы сознания это даст в результате войны…

Я уже упоминал об интеллектуальных морских минах и разнообразных подводных беспилотниках. Оба этих понятия я скорее понимаю как нечто одно, морские боевые роботы. Если на земной поверхности для «мозга» робота есть слишком много сложных факторов и их выгоднее использовать для вспомогательных задач, то в однородной морской среде их можно точнее запрограммировать на уничтожение любых искусственных объектов. Я говорю «любых», потому что России стратегически выгодно разрушение системы морской торговли в мировом масштабе, а противникам России – ее сохранение. Поскольку роботы — единственный разумный способ сделать это, и значит, это будет сделано.

США господствуют на море. Флот сопоставимый с ними мы никогда не построим по огромному количеству причин. Учитывая их господство на море, любые наши верфи, которые находятся на побережье, являются одними из самых уязвимых целей. А заводы по МАССОВОМУ производству морских роботов можно иметь в глубине страны. Выпускать же их в море можно с берега, с кораблей, с подводных лодок, с самолетов и вертолетов.

Правда само размышление о подобных роботах ставит задачу обеспечение их энергией. В августе 2012 года американское DARPA поставило задачу создание подводного робота со сроком патрулирования в 70 дней. Понятно, что эта автономность недостаточна. Но, слава Богу, если для войны что-то необходимо, то оно обычно людьми придумывается. Так что, будут придуманы и соответствующие источники энергии. Но мы забегаем несколько вперед, начиная обсуждать один из положительных результатов войны, то есть технологический скачок.

Ну и наконец, то, чего точно в человеческой истории еще не было. Человечество в настоящий момент, несколько замерло над бездной, уже имея в какой-то мере возможность киборгизироваться и вставлять себе в тело различные электронные девайсы, но боясь делать это в больших масштабах. Так вот, во-первых, не стоит забывать, что «война – это эпидемия травматизма», а во-вторых, что главное оружие в любой войне – человек и его способности. С одной стороны мы будем иметь огромное количество выбитых глаз, оторванных пальцев, рук, ног и необходимость по-прежнему использовать травмированных людей в боях и на производстве, а с другой будет необходимость все более глубокой интеграции человека и систем оружия, а также необходимость обострения каких-либо человеческих умений и качеств. Два этих фактора приводят нас к однозначному выводу о том, что киборгизация в процессе войны неизбежна. Она просто необходима для Победы. Кроме того, повышение эффективности оружия за счет «апгрейда» людей обосновано еще с точки зрения того, что небольшие лаборатории по производству и имплантации различных электронных устройств несколько легче спрятать от разведки и ударов противника, чем танковые заводы.
И, следовательно, через какое-то время образуется значимое количество людей, которые будут, ВОЗМОЖНО, чем-то ИНЫМ по сравнению с обычным Homo Sapiens. Философская проблем «что такое человек?» после войны будет иметь самое прагматическое политическое и социальное значение. Впрочем, американцы на всякий случай готовят  население к подобным коллизиям с помощью фильмов типа «Люди Х».

АРХИПЕЛАГ «РОССИЯ»

Пожалуй, это будет самый важный раздел. Речь пойдет об инфраструктуре как основе экономики, и о влиянии войны на нее.

Факт первый. Мы все еще живем в индустриальную эпоху с индустриальной инфраструктурой. Самой основой основ всего являются:

сеть железных и автомобильных дорог,
сеть трубопроводного транспорта, а также инфраструктуры добычи и переработки нефти и газа,
электрические сети, в том числе магистральные,
сети передачи информации.

Замечу, что большая часть электроэнергии производится на тепловых электростанциях, которые работают либо на топливе доставляющимся к ним издалека по трубам, либо на угле, доставляющимся на них с помощью регулярного подвоза огромным количеством вагонов по железной дороге.

Теперь факт второй. Порассуждаем о воздействии оружия на инфраструктуру в войнах индустриальной эпохи. Для простоты используем только Мировые войны.

В Первую Мировую страдала только инфраструктура (дороги, линии связи и электропередач) попавшая непосредственно в зону боев, то есть по сути в полосу земли шириной максимум в десятки километров. Вся остальная инфраструктура страны оставалась в целости и функционировала нормально. Незначительными повреждениями от авиации, дирижаблей, огня сверхдальнобойных морских и наземных орудий можно пренебречь.

Во Вторую Мировую в тылу было уже не так весело как раньше. Самолеты уже летали дальше и бомбили точнее. Но все еще не очень точно. Не зря основными целями считали города и большие предприятия. То есть, площадные объекты. То есть, если обобщать, то можно сказать, что инфраструктура страны В ЦЕЛОМ функционировала в НОРМАЛЬНОМ режиме, но уже за исключением некоторых местностей, где такое функционирование было невозможным. Напомню, что вообще-то принципиально с тех времен эта самая инфраструктура не изменилась. Она, по-прежнему, основана на огромных по территории и тесно между собой связанных производственных комплексах.

Шло время, и точность оружия повысилась. Теперь точно попасть с дистанции в сотни и тысячи километров в мост, трубу с нефтью, железнодорожную насыпь, развязку автомобильных дорог, линию электропередач, кабель связи не представляет проблемы. Идет время, и количество этого самого высокоточного оружия растет. А заодно, путем усовершенствования прицельных приспособлений и систем управления огнем растет точность применения самых обычных снарядов, мин и бомб.

А теперь внимание, вопрос: будет ли в будущей войне инфраструктура в ее нынешнем виде функционировать в нормальном режиме на всей территории страны? Очевидный ответ: НЕТ.

Факт третий. У нас в России существуют весьма эффективные комплексы противоздушной и противокосмической обороны. Это так. Но невозможно одинаково успешно прикрыть всю территорию страны. Она слишком велика. Можно успешно прикрыть отдельные куски.

А теперь зададимся вопросом, что можно с более высокой вероятностью прикрыть от ударов? Площадные объекты (даже размером с большой город) или объекты с протяженностью в тысячи километров (трубопроводы, дороги, сети электропередач)?

Ответ также очевиден. Площадные объекты прикрыть реально, протяженные нет.

То есть важнейшие города и центры дислокации войск прикрыть реально, а большинству протяженных инфраструктурных объектов – КОНЕЦ!!!

Причем надо понимать, что если возможности противника по разрушению, например, конкретной железной дороги превосходят наши возможности по ее защите и восстановлению, то она не будет функционировать. Вообще не будет. Хотя она и находится в нашем тылу.

А теперь важнейший вывод: получается, что территория страны превращается в архипелаг сравнительно защищенных от ударов противника зон – островов (под зонтиком ПВО и ПКО) с разрушенными связями между ними. Уточнение: разрушенными наземными связями. Естественно, я не имею в виду какой-то полной изоляции островов. То есть, например, разрывы можно пройти и пешком, и преодолеть караваном машин, но толстую трубу не проложить, нормально функционирующую дорогу не построишь, кабель должен быть крайне тщательно замаскирован. Опять-таки, естественно, степень подобной разорванности будет где-то больше, а где-то меньше. Слава Богу, Россия велика, и в очередной раз ее размеры можно использовать против врагов. Если в Центральной России все будет не очень весело, то в главных ее промышленных районах Екатеринбург-Челябинск-Курган и Омск-Томск-Новосибирск можно будет сохранить инфраструктуру мирного времени. Надеюсь…

Конечно, форма этого архипелага будет весьма динамичной. И неравномерной, какие-то острова будут большие, какие-то маленькие. И можно предположить, что при значительном падении транспортной связности страны, ее информационная связность останется на прежнем уровне, а то и вырастет.

Лирическое отступление в один абзац. Огромная доля тяжести Великой Отечественной войны была вынесена советскими железными дорогами. Думаю, по итогам ЭТОЙ войны Мегафон, МТС и Вымпелком будут награждены орденами как организации, потому что объем работы, который им придется выполнить, просто безмерен.

Итак, мы имеем острова. Каждый остров в нашем архипелаге ДОЛЖЕН в значительной степени (может не на 100%, но в значительной степени):

выполнять заданные планы по военному производству, и мобилизации людей в армию;
обеспечивать себя продовольствием, сырьем для производства, электроэнергией.

Вдумайтесь в эти два тезиса!!!!!

В общем, концепции так называемой «бездорожной экономики» давно уже обсуждались, но мы, похоже, будем ее строить в принудительном порядке.

Так, что в плане подготовке войны должно быть уделено внимание предварительному обдумыванию и планированию нашего «архипелага». Основные его формы вполне поддаются расчету заранее.

Далее по несколько слов о разных вещах. Сперва об энергетике. Трубопроводный транспорт – самый потенциально уязвимый. Так что тепловые электростанции, с некоторой вероятностью, будут успешно работать, только если источники их топлива находятся в самой непосредственной близости. Таким образом, основой нашей энергетики становятся атомные, и в меньшей степени гидроэлектростанции. Наконец-то придет время малой атомной энергетики. Существует огромное количество работоспособных проектов малых стационарных и передвижных атомных энергоустановок, в том числе и плавучих. Тут и СВБР, и «Елена», и «Ангстрем» и ТЭС-3, и «Памир». Естественно, пока гром не грянет, мужик, соответственно, не перекрестится. И до начала войны никто и не почешется в этом направлении. Так что, с началом войны, придется в спешном порядке разворачивать их массовое производство. Когда в доме нет электричества, тепла и горячей воды – это мигом излечивает все виды радиофобии.

Кстати, вышесказанное заодно говорит о предпочитаемых местах размещения новых производств, в частности, военных. Совсем необязательно делать это в старых промышленных городах. Для этого есть прекрасные места с доступной энергией и хорошей инфраструктурой противодействия разведывательно-диверсионной активности противника. Вот они: Балаково, Заречный, Волгодонск, Удомля, Полярные Зори, Курчатов, Нововоронеж, Обнинск, Северск, Десногорск, Железногорск и Димитровград. Для тех, кто не в курсе, это города при работающих атомных электростанциях или места нахождения главнейших атомных предприятий с работающими на выработку электроэнергии реакторами. В определенном смысле это значимые города следующей эпохи, ведь не вечно же Москве и Санкт-Петербургу быть столицами.

Да и сама промышленность, которая не будет скована необходимостью занять как можно больше людей, а скорее будет пытаться обойтись минимумом кадров, будет выглядеть по-иному, нежели сейчас. В конце концов, 3D принтеры по металлу уже существуют. Снятие ограничений в виде авторского права, оглядки на возможное радикальное сокращение рабочих мест, требований ВТО и тому подобной чепухи, может радикально преобразовать и обновить нашу промышленность и ее структуру.

Что касается транспорта, то самым очевидным является острейшая нужда нашей огромной страны в простейших в производстве и эксплуатации транспортных самолетах. Авиация единственный устойчивый вид транспорта в мире постоянных ударов с воздуха, вездесущих мин и диверсантов. Это должны быть самолеты, не превышающие по сложности незамысловатый автомобиль, с таким же сроком подготовки водителя. Чтобы можно было посадить в него женщину, старика или подростка после курсов в три месяца.

Самая оригинальная ситуация образуется с сырьем для промышленности. Очевидно, что плечо доставки сырья должно быть маленьким. Где-то это условие может быть выполнено. А где-то придется стараться что-то добыть, условно говоря, в городе или в небольшом радиусе от него. Вот и получится, что мы размонтируем индустриальную эпоху в самом буквальном смысле этого слова, организованно разобрав на металлолом очень многое из того, что нас окружает. Вот ведь ухмылка истории. Рывок в будущее путем сознательной разборки прошлого. Например, миллионные стада автомобилей в крупных городах, это же настоящий Клондайк сырья для военной промышленности.

Наконец о нефти. Я хочу, чтобы меня правильно поняли, я не утверждаю, что к этой войне мы успеем создать замену двигателю внутреннего сгорания. Какой-нибудь нанореактор. Не успеем!! Но эта война покажет огромную военную необходимость этого нанореактора. И, следовательно, будут сделаны огромные шаги в эту сторону. То есть этот нанокубик мы сделать не можем. Но сделать передвижную АЭС на нескольких машинах мы можем. Тому пример комплекс «Памир». А с помощью такой АЭС мы можем частично решить потребности войск в электроэнергии. И, может быть, сможем кустарно делать бензин из какого-нибудь торфа в прифронтовой полосе.

Сейчас войска пожирают горючее в огромных количествах. И это два огромных потока. Один идет в автомобильную технику, другой во всяческие дизельные и бензиновые электрогенераторы от которых запитываются системы радиолокационной и радиотехнической разведки, освещения, отопления, приготовления пищи, а сейчас уже и компьютерные сети. Многие генераторы работают также и на дровах. Но будем честны, в условиях недостаточных поставок в войска горючего, через непродолжительное время места их стоянки превратятся в обезлесеную пустыню. Что неприемлемо из соображений укрытия и маскировки. Так что получится, учитывая сложность транспортировки грузов в условиях войны, что дизель и бензин, это лакомство для автомобильной техники. Для всего остального, во всякой случае во время стоянки войск на месте, придется использовать что-то другой. То есть, например, передвижные АЭС.

Напомню, что нефть поступает в двигатели не прямо из скважины, а сперва она должна превратиться в бензин или дизель на нефтеперерабатывающем заводе. Часть из этих заводов в России (например, в Татарстане) находится неподалеку от мест добычи нефти, а часть очень даже далеко. Например, огромный завод в Рязани. Очевидно, какие из них будут работать в военное время, а какие нет. Так что, придется, видимо на просторах Западной Сибири создавать замаскированные минипредприятия по переработке нефти. А потом по воздуху ее доставлять в войска. Недешевый процесс, да. Кстати, о проектах таких минизаводиков, можно побеспокоиться заранее. И о методиках их укрытия от воздушной и космической разведки.

Наконец о нуждах войск. Напомню, что за последние 100 лет количество и вес (в килограммах) ежедневно потребляемого войсками обеспечения боевых действий и повседневной деятельности непрерывно росли. Сейчас очень грубо, 40-50% веса это топливо, 40% боеприпасы, и 10-20% все остальное.

Уже в 20-е годы ХХ века было замечено, что дальше использовать гужевой транспорт для снабжения войск становится все менее реально. Я имею в виду именно последний участок коммуникационной линии от конечной железнодорожной станции до непосредственно войск. При средней грузоподъемности повозки в 900 килограмм, она занимала столько места на дороге и при этом потребляла столько фуража (который надо было тоже подвозить на этих же повозках), что тыл физически загромождался повозками. Пробки на дорогах это не новейшее изобретение. Не говоря уже о том, что раздобыть такое количество лошадей было просто негде. Решением проблемы стали автомобили. Они были более грузоподъемны и требовали меньше топлива в расчете на километр движения.

С тех пор мы имеем дальнейшее нарастание требований войск по грузам, автомобили стали мощнее, грузоподъемнее и прожорливее. Не зря уже в 50-х годах ХХ века в СССР были созданы трубопроводные войска, которые могли бы организовать снабжение войск горючим по трубам и провести эти трубы как можно ближе к линии фронта. Вот только, с тех времен точность оружия шагнула далеко вперед. То есть трубы стали куда уязвимее.

И возникает вопрос: насколько полно и какими усилиями, и с какими потерями по дороге будут обеспечиваться требования войск в этой войне?
Мы опять приходим к выводу о необходимости транспорта с большей грузоподъемностью на один квадратный метр занимаемой им дороги, чем нынешние автомобили, большей проходимостью, чтобы уверенно действовать вне дорог, и большей автономностью от заправок, чтобы заправляться не каждые 500 километров, а, например, раз в полгода. И, опять-таки, необходимость то есть, а решать эти проблемы в этой войне придется какими-то компромиссными средствами. Тут впору задуматься о гибридных или полностью электрических грузовиках, транспортных электровертолетах и применении водорода как топлива. Безусловно необходимо вспомнить про использование газа как топлива. Сам газ может быть добыт из местных источников.
Есть о чем призадуматься заранее. Я не имею в виду внедрить. Многие вещи внедрить в мирное время политически проблематично, но приготовиться к внедрению вполне реально.

ВЗАИМОСВЯЗЬ ФИЗИЧЕСКОГО И ИНФОРМАЦИОНОГО ОРУЖИЯ

Эта заметка будет короткой, а вот само направление в военном искусстве, о котором я буду говорить, весьма интересно и перспективно.

Под физическим оружием мы понимаем то, которое непосредственно летает, ездит, стреляет, взрывается и всячески поражает человеческие тела и предметы.

Под информационным оружием (ну если совсем точно, то под психологическими методами ведения войны) мы понимаем то, что поражает душу и разум без причинения ущерба телу. Это листовки, теле- и радиопередачи, борьба в киберпространстве против человека, и прочее и прочее и прочее.

В связи с возрастанием информационной проницаемости и связности общества вполне очевидно, что роль информационной войны в войне вообще растет.

Так что возникает эффект ВЗАИМОВЛИЯНИЯ и ВЗАИМОУСИЛЕНИЯ физических и информационных средств поражения.

Для простоты поясню на несложном примере. Причем на примере возможных действий против нас.

Шаг 1. Пара крылатых ракет запускается на Ленинградскую АЭС в Сосновом Бору под Санкт-Петербургом. Это, понятное дело, вполне физическое действие. Скорее всего, они не причинят никакого реального вреда.

Шаг 2. С помощью внешних средств массовой информации, агентуры и прочих вещей, в том числе наших психопатов и идиотов, осуществляется информационный вброс в нашем медиапространстве, что станция разрушена, радиация распространяется, «мы все умрем!!», «власти скрывают!!» и так далее. Это шаг информационный, который при своем успехе, при раскрутке массовой паники, может принести очень значимый ущерб.

Это был пример о действии физического оружия на информационный мир, а теперь пример наоборот, о действии информационных ударов на реальность.

Допустим, в упомянутом выше шаге 2, не просто подавалась информация о том, что мы все умрем и спасайся, кто может. А были пущены слухи о том, что такие-то и такие-то районы и выезды из города сравнительно безопасны, или что в таких-то районах области радиации нет. И вот мы можем получить ситуацию, когда мечущиеся толпы людей будут занимать конкретные дороги, мешать проводимому маневру конкретных войск или занимать районы, где эти войска должны будут сосредотачиваться.

Это самый простейший пример. Но, как и в любой области военного искусства здесь открывается огромный простор для творчества. Разве что нужно не забыть создать структуры, которые будут работать на грани физического и информационного миров.

О ПОЛИТИЧЕСКОМ ПЛАНИРОВАНИИ

Постараемся разобраться в определенных политических особенностях России, так сказать, без гнева и пристрастия. Мы тут не на митинге, эмоции и лозунги не совсем уместны. Будем считать все нижеизложенное сугубо виртуальными конструкциями.

Оценим политическую обстановку с точки зрения того, что эта война будет войной с современным устройством мира.

Мы сразу можем придти к выводу, что в России есть ряд политических, экономических и социальных структур, а также людей, вписанных именно в ЭТО мироустройство. То самое, с которым мы, очень вероятно,будем воевать. Тут даже нет необходимости приводить в пример какие-то конкретные лозунги и медиаприкрытия под которыми эта вписанность осуществляется. Несложно додумать.

Вот они, группы:

значимая часть элиты, по экономическим и мировоззренческим причинам ассоциирующая себя с Западом;
филиалы западных ТНК, работающие в России, являются принципиально враждебными организованностями и соответствующим образом, как правило, в общем-то даже и несознательно, формуют психику работающих там людей под Западные стандарты мировоззрения, коммуникации и ведения дел;
СМИ, так или иначе контролируемые с Запада (напомню, газета «Ведомости» — совместный проект Wall Street Journal и Financial Times);
Наконец, самые прямые группы влияния в виде различных Некоммерческих Организаций.

Можно сделать следующий вывод, слегка перефразировав Ленина, который призывал от войны империалистической перейти к войне гражданской. Будущая империалистическая война (то есть война против Запада) очень будет ОДНОВРЕМЕННО и гражданской войной. Точнее так, при определенных сценариях развития событий война империалистическая превратится немедленно в гражданскую, а при в других вариантах наоборот.

Ничего совсем ужасающего, кстати, в этих выводах я не вижу!

Из этой неизбежности следует вывод о НЕОБХОДИМОСТИ ПЛАНИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ. Я намеренно сейчас оставляю за кадром свои мысли о том, кто должен быть субъектом такого планирования: Генеральный Штаб, Администрация Президента или еще кто-то.

С такой конструктивной позиции все смотрится и не так страшно.

Исходными точками для такого планирования будут:

Естественно, что внутренний противник имеет определенную географическую привязку, прежде всего это столицы и особенно Москва.
Государство в подобных противостояниях не сможет быть актором (во всяком случае, поначалу), а скорее явится полем боя противоборствующих сил. В любом случае, действия, далеко выходящие за рамки государственного права лучше поручить негосударственным структурам. «Эскадроны смерти» не должны быть государственными органами.
Для победы в гражданской войне недостаточно какого-то количества подготовленных и сознательных бойцов. Это война за умы и соответственно другой тип планирования войны. Короче, необходимо массовое Движение (далее и буду так называть для простоты), которое бы могло объединить людей, очень отличающихся по взглядам и по степени своей радикальности.
Для необычных и невиданных ранее действий предпочтительнее использовать новую структуру.
Успеха можно достичь активными наступательными действиями, а не реагированием на события.

По сути, должно быть быстро сконструировано то, что в политтехнологической терминологии называется «движением одного требования». Это требование в данном случае — Русская Победа. Если использовать исторические аналогии, то это куда ближе к китайским хунвэйбинам, чем к русской опричнине. Причем, понятно что, должна быть структура, куда могли бы войти респектабельные люди и организации, и также должны быть места, где нашли бы себя люди, желающие устроить погром на благо Родины. Подлинными целями Движения будут: 1) разгром (в том числе и физический) и деморализации внутреннего противника и им сочувствующих; 2) воодушевление Русского народа на борьбу зрелищами восстанавливаемой справедливости. Хоть эти зрелища и будут страшноваты.

Так что, потенциальные силы противника должны быть сосчитаны, прежде чем он их соберет и его нужно упредить в мобилизации. Равно как должен быть продуман и план операций, с основными целями в виде людей, структур и определенными ритуальными политическими действиями.

То есть спектр действий структур Движения должен простираться от митингов и борьбы в интернете до превентивных силовых акций в адрес потенциальных предателей (любого социального уровня) и различных фигур, ассоциирующихся в массовом сознании с прозападной политикой. Причем, инициативу нужно в какой-то момент спустить на низовой уровень, а не пытаться все контролировать из центра. От государственных структур требуется в какой-то момент просто попустительство.

Срок жизни Движения следует рассчитывать из того, что оно должно сыграть свою роль в необратимом изменении социальной реальности, то есть от начала войны до того момента когда война станет главным и самодовлеющим социальным фактором. По моим предположениям, это несколько месяцев-полгода. Спустя это время, от внутреннего врага не так много останется, а враги внешние будут желать продолжения банкета (в смысле войны), а не его прекращения.

О ТОМ, ЧТО ПОЙДЕТ ЧЕРЕЗ …..(самые ударные разницы между ожидаемым и реальностью)

Вскоре после начала Первой Мировой войны все воюющие стороны были крайне удивлены, во-первых, тому факту, что война все длилась и длилась, а не кончалась «к Рождеству», а во-вторых тому, что расход снарядов превысил самые пессимистические довоенные оценки в несколько раз, а в–третьих, пулеметы стали одним из ключевых тактических факторов и они нужны войскам, как воздух, а в четвертых…. Можно долго перечислять, да и конкретно Первую Мировую я привел только в качестве примера.

Одним словом, ожидания перед каждой большой войной всегда расходятся с ее суровой действительностью. В чем-то больше, в чем-то меньше. Но иногда эта разница просто «рвет шаблоны».

Хотелось бы сделать несколько предположений, о том, что нас потрясет.

Недавно, я узнал вещь, от которой меня просто бросило в холодный пот. Кстати, огромная благодарность блогеру dragon_first_ru за блестящие статьи об автоматизации управления Вооруженными силами. Речь идет о ЕСУ ТЗ «Созвездие» (Единой Системе Управления Тактического Звена). То есть об автоматизации управления войсками. Цитата из интервью Командующего Сухопутными войсками, газете «Красная Звезда» от 01.06.12 года: «Исходя из требований к современному бою, в тактическом звене управления средств автоматизированного управления войсками и оружием недостаточно. Наиболее перспективное направление дальнейшего развития — создание программных продуктов, обеспечивающих интеллектуальную поддержку работы командиров общевойсковых соединений и подразделений, взаимодействие с другими войсками». То есть, чтобы компьютер предлагал командиру обсчитанные варианты решений на бой. Если перевести это на русский, то получается, что в Генштабе существует желание сделать из компьютера протез полководческих способностей человека. Что невозможно по причинам:

невозможности создать на тактическом уровне корректно работающее программное обеспечение, потому что для этого необходимо корректно определить цифровые значения бесконечного множества факторов, влияющих на вероятность выполнения боевой задачи в различных условиях обстановки.
Недостатка вычислительных мощностей в войсках.
И просто принципиальной серости и унылости, принимаемых компьютерами решений.

Если в тактическом звене создание таких программ столкнулось со всякими препятствиями, то в оперативном и оперативно-стратегическом уровне управления они уже существуют. Короче, между штабами и войсками появились интеллектуальные посредники в виде этого компьютерного псевдоинтеллекта. Думается мне, что к чему хорошему это не приведет. Это относится, кстати, ко всем высокотехнологичным армиям. При столкновении с сильным, также высокотехнологичным противником псевдоразум забуксует. Ведь его алгоритмы работы, мягко говоря, носят предположительный характер, если не сказать, что это просто спекуляция. Но последствия то будут ужасающими: штабы будут из всех сил готовить и принимать максимально научно-обоснованные решения, а войскам будет казаться, что ими командуют ничего не понимающие идиоты в медицинском значении этого слова. А штабам будет казаться, что они выбились из сил, составляя максимально продуманные планы, а войска НИ НА ЧТО НЕ СПОСОБНЫ, не умеют и не хотят воевать. Все это может породить просто чудовищный «кризис доверия» в армии, причем не через несколько лет тяжелой войны, как это было, например, во французской армии в 1917 году, а вскоре после начала войны.

Одним словом, обширная компьютеризация всего и вся обязательно покажет себя во всей красе с началом войны. Знать бы как еще? При этом компьютеризация необходима и неизбежна. Просто ее эффективность, как и эффективность многих других вещей, до непосредственной проверки войной точно неизвестна.

Кстати, эта самая компьютеризация требует кадров. Боевых сисадминов, по-простому говоря. Тех, кто будет поддерживать работоспособность компьютерных систем управления войсками под дождем, снегом, бомбами и пулями, питая эти компьютеры от генератора на дровах. Пока таких должностей в штатах войск нет, или их мало. Это следующий разрыв между ожидаемым и реальностью.

Я бы еще добавил, что нам очень вероятно понадобятся боевые политтехнологи. Учитывая совершенно новый уровень связи людей на фронте и в тылу. И быстрые колебания морального духа войск и населения.

Идем далее. Повторюсь о том, что уже говорил в заметке об инфраструктуре. Нас ждет катастрофический дисбаланс между поражающими способностями уже вполне постиндустриального высокоточного оружия и все еще вполне индустриального тыла и тыловых инфраструктур.

И, наконец, хочу сделать одну гипотезу, в которую сам эмоционально верить не хочу. Но высказать ее я должен. В ее пользу есть определенные прямые и определенные косвенные аргументы. Гипотеза эта будет еретической, даже по сравнению со всем вышеизложенным.

Вот она. Есть предположение, что война будет позиционной. Точнее скажу так, война на главном ТВД, где произойдет столкновение главных сил высокотехнологичных армий, может оказаться позиционной. В стиле Западного Фронта Первой Мировой. Эта мысль выглядит просто дичью, учитывая количество автомашин в войсках, их скорость и так далее. Но постараюсь изложить, почему эта гипотеза была сформулирована. Хотя верить в нее я не хочу!

Прямые аргументы в ее пользу.

1)Разрыв между способностями войск расходовать запасы материальных средств и способностями тыла их производить и доставлять, как я это излагал ранее, вообще то и ведет к тому, что войска будут подолгу стоять на месте, всячески экономя каждый литр горючего и каждый снаряд для активных действий.

2)В весьма маневренной Второй Мировой войне подвижность основной массы пехоты и механизированных войск была принципиально разной. Сейчас все войска механизировались, но получается, что их подвижность стала абсолютно одинаковой. А ведь тут важны не абсолютные, а относительные значения. Кроме того, стратегическая подвижность войск сейчас даже несколько снизилась. Из-за огромного количества тех же самых автомашин и прочего снаряжения, чтобы перевезти некую часть, например, дивизию, по железной дороге на длительное расстояние необходимо значительно больше поездов, чем раньше. И, следовательно, переброска войск между ТВД значительно затруднена. Это тоже работает на гипотезу о позиционности.

Теперь соображения косвенные. Эта война будет: а) войной между великими державами после очень длительного перерыва в войнах между ними, б) войной, после грандиозного скачка в производительных силах по сравнению с предыдущей большой войной.

Точно таким же критериям в новейшей европейской истории отвечают две войны: Крымская война и Первая Мировая. Они обе, на своих главных театрах, то есть под Севастополем и на Западном Фронте носили самый очевидный позиционный характер. Можно предположить, что развитие армий и военной теории не поспевало за развитием производительных сил общества. А кто может сказать, что сейчас поспевает? За информационной революцией, например.

СЕГОДНЯШНИЕ ВЫВОДЫ И ГРЯДУЩИЕ РЕШЕНИЯ

В этом разделе мне бы хотелось набросать несколько несвязанных между собой мыслей, о том, что было бы полезно сделать в преддверии войны.

Мысль первая. Как бы выразиться повежливее, в промежутке между годом эдак 1990 и 2010 выданные «белые билеты» и прочие освобождения от службы по призыву не всегда являются достоверными. Было бы неплохо провести тотальное переосвидетельствование запасных от 1970 года рождения до 1990. Естественно, с амнистией за неточности в купленных «белых билетах». Причем переосвидетельствование не как формальное мероприятие, а с точнейшим компьютерным учетом полученных людьми образований, умений, спортивных разрядов, навыков, иностранных языков (и знания разных стран) и профессий.

Наше государство сильно страдает от менеджерского стремления использовать любую сферу общественного бытия для урезания расходов и получения прибыли. Но в военном деле, это чревато особо тяжелыми последствиями. Тут во многих местах скорее нужна избыточность чего бы то ни было, а не попытки обойтись минимумом чего-то. Например, в организации военного образования. Я сейчас даже не об училищах и академиях. Я о том, что с началом войны кадровых офицеров все равно не хватит. Почему бы Министерству Обороны не устроить множество абсолютно добровольных и бесплатных курсов повышения военной квалификации для гражданских людей. При различных высших военных учебных заведениях типа Михайловской артиллерийский академии в Санкт-Петербурге или Общевойсковой Академии имени Фрунзе в Москве. По вечерам и выходным дням. Многие бы туда пошли просто как за необычным развлечением. Государству это бы обошлось в сущие копейки по сравнению с покупкой всяких высокотехнологичных орудий, а польза в виде более подготовленных офицеров в звене капитан-майор-подполковник была бы большая. Люди тратят огромные деньги и силы на забавы типа страйкбола или компьютерных wargames, почему не дать им развлекаться за государственный счет и с пользой для государства.

Придумывая как можно повредить США как мировому гегемону, мы должны обязательно дать дорогу частной инициативе. По всему миру. Помочь не только тем, кто за Россию, но и тем, кто просто против США. Можно сделать в Сети огромную информационную базу на ВСЕХ основных мировых языках, которая бы содержала:

Уставы, наставления, учебники и руководства всех западных армий, особенно армии США.
Описания боевой техники западных армий. С видео и 3D моделями. С описанием особенностей и уязвимых зон.
Описания главнейших и опаснейших объектов на территории США и союзников. Описания и уязвимые места атомных электростанций и химических производств, военных баз и арсеналов, пунктов управления электросетями и трубопроводами. Как вызвать на них максимум повреждений с минимумом затрат.
Описанием главнейших западных кадров. Портреты, имена, место жительства и прочие подробности. Возможность привязки данных к электронным картам. Конструкторы оружия, и вообще сложных машин, ведущие инженеры и менеджеры. Работники мировых СМИ. И прочие, прочие и прочие.
Места массового проживания американцев за рубежом. А их ведь действительно много живет по миру. И Правительство США будет вынуждено реагировать на враждебные действия против них.
Учебники и обучающие видеокурсы по всему на свете, от правильного обращения с винтовкой М-16 и Автоматом Калашникова до того как правильно организовать нападение на колонну американских войск в условиях джунглей (гор, пустыни), как сделать мину в домашних условиях и заминировать ей что угодно.

Нужную информацию должны найти и люди готовые заниматься только саботажем, и те, кто готовы вредить (например, классика времен Великой Отечественной – песок в тормозные колодки поездов), и те, кто к готовы к партизанству, террору и диверсиям. Мне могут возразить, что огромное количество информации и так есть в сети. Есть. Но не вся и недостаточно системно. Чтобы это стало оружием, нужно эту информацию правильно систематизировать и представить. И обеспечить ней доступ через сеть в нашей стране, нейтральных странах и, по возможности, в странах противника. Надо дать не только сознательным недругам США, но и просто всяким психам возможности, о которых они давно мечтали.

В армии США есть так называемые подразделения OPFOR — Opposing force, экипированные и обученные как вероятный противник и использующиеся для боевой подготовки войск в качестве учебного противника. Естественно и нам бы не помешало иметь части вооруженные американским (или имитацией американского) оружием и обученные по американским уставам. Но еще более бы нам не помешало иметь, так сказать, Генеральный Штаб of Opposing Force. То есть структуру, которая бы занималась:

Постоянным придумыванием хитрых планов операций и войн против нас, чтобы никакие варианты не стали для нас неожиданными.
Выступала бы на крупномасштабных многосторонних учениях и в штабных играх в роли вражеского штаба.
Осмысленно критиковало все и вся в нашей армии.

Причем в эту структуру можно было бы брать и действующих военных, и бывших военных и гражданских лиц. Военные люди внутри системы зачастую скованы корпоративной этикой или опасениями за свои служебные перспективы. Нужно создать действительно рефлексивное зеркало для Генштаба. Смотреть в это зеркало будет зачастую очень больно и неприятно, для кого-то персонально это станет и концом карьеры, но для страны польза будет неоценима.

 

Александр Любимов.

http://srn.kharkov.ua


 

Дорогие читатели, поддержите газету! Наша газета в Ваших руках, всё, что Вам нужно сделать, это нажать на кнопку Вконтакте, которая находится выше этой надписи. Вы можете сделать репосты любого числа наших статей. Помогите газете и мы будем писать еще больше, интереснее и активнее!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *